Путь страсти
Шрифт:
— Ну, и что ты думаешь о моем отце? — поинтересовалась Андреа. — То есть об отчиме.
Шон покосился на нее:
— Мне он понравился. Ты сказала, он хороший. И я сам убедился в этом.
— Я скучаю по нему, — призналась Андреа.
— Если хочешь, могу попробовать добиться, чтобы ему разрешили переехать сюда. Если он сам, конечно, захочет. Ведь тогда ему придется расстаться со своей стаей.
— А ты сможешь? Люди не позволили ему уехать со мной, и потом, нужно еще согласие
— Это уж наша с Лайамом забота.
Это было сказано так невозмутимо, с такой уверенностью в собственной власти, что Андреа опешила.
— Если ты так же внимателен ко всем девушкам, которые побывали в твоей постели, мне остается только удивляться, что к твоему дому еще не выстроилась очередь, — усмехнулась она.
Шон повернулся к ней. В глазах его вспыхнуло пламя.
— Я так внимателен только к той, которую хочу иметь подругой.
— Боюсь, остальным это не понравится. Не боишься, что они надерут тебе задницу?
— Ни одна женщина до тебя не решилась купить мне нижнее белье, — хмыкнул Шон. — Впрочем, я-то чем виноват? Вы, волки, все равно что собаки — обожаете поиграть. Кинь вам палку — и вы готовы носиться с ней весь день напролет. Кошкам это и в голову не придет.
Андреа облизнула пересохшие губы.
— Зато кота достаточно слегка… м-м-м… куснуть — и он моментально сходит с ума!
Шон уставился на нее во все глаза — и продолжал бы таращиться и дальше, если б не плотный поток машин, в котором приходилось лавировать. Уставившись на дорогу, он поерзал, как будто джинсы внезапно стали ему тесны.
— Вот ты опять дразнишься…
— А чем мне еще заняться, чтобы убить время?
Шон опять покосился на нее:
— Предпочитаешь убивать его как-то иначе?
— Не сейчас же! Ты за рулем. И вдобавок нам поручено важное дело — нужно проверить бар «Бронко».
— М-м-м… держу пари, кто-то из оборотней скоро пожалеет, что из-за них мне пришлось оторваться от гораздо более важных дел, — ухмыльнулся Шон.
— Может, именно поэтому Лайам не поехал сам, а поручил это тебе?
— Возможно. Кстати, заранее предупреждаю — если это займет много времени, я их на лоскуты порву! Следующий раз подумают, прежде чем отрывать меня от дел.
— Уймись! Знаешь, чего ты добьешься? Твой ошейник порвется, и они просто поднимут тебя на смех.
— Об этом не беспокойся. Я все рассчитал.
Андреа так и не поняла, что он хотел этим сказать, но догадалась, что Шон предпочел бы, чтобы она не спрашивала. Пожав плечами, она с независимым видом уставилась в окно.
«Бронко», бар, в котором Андреа накануне отыскала Глорию, стоял в стороне от шоссе, рядом с изрядно замусоренной парковкой. За ним виднелась покосившаяся от старости деревянная изгородь, а дальше уже тянулись пригороды. По обе стороны бара выстроились одноэтажные магазинчики.
Один из домов занимала шиномонтажная мастерская, в другом был
Бар тоже оказался закрыт, однако у дверей стояла парочка машин. Судя по их преклонному возрасту и идеальному состоянию, нетрудно было догадаться, что все они принадлежат оборотням.
Шон плотоядно ухмыльнулся:
— Проверим, чем они там занимаются? — Луч солнца блеснул на рукоятке его меча. От улыбки Шона Андреа бросило в дрожь. Сразу стало понятно, что за «дело» поручил ему Лайам.
Входная дверь была заперта. Таблички не было, зато легко было убедиться, что изнутри ее удерживает крепкий засов. Шон покрутил ручку — она не поддавалась. Подмигнув Андреа, он вцепился в нее мертвой хваткой, и рука его внезапно превратилась в львиную лапу. Шон крякнул и рванул дверь на себя, без особого труда сорвав ее с петель.
— Ловко! — похвалила Андреа. — Хотела бы я тоже быть большим, сильным бастетом.
— Хочешь, научу тебя, как это делается? Если будешь хорошо себя вести.
— М-м-м… это вряд ли.
Шон понимающе ухмыльнулся, и Андреа моментально бросило в жар. Нагнув голову, он вошел, а Андреа двинулась следом.
— Эй, мы закрыты! — прорычал чей-то голос из бара.
Шон и ухом не повел. Внутри было не продохнуть от табачного дыма — выходит, среди посетителей были и люди, решила Андреа. Оборотни не курят. Так оно и было. Небольшая компания, состоявшая целиком из людей, сидела за столиком в глубине бара, за стойкой суетился бармен, тоже человек — видимо, бар открывался попозже. Судя по всему, кричал именно он.
Потянув носом, Андреа, даже несмотря на плотные клубы дыма, догадалась, что трое из сидевших за столом люди. Все они были в джинсах и байкерских куртках, у каждого в наплечной кобуре или за поясом торчал кичливо выставленный напоказ пистолет. Принюхавшись, Андреа поняла, что перед ней те, кто стрелял в них несколько дней назад. При виде Шона один из мужчин поднялся из-за стола и наставил на него пистолет.
Шон выхватил из ножен меч — в полумраке сверкнуло серебро, и клинок с легким шипением вылетел из ножен. Мужчина расхохотался. И тут один из сидевших за столом оборотней ударом кулака выбил из его рук пистолет.
— Это страж! — прорычал он.
Мужчина открыл было рот, собираясь что-то сказать, но потом, обведя взглядом окаменевшие лица своих приятелей, закрыл его и молча уселся за стол.
Шон, опустив меч, резким движением воткнул его в стол, и в наступившей тишине он вдруг до ужаса стал похож на распятие. Шон обвел суровым взглядом обращенные к нему лица. Оборотни застыли, как изваяния, на их вытянувшихся лицах читалась тревога. Тяжелый взгляд Шона замер, выхватив из толпы одного из них, и Андреа заметила, как бедняга замер с таким видом, словно готов был от страха сделать лужу.