Путь ведьмы

Тудаль Наталья

— О, не драматизируйте, — она махнула рукой. — Я просто вношу немного… живости. Ваша дисциплина выглядит такой мертвой. Кстати, — она повернулась к Аэлине, — урок усвоен. Никогда не стой столбом, если на тебе внезапно начинают расти цветы. Это дурной тон.

Аэлина кивнула с серьезным видом.

Я подошла к Каэлену, оставляя императора и мою мать выяснять отношения.

— Парадиз? — спросила я коротко.

— Они идут, — так же коротко ответил он. — Через три дня будут у

границ долины. Они везут с собой что-то… большое. Магический артефакт. Цель — очевидна.

— Аэлина, — я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— Да. — Его пальцы непроизвольно сжались. — Отец отдает приказ об эвакуации резиденции. Все небоевые персоналы…

— Мы не уйдем, — мягко прервала я его.

— Я знаю, — он посмотрел на меня, и в его глазах я увидела не протест, а мрачная решимость. — Поэтому я остаюсь с вами. Со всеми.

За его спиной Кассиан, кажется, нашел общий язык с Иридой. Если считать общим языком ледяные взгляды, которыми они обменивались.

— Ваши… улучшения, — император обратился ко мне, явно выбрав меня как менее невыносимого собеседника. — Они будут эффективны против осадных орудий?

— Наши улучшения, ваше величество, — я улыбнулась, — сделают из этой резиденции не крепость, а хищника. И он голоден.

Ирида одобрительно хмыкнула наверху.

— Наконец-то кто-то заговорил на понятном языке.

Кассиан посмотрел на меня, потом на сына, и в его глазах мелькнуло нечто, отдаленно напоминающее уважение. Словно он увидел в нас не проблему, а… актив.

— Хорошо, — он произнес. — Покажите, на что способен ваш… хищник. Каэлен, ты координируешь оборону с нашими силами. Я хочу видеть планы через час.

Он развернулся и ушел, его плащ развевался за ним. Ирида склонила голову набок.

— Знаешь, а он, когда не пытается выглядеть гробовой плитой, даже немного… харизматичен.

Я проигнорировала ее. Я смотрела на Каэлена. Над нами сгущались тучи настоящей войны. Но здесь, внутри этих стен, мы только что выиграли свою первую битву — битву за то, чтобы остаться. И теперь нам предстояло выиграть и последнюю. Вместе.

Глава 68

Имперская машина заскрипела шестеренками, приводя себя в боевую готовность. Резиденция, которую мы с матерью так «благоустроили», превратилась в штаб-квартиру. Курьеры сновали как встревоженные муравьи, а воздух гудел от низкочастотных заклинаний связи, которые моя магия воспринимала как назойливый комариный писк.

Император Кассиан стоял перед огромной светящейся картой, его палец указывал на узкий проход в горах, известный как Ущелье Павшего Гиганта.

— Здесь мы встретим их. Осадные орудия Парадиза бесполезны в тесноте

скал. Это уравняет шансы.

Его голос был спокоен, но я видела напряжение в его плечах. Парадиз действительно смел армию нейтрального королевства Эльбрии, что лежало на их пути. Как косец выходит на поле. Никаких переговоров, никаких ультиматумов. Только чистое, методичное уничтожение. Это меняло все. Это значило, что они не просто хотели заполучить Аэлину. Они шли, чтобы стереть с лица земли все, что встанет у них на пути.

— Амарал остается в столице, — продолжал Кассиан, говоря о своем старшем сыне и наследнике. Мера предосторожности. На случай, если его отец не вернется с поля боя. В его голосе не дрогнул ни один мускул, но я почувствовала ледяную волну, исходящую от Каэлена, стоявшего рядом. Мысль о возможной гибели отца была для него не абстракцией, а реальной, тяжелой тенью.

— Каэлен, — император повернулся к сыну. — Твоя задача — разведка. Мне нужны точные данные об их артефакте. Его размеры, энергетическая сигнатура, уязвимости. Все, что можно добыть. Без риска быть обнаруженным.

Каэлен кивнул, его лицо было маской холодной концентрации.

— Я возьму отряд «Теней». Мы выдвинемся с наступлением темноты.

Я наблюдала за ним, чувствуя знакомое сжатие в груди. Он уходил в самое логово зверя. Рисковал всем. Не только ради империи. Ради нас.

Позже, когда совещание закончилось и Кассиан удалился отдавать последние приказы, я нашла Каэлена в его кабинете. Он проверял снаряжение — не магические артефакты, а простые, смертельные инструменты его ремесла: клинки, взрывчатку, устройства для сканирования.

— Ты должен быть осторожен, — сказала я, останавливаясь в дверях.

Он не поднял глаз.

— Это моя работа, Эветта.

— Я знаю. Но теперь это касается и меня. — Я сделала шаг внутрь. — Их артефакт… Я чувствую его отсюда. Словно гвоздь в виске. Это что-то древнее. И очень, очень злое.

Наконец он посмотрел на меня. В его глазах я увидела не отстраненность, а ту же тревогу, что грызла меня.

— Я знаю. Отец чувствует то же самое. Это не просто оружие. Это… пробуждение.

Мы стояли в тишине, нарушаемой лишь тихим щелканьем застежек на его разгрузочном жилете. Воздух между нами снова наэлектризовался, но на этот раз не страстью, а общей угрозой.

— Я не позволю им добраться до нее, — тихо произнес он.

— Мы не позволим, — поправила я его. — Ты идешь в разведку. А мы остаемся здесь. И если они сунутся сюда… — Я не стала договаривать. Мы обе знали, на что способны я и моя мать, когда нас загнали в угол.

Уголки его губ дрогнули в подобии улыбки.