Пустые земли

Муркок Майкл

Что же касается музыкантов, то они отшвырнули в стороны инструменты и повалились на землю, хохоча во все горло. Они гоготали и визжали, хватаясь за животы, и были почти беспомощны от смеха – хриплого и грубого, будто они развлекались незатейливой мелодией похотливой песенки, а не исполняли самую прекрасную музыку во Вселенной.

Бормоча невнятно на резком скрежечущем языке, они высвистывали части симфонии, толкая локтями друг друга, подмигивая и взрываясь новыми приступами веселья, держась за бока и постанывая, трясясь всем телом.

Немного

озадаченный этим неожиданным продолжением, Герцог Квинский вывел группу на поляну. При его появлении ближайший инопланетянин поднял глаза, показал на него, фыркнул и впал в новую серию конвульсий.

Герцог имел при себе громадный, окрашенный орнаментом транслятор (первоначально предназначенный для общения с соратниками Юшариспа). Когда вспышка веселья инопланетян утихла, они уселись прямо ни земле, все еще переговариваясь и хихикая. Герцог поклонился, представляя себя и своих товарищей.

– Добро пожаловать на нашу планету, джентльмены. Разрешите поздравить вас с представлением, которое превзошло любое наслаждение.

Подвинувшись ближе, Джерек почувствовал знакомый по путешествию в девятнадцатое столетие запах – это был запах застарелого пота. Когда один из инопланетян, наконец, встал и подошел к ним, переваливаясь с ноги на ногу, запах стал сногсшибательным.

Ухмыляясь и почесываясь, злодей скопировал поклон Герцога, чем вызвал новый приступ восторга у своих компаньонов.

– Мы только немножко позабавились, – сказал инопланетянин, – чтобы скоротать время. На вашем старом замшелом шарике больше нечего делать.

– О, я знаю много способов развлечь вас, – кокетливо облизнула губы Миледи Шарлотина. – Вы здесь давно?

Инопланетянин поднял кривую ногу и почесал икру.

– Да. Рано или поздно нам придется подумать о ремонте нашей развалюхи, – он изобразил что-то вроде подмигивания.

Миледи Шарлотина поджала нижнюю губу и вздохнула. В это время Железная Орхидея прошептала Джереку.

– Они могли бы стать жемчужиной любого питомника. Герцог тоже понял это. Жаль, что он имеет право первого выбора.

– И откуда вы явились? – деликатно поинтересовался Епископ Тауэр.

– Вы все равно не знаете, где это. Я и мои молодцы – последние обитатели погибшей планеты. Мы называем себя Латы. Я капитан Мабберс.

– И почему вы путешествуете по космосу между звездами? – Железная Орхидея обменялась незаметно взглядами с Миледи Шарлотиной. Их глаза сверкнули.

– Вам, должно быть, известно, что эта вселенная почти покрыта траурным крепом. Поэтому мы слоняемся, надеясь найти секрет бессмертия и немного развлечься по пути. Когда мы достигнем своей цели, если нам вообще повезет – мы попробуем убежать в другую вселенную, не подверженную таким изменениям.

– Другая вселенная? – сказал Джерек. – Явное противоречие.

– Пошел к черту, – капитан Мабберс пожал плечами и зевнул.

– Тайны бессмертия и чуточку веселья! – воскликнул Герцог Квинский. – У нас есть и то, и другое. Вы должны остаться у нас!

Джерек понял, что хитрый Герцог собирается

добавить целый оркестр к своей коллекции. Обладание такими превосходными музыкантами означает настоящее перо в его шляпе и более чем компенсирует его неудачу с Юшариспом. Тем не менее реакция капитана Мабберса оказалась не совсем той, на которую надеялся Герцог. Выражение подозрительной хитрости мелькнуло в его чертах, и он повернулся к своему экипажу.

– Что вы думаете, парни? Этот джентельмен говорит, что мы можем остаться у него в гостях.

– Ну, – сказал один, – если он в самом деле разгадал тайну бессмертия…

– Он не собирается отдать ее просто так, – сказал другой. – Что он будет иметь от этого?

– Уверяем вас, наши мотивы бескорыстны, – настаивал Епископ Тауэр. – Став нашими гостями, вы испытаете наслаждение. Мы в восторге от вашей музыки. Если вы сыграете нам еще раз, мы подарим вам бессмертие. Мы все бессмертны, не правда ли? – он повернулся к своим компаньонам, которые хором подтвердили его слова.

– В самом деле? – удивился капитан Мабберс, почесав свою челюсть.

– Это правда, – выдохнула Железная Орхидея. – Ведь мне самой… – она кашлянула, вдруг осознав нарочитое отсутствие интереса со стороны Миледи Шарлотины к ее замечанию, – ну, несколько сотен лет, – закончила она упавшим голосом.

– А мне две или три тысячи лет, не помню, – сказал Герцог Квинский.

– И вам не скучно? – спросил один из сидевших инопланетян. – Именно это и беспокоит нас.

– О, нет, Нет, нет, нет. У нас есть масса развлечений. Мы создаем вещи, разговариваем, занимаемся любовью, изобретаем игры, иногда засыпаем на несколько лет, может быть и дольше, если устаем от того, что делаем; но вы удивитесь, как быстро идет время, когда ты бессмертен.

– Я никогда не думал об этом, – сказал Епископ Тауэр. – Скорее всего потому, что бессмертие вошло в привычку на этой планете.

– У меня есть другая идея, – криво усмехнулся капитан Мабберс. – Лучше, если вы станете нашими гостями, когда мы продолжим полет во Вселенной. По пути вы сможете рассказать о секрете бессмертия.

Поставленный в тупик Герцог содрогнулся.

– В космос! Наши нервы не выдержат этого! К сожалению! – он повернулся со слабой улыбкой к Джереку, все еще обращаясь к инопланетянам. – Спасибо за приглашение, капитан Мабберс, но мы не можем его принять. Только Монгров мог бы пойти на такой риск, но его нет среди нас.

– И все-таки, – произнесла Миледи Шарлотина, – наш долг пригласить вас в гости. Мы все отправимся назад к Нижнему озеру и устроим, о, вечеринку.

– Мы развлекались до вашего появления, – напомнил капитан Мабберс, – он чихнул и потер свой луковицеобразный нос. – Постойте, я кажется понял, что вы имеете в виду. А? – он бочком подскочил и похлопал ее по бедру. – Мы были в космосе очень долго, леди.

– О, бедные мои, – промурлыкала Шарлотина, прикладывая обе руки к его щекам и покручивая за усы. – Там не осталось ни одной женщины вашей расы?