Путь меча
Шрифт:
— Не… — было единственное, что он успел прошептать, прежде чем его глаза остекленели, и бандит рухнул навзничь, мёртвый.
Я стоял, качаясь, над его телом. Тесак в моём животе был невыносимой тяжестью. Я медленно, с хрустом и каким-то щелчком, вытащил его и уронил на камни. Из раны хлынула тёмная, почти чёрная кровь.
«Проникающее ранение плеча. Проникающее ранение брюшной полости. Отравление. Носитель на грани биологической смерти. Шансы на выживание без немедленного вмешательства: 3,7%».
Три процента.
«Остановись! Твои зелья несовместимы с этим ядом. Они усугубят состояние».
— Что же… — просипел я, чувствуя, как холодная пустота затягивает меня.
«Практики, работающие с ядовитой Ци, вынуждены постоянно купировать её побочные эффекты. Вероятность 98,2%, что при нём есть антидот или мощное очищающее средство. Рекомендуется немедленно обыскать противника».
Её слова заставили меня собрать последние силы. Я пополз к телу бандита. Мои пальцы, одеревеневшие и непослушные, с трудом нашли на его поясе небольшую, но тяжёлую кожаную сумку. Внутри среди нескольких кошельков с монетами, лежало два предмета: маленький свинцовый цилиндр, похожий на тот, что использовала Сяо Бай для яда змея, и небольшой нефритовый флакон с густой золотистой жидкостью.
«Нефритовый флакон. Содержит „Эликсир Очищения От Яда“. Эффективность против данного токсина: 96%. Примите половину. Вторую половину используйте для промывания ран».
Я почти не видел, что делаю. Дрожащей рукой я выдернул пробку и залпом выпил половину густой, терпкой жидкости. Она обожгла горло, но не огнём, а ледяной свежестью, которая тут же начала растекаться по телу, сдерживая ползущий яд. Вторую половину я вылил прямо в раны на животе и плече. Боль стала острее, из ран повалил чёрный едкий дым, но сознание прояснилось.
«Состояние стабилизировано. Уровень угрозы жизни снижен до 45%. Немедленно покиньте это место. Для полного исцеления требуется активация протокола „Стальное Восстановление“ в безопасных условиях».
Я поместил сумку бандита в кольцо хранения, затем, собрав последние силы, отправил туда же его тело. Пусть полежит вместе с братьями.
Подняться было нереально тяжело. Болел каждый мускул, голова кружилась, а ноги подкашивались. Я побрёл, опираясь на стены, выбираясь из переулка. Мне нужно было уйти из «Пылающего Горна». Окровавленного, едва стоящего на ногах незнакомца здесь запомнили бы надолго.
Шаг за шагом, прячась в тени и останавливаясь, чтобы перевести дух, я выбрался за пределы ночного поселения и углубился в предгорья. Я шёл, не останавливаясь, пока не наткнулся на небольшой заброшенный прииск — несколько полуразрушенных бараков и старую шахту.
Забравшись в самый дальний барак, я с трудом прошёл в комнату без окон.
— Теперь… — прохрипел я, обращаясь к Юнь Ли. — Вся надежда на тебя.
«Активация
Холодная волна энергии Юнь Ли разлилась по моему телу, сконцентрировавшись в ранах. На этот раз боль была пронзительно-холодной, словно в меня вливали жидкий лёд, выжигающий остатки яда.
Я закусил рукав, чтобы не закричать, чувствуя, как моё тело заново перестраивается, плавится и закаляется в этом ледяном огне. Это было похоже на то, как если бы меня заживо сшивали нитками, сделанными изо льда. Я чувствовал, как волокна мышц срастаются, как яд, словно чёрная ртуть, вытекает из тканей и испаряется едким дымом, который вырывался из моих лёгких с каждым хриплым выдохом.
Прошло несколько часов, а может, всего несколько минут — время в агонии теряет свой смысл. Когда холодная волна наконец отступила, я лежал в луже собственного пота и чёрной слизи. Боль утихла до глухой, всепроникающей ломоты, знакомой по предыдущему исцелению. Но сейчас к ней добавилась новая, странная пустота.
«Протокол завершён. Критическая угроза миновала. Восстановление: 41%. Полное заживление тканей и очищение от остаточных токсинов займёт 52 часа. Рекомендовано воздержаться от использования Ци и отдыхать».
— Спасибо, Юнь Ли, — прохрипел я. — Обязательно отдохну, но сначала дело.
Я медленно сел, скрипя зубами от боли, и потянулся к кольцу хранения. Первым делом я достал кожаную сумку бандита. Теперь, с ясной головой, можно изучить её содержимое должным образом.
Не став церемониться, я просто вытряхнул всё на пол. Там было несколько кошельков. Медяки, серебро и три золотых самородка. Глаза у меня непроизвольно округлились. Судя по весу, тут было на десять золотых, не меньше. А ведь золото менялось на серебро один к ста.
Рядом с золотом лежал тот самый свинцовый цилиндр.
— Можешь просканировать? — уточнил я у Юнь Ли, не желая открывать настолько опасный предмет.
«Объект: контейнер для хранения высокотоксичных веществ. Содержит концентрированный яд „Пламя Забвения“. Уровень угрозы: крайне высокий. Происхождение: получен из сока корней „Кровавого Лютика“ — цветка, растущего на древних захоронениях, омываемых ядовитыми туманами».
— Кровавый Лютик, — пробормотал я, вспоминая беглое упоминание в одной из алхимических книг. — Интересно, зачем ему настолько ядовитое растение.
«Анализ энергетических следов указывает на длительное использование данного токсина для собственной культивации. Практик поглощает микродозы яда, чтобы заставить свою Ци адаптироваться. Это рискованный и болезненный, но эффективный метод для развития ядовитого аспекта Ци».
Вот оно как. Он буквально воспитывал в себе яд, используя для этого легендарный ингредиент. Это объясняло и наличие мощного антидота — без него такой метод тренировок был бы чистым самоубийством.