Пустошь
Шрифт:
Деклан был прав: я могу ею управлять!
Я сосредотачиваюсь на том, чтобы вытеснить Оливию у себя из головы, и проваливаюсь обратно в «Пустошь» – в собственное сознание. Мое тело свободно. Я лежу на боку, тяжело дыша, а по лицу у меня текут слезы.
– Я была невнимательна… Не обращала внимания на то, чем она занимается. Следовало заглядывать к ней почаще.
Взгляд Деклана становится холодным. Теперь ему известно обо всех моих способностях…
Глава
– Ты видишь то, что видит она!
Голос Деклана напоминает рык. Я слышу, как он подходит ближе, чувствую шеей его сердитое дыхание.
– Клавдия, скажи что-нибудь!
Справа от меня обваливается куча кирпичей. Деклан громко чертыхается. Я напрягаюсь всем телом и вонзаю ногти в ладони, так что на коже остаются полукруглые следы.
Потом Деклан дотрагивается до моих обнаженных плеч, и я вздрагиваю, потому что это прикосновение никак не вяжется со злостью – легкое, как пух, и теплое. Опасное. Пальцы Деклана скользят по моей коже. Я начинаю медленно отодвигаться от него, но он осторожно разворачивает меня к себе. Лицо у него красное и сердитое.
Слова Деклана с шипением вырываются сквозь сжатые зубы, как воздух из сломанного клапана.
– Тебе известно все, что она делает!
Я нахожу глазами Уэсли с Миа, которые пытаются незаметно улизнуть. Они медленно бредут к пруду за домом, делая вид, будто что-то ищут. На секунду Уэсли перехватывает мой взгляд и беззвучно произносит: «Сочувствую». «Трус!» – подмывает меня ответить.
Миа не отрывает глаз от земли.
– Не все, – еле слышно выговариваю я.
Мне хочется вырваться и убежать в лес. Вот только тогда я снова останусь одна.
– Но ты можешь видеть ее глазами?
– Да.
– Тебе не кажется, что следовало рассказать мне раньше? Ты хотя бы представляешь, какое это полезное умение? Как можно быть такой законченной эгоисткой?!
Внезапно все вокруг начинает бешено вращаться: старый кирпичный дом, откуда то и дело выглядывают Уэсли с Миа – не хотят вмешиваться в нашу ссору и в то же время пытаются подслушать, о чем мы говорим, – обожженные солнцем травинки, которые царапают мои обгоревшие плечи, и само это солнце.
Я дрожу, как будто на улице мороз, а не адская жара. В ушах звенит, точно по бокам от головы у меня две сирены.
Мне хочется ударить Деклана.
От макушки ко лбу бежит электрическая щекотка. Оливии так давно не удавалось меня отключить, что я забыла, каково это. Неприятно – вот каково. Голова мотается взад-вперед, как у тряпичной куклы. Я вижу то Деклана, то других людей: доктора Косту, человека со шрамом в виде полумесяца, мужчин и женщин в деловых костюмах из моих ранних воспоминаний, персонажей, чья смерть на моей совести.
– Надо уходить, – С трудом выговариваю я.
Если я сейчас же не уйду – точно его ударю.
В горле у Деклана раздается
– Никуда мы не пойдем, пока не…
Я толкаю его в грудь. Он отступает назад и потрясенно смотрит, как я подхватываю с земли рюкзак и направляюсь к дому. Мозг вот-вот взорвется. Я то и дело останавливаюсь, чтобы немного прийти в себя.
– Уэсли, Миа, привал окончен! – выкрикиваю я, зло глядя на них из-под опущенных век.
Они сидят на коричневом диване с цветочным узором. У обоих в руке по батончику ПДР, но ни тот, ни другой даже не разорвал упаковку.
– Вы что, не слышали?
Обиженно наморщив нос, Миа поднимается с дивана, запихивает батончик в карман шортов и молча выходит на улицу.
Уэсли тоже встает и указывает подбородком на дверь, в проеме которой стоит Деклан с перекошенным лицом.
– Может, вам лучше сначала объясниться? – озабоченно спрашивает Уэсли.
Я глубоко вздыхаю и поворачиваюсь к Деклану, широко раскинув руки, будто предлагаю ему ударить меня.
– Разумеется! Почему бы нет? – Я отдаю «глок» Уэсли. – Только учтите, что в эту самую минуту мне в голову пытается проникнуть взбешенная геймерша-психопатка.
Электрический ток уже ползет вниз по лицу, и я с трудом выговариваю слова. Внезапно я с криком запускаю руки в волосы. Деклан делает шаг в мою сторону, но я отшатываюсь назад.
– Не прикасайся ко мне!
Подбородок у него нервно подергивается. Он машет на дверь, и Уэсли уходит, оглянувшись на пороге.
На сей раз я произношу это вслух:
– Трус!
Добродушный, плотоядный трус.
– Теперь мы одни, так что давайте, господин модератор, говорите все, что имеете сказать.
– Зря ты мне соврала.
Я трясу головой, чтобы его слова улеглись в сознании. Тщетно.
– Какой же ты лицемер! Сначала скрываешь от меня правду, используешь меня, а потом злишься, потому что я не рассказала тебе всего.
– Клавдия…
– Ты ведь утверждал, будто работаешь на «Лан корп»! С чего бы мне признаваться, что я умею перескакивать в сознание к Оливии? Зачем себя выдавать? Если бы ты раскрыл мне правду, тогда, может, я бы не боялась тебе открыться. А ты ничем не лучше моего геймера!
Деклан делает шаг в мою сторону. Я так резко шарахаюсь в сторону, что оступаюсь на расшатанной половице. Его пальцы смыкаются на моем запястье, не давая мне упасть. Деклан прижимает меня к груди – С такой силой, что почти выбивает из меня желание сопротивляться. Мы стоим так целую вечность, не шевелясь и тяжело дыша. В голове звенит: Оливия по-прежнему отказывается оставить меня в покое. Я хочу ударить Деклана. Хочу навсегда забыть о встрече с ним и с Уэсли. Хочу выбраться из «Пустоши» прямо сейчас, пока Оливия не заставила меня кого-нибудь убить.