Рандолевый катран
Шрифт:
А внутри больницы те, кому видеть северное сияние не впервой, слушали важное сообщение по телевизору.
– Преемником оставляю премьер-министра! – заявил в конце речи президент.
Персонал и больные разом умолкли. Каждый молча переваривал полученную весть. Что-то теперь будет?
– Хуже не будет! – сказал главный врач, смотрящий телевизор из больничного коридора.
Вошедший с пятидесятиградусного мороза Алик подавил тяжёлый вздох. Знаешь ли ты, сытый самодовольный курдюк, какое оно есть, это самое "хуже"! Аликпер
ГЛАВА 49
Никита разозлено поднял трубку телефона. Ему было недосуг. Никита организовывал первый турпоход для любителей экстрима по пути Золотой орды.
– Никита Иванович Демидов? – спросил сухой казённый голос, заставивший Никиту разом подобреть.
– Да, это я! – откликнулся Никита тоном дипломата. Так он говорил с потенциальными донорами его финансовых проектов.
– Вас беспокоят из аппарата президента Российской Федерации! – продолжал Волконский дожимать клиента.
– Я, я готов оказать любую помощь и поддержку!
– Никита Иванович! – укоризненно сказал Волконский. – Разве президент нуждается в вашей поддержке?
– Извините, вы не так меня поняли.
– Опять двойка по русской словесности! Как можно понять "не так"? Или понять, или не понять, не так ли?
– Я, я совсем не то хотел сказать, – путался Никита, недоумевая, за какие грешки до него докопался сам Кремль?
– Вам предписывается срочно, в течение трёх суток появиться на Черноморском побережье, в известном вам и любимом, надеюсь, пансионате "Катран"!
– Но у меня с налогами всё в порядке, – промямлил Никита.
– Ой-ой-ой, Никита! Мало того, что ты непонятлив, так ещё и не любопытен! – отчитал бизнесмена Волконский. – Хоть бы спросил, с кем разговариваешь. А если звонят из соседней юрты?
– С кем я разговариваю?
– Волконский Александр Андреевич. Сотрудник аналитического аппарата президента. Короче, советник. А чтобы ты не ломал голову, муж небезызвестной тебе Нины Петровны. Ароновой, в девичестве.
– А что, что она хочет?
– Я хочу, чтобы ты немедленно оставив все дела, примчался в пансионат, тебе же и принадлежащий! В гости навязываюсь, понял? – Волконский повысил голос.
– Понял! Будет сделано, Александр Андреевич! – отрапортовал Никита. Он тотчас принялся распоряжаться, поручать дело толковым ребятам. Заодно попрощаться с родителями, пообещав, что не надолго.
Нина Петровна появляется в самые благоприятные моменты жизни, и упускать такие возможности преступно!
К тому же, Никита хотел бы организовать закупки абхазского вина на постоянной основе. Трёхкратная оплата, по мнению Никиты, достаточная цена за спасение его жизни и свободы. Абхазские долгожители с благодарностью подпишут выгодный для непризнанной республики контракт.
– Иван Ильич! Как
– Понимаете, Александр Андреевич, временные трудности, но я уже почти решил вопрос. Скоро ваш счёт пополнится…
– Я по делу! – перебил Волконский.
Губернатор часто задышал в трубку.
– Как поживает твой Цербер?
– Замечательно.
– Я имею в виду Чугуева.
– Отказывает всем ненужным людям. Практически без сбоев! – похвастался губернатор.
– Премируешь, поощряешь?
– Да, конечно! – соврал губернатор, немедленно взяв на заметку знакомство Лёни с Волконским.
– Не пора ли ему прокатиться к Чёрному морю?
– Леонид Аркадьевич летом побывал на Мальдивах с семьёй.
– А зимой пусть едет в пансионат Катран! Через три дня он должен распаковать чемодан в номере "люкс"!
– Ясно.
– Без жены, один. Причину подобного поощрения придумай сам. Только, ни в коем случае, не обидную!
– И на сколько его послать?
– Выдай путёвку на неделю, а там, как захочет. Раньше пожелает вернуться, не препятствуй!
– Хорошо, хорошо, – торопливо согласился Иван Ильич и добавил, – за наш долг не извольте беспокоиться, Александр Андреевич, я немедленно…
Волконский положил трубку. Прощать долги он не намеревался, но и выбивать их не по чину!
– Ну, Нина Петровна, как быть с людьми попроще? – спросил Волконский, подмигнув жене.
Нина Петровна сидела в инвалидной коляске. Она не могла разговаривать.
Волконский увидел некое подобие улыбки. Он чуть не подпрыгнул от радости, обнял жену. Её руки обвили мужа в первичном порыве, но сразу же повисли.
– Прогресс налицо! – сказал Волконский, зная, что жена понимает его.
Нина Петровна прикрыла веки.
– Позвоню-ка я Гавриле!
Гаврила Михайлович, ничего не спрашивая, тотчас объявил, что вызывает со сборов в Новороссийске игрока Буракова.
Никола выслушал незнакомца, представившегося Волконским, помолчал.
– Николай! – позвал его Волконский. Князь понятия не имел, как разговаривать с крестьянином. "Не сметь командовать середняком!" – крутилась в голове фраза бессмертно вождя революции. Но и заигрывать с рядовым фермером не гоже!
Никола продолжал молчать, раздумывая. Опять к морю, опять нырять в пучину, не умея плавать. Теперь ему было что терять.
Волконский представил себя сидящим с Николаем Сидорковым за одним столом. Явственно почувствовал луковый запах, пар от картошки в мундире и бутыль мутной самогонки.
– Никола! – сказал он. – Помнишь, кто подбил вас купаться в море?
– Нина Петровна!
– Так вот, она сейчас разбита параличом. И если все участники того купания вновь повторят свой номер, возможно, моей жене вернётся здоровье! А если нет, тогда вряд ли.