Путь ведьмы
Шрифт:
Взгляд призрачного лика скользнул мимо нас, уставившись вглубь резиденции. Прямо на спальню Аэлины. Он чувствовал ее. Чувствовал так же явно, как и мы.
Я не стала тратить слова. Я схватила этот дым, эту тень, эту угрозу — не руками, а самой сутью своей магии, силой, что управляет пространством, — и сжала. Сжала в невообразимо малую точку, где не могло существовать ничего. Ни мысли, ни воли, ни посланий.
Воздух хлопнул, и лицо исчезло. От агента осталась лишь обугленная метка на полу да запах гари.
Мы стояли молча,
— Они не просто хотят ее изучить, — тихо проговорила Ирида, ее взгляд был прикован к месту, где исчез призрак. — Они хотят ее… принести в жертву. Их бог… это не бог. Это дыра. Голод, который нужно насытить.
Холодный ужас, против которого не было защиты, сковал мне сердце. Они не просто враги. Они — антитезис жизни. И Аэлина была ключом, который они искали.
Я посмотрела на мать.
— Они придут снова. С чем-то большим.
— Пусть приходят, — она повернулась ко мне, и в ее зеленых глазах горел огонь, способный испепелить миры. — Но теперь мы знаем, с чем имеем дело. И мы подготовимся соответственно. Их пустота столкнется с нашей яростью. Посмотрим, что окажется сильнее.
Она была права. Игра изменилась. Теперь это была не просто битва за выживание. Это была война против небытия. И мы с матерью были единственным щитом на пути тьмы, жаждущей поглотить нашу маленькую, яркую искру жизни.
Глава 73
Тишина после исчезновения призрака была тяжелее прежней. Угроза витала в воздухе, осязаемая, как вкус крови. Ирида медленно подошла к обугленному пятну на полу, ее взгляд был отстраненным, будто она смотрела сквозь время.
— Это не просто магия, — прошептала она, и в ее голосе впервые за многие годы прозвучала тень неуверенности. — Это… разложение. Антиматерия, пожирающая саму ткань бытия. Я читала о таком. В архивах, что старше этой империи.
Я сглотнула, все еще чувствуя ледяной ожог той пустоты на своей магии.
— И что? Есть способ это остановить?
Она повернулась ко мне, и в ее глазах бушевала внутренняя борьба.
— Есть. Вернее, был. — Она отвела взгляд. — Силена.
Это имя прозвучало как удар грома в тишине зала. Бабушка Силена. Мать моей матери. Существо, чей возраст и мощь были легендой даже среди нашего долгоживущего рода. Она ушла в мир драконов так давно, что стала больше мифом, чем реальностью. И да, она была… хлеще нас обеих. Гораздо хлеще.
— Мама, ты с ума сошла? — вырвалось у меня. — Призвать Силену? Она может решить, что этот мир слишком шумный, и… упростить его.
— А что еть альтернатива? — резко парировала Ирида. — Ждать, пока эта «Пустота» придет и сожрет твою дочь, как спелый фрукт? А если мы не справимся? Мы не знаем, сколько таких сущностей у Парадиза. Силена сталкивалась с подобным. В ее хрониках есть записи. Она называла
— Ценой чего? — не унималась я. — Мы не знаем, какой ценой! Она может счесть Аэлину… интересным феноменом. Или угрозой. Ты знаешь, как она мыслит. Логика драконов…
— Логика драконов спасла этот мир не раз, прежде чем эти имперские щенки научились ходить строем! — вспылила мать. — Да, это риск. Но это единственный шанс. Ты почувствовала эту сущность, Эветта. Ты действительно думаешь, что мы вдвоем сможем остановить то, что стоит за ней?
Я замолчала. Она была права, и я ненавидела это. Та пустота, что смотрела на нас, была бесконечной. Наша сила, какой бы могущественной она ни была, казалась свечкой против черной дыры.
— Как? — спросила я тихо. — Как мы ее позовем? Мир драконов закрыт.
Ирида улыбнулась своей самой опасной улыбкой.
— Закрыт для кого? Для них, — она кивнула в сторону, где, по нашим предположениям, находился кабинет Кассиана. — У меня есть… долг. Один старый червяк все еще должен мне услугу. Правда, он ужасно ворчлив, и путешествие займет время.
Она подошла к окну и провела рукой по стеклу. На нем остался серебристый след, сложившийся в руну, которую я не видела со времен своего детства.
— Я отправлю зов. Ответа придется ждать. Возможно, день. Возможно… дольше. А пока… — она повернулась ко мне, и ее лицо стало серьезным, — … пока мы должны продержаться. Одни. Против чего-то, что, возможно, сильнее нас.
Я посмотрела в ту сторону, где спала Аэлина. Мой ребенок. Мой свет. Ради нее я готова была пойти на сделку с дьяволом. Или, в данном случае, с драконом. И с его еще более опасной матерью.
— Делай, — сказала я, и мой голос прозвучал чужим. — Позови ее.
Ирида кивнула и, закрыв глаза, начала шептать древние слова, от которых воздух в зале застыл, а камни под ногами загудели низко, словно отзываясь на зов своей прародительницы.
Мы сделали ставку. И на кону была не просто наша жизнь. А сама душа моей дочери.
Глава 74
Ирида закончила чтение древнего зова и замерла, прислушиваясь. Воздух в зале перестал вибрировать, и воцарилась тишина, такая густая, что казалось, можно потрогать. Ничего не произошло.
— Ну что? — спросила я, чувствуя, как нарастает раздражение, смешанное с тревогой. — Где твой «старый червяк»?
— Терпение, дочь, — Ирида не открывала глаз. — Драконы не курьеры, чтобы мчаться по первому зову. Особенно этот. Он… обидчив. И очень медлителен.
Прошел час. Я успела проверить защитные периметры, убедиться, что Аэлина все еще спит мирным сном, и трижды перечитать записи о «Тьме за Звездной Пылью», которые мать с грехом пополам извлекла из глубин своей памяти. Информация была отрывочной, пугающей и бесполезной без контекста, который могла дать только Силена.