Птица счастья
Шрифт:
Надька понимала: если ничего не предпринимать, все завязнет, как телега в болоте. Ей светит участь пожизненной любовницы. Время работает против нее. Через десять лет Надька превратится в сорокалетнюю озлобленную тетку, которая постоянно скандалит и что-то требует.
Существует два пути развития: соскочить с телеги и капитулировать — либо как-то сдвинуть эту телегу из болота. Как? Обозлить Светлану, например. Она бросит Андрея, тогда Андрей станет свободным. А это уже совсем другой расклад.
Надька знала, где работает Андрей. Он как-то показал ей из машины светлый оштукатуренный особняк.
Надька
Луку Надька взяла с собой как вещественное доказательство. И как средство давления. Лука подрос — беленький, кудрявый, глаз не оторвать. Надька обожала Луку всем сердцем. Но в этом же сердце цвела и ненависть к Светлане. Надькино сердце клокотало от двух противоположных чувств.
Машина остановилась возле особняка. Над дверью красовалась витиеватая надпись, на старинный манер.
Надька вышла, вытащила Луку из машины. Прошла к дверям. Ее остановил охранник:
— Вы к кому?
— К Андрею Петровичу Хныкину.
— Он знает, что вы придете?
— Он ждет, — соврала Надька, глядя на охранника преувеличенно честным взором.
Охранник впустил Надьку. Надька отметила, что помещение — чистое, строгое, элегантное, как в Германии. В правом углу — небольшой бар, столики.
Надька села. Взяла кофе. Луке сунула сухарик, он стал его сосать.
Из глубины офиса появилась Светлана, подошла к лестнице. Потом обернулась. Лицо женщины показалось знакомым. Она вспомнила, что видела это лицо на фотографии. Ребенок не похож, но дети меняются. А может, у нее их несколько.
Светлана дождалась, пока глаза японки пересекутся с ее взглядом. Спросила:
— Вам Андрея? Я его сейчас позову.
И ушла. Ничего не заподозрила.
Андрей спустился вниз. Увидев их, просиял. Обрадовался.
Подошел. Сел рядом. Взял Луку на руки. Бармен тут же принес кофе.
— Что-нибудь случилось? — спросил Андрей. — Что-то очень срочное?
Ему и в голову не могло прийти, что Надька нарывалась на скандал.
— Я… хотела у тебя спросить… мне нужна хорошая бригада для ремонта квартиры.
Андрей достал мобильный телефон, набрал нужный номер.
— Какие бригады у тебя освобождаются? — спросил Андрей. Послушал. — Спасибо.
Андрей поднял незамутненный взгляд на Надьку.
— Лучше всего югославы. Но они дорогие. Если хочешь дешевых, бери хохлов. Но хохлы пьют.
— Заплатишь? — спросила Надька.
Скандал не получался. Хотя бы деньгами.
— Я уже заплатил, — ответил Андрей. Он ничего не боялся.
— Какой-то ты… непоследовательный…
— Я очень последовательный.
Андрей внимательно посмотрел на Надьку, будто гипнотизировал. В самом деле, он сразу сказал Надьке, что женат, и ничего не обещал. Однако Надьке казалось: если он любим и любит… Сказав «А», он должен сказать «Б». Но получилось только «А». Нескончаемый гудок. И если Надька проявит активность, то не будет и гудка. Рот захлопнется.
— Ладно. — Надька поднялась. — Я пойду.
Ей хотелось плакать, но гордость запрещала.
— Увидимся, — сказал Андрей, как
Надька вскинула Луку. Вышла к машине. Охранник помог. Подержал ребенка.
Надька обернулась, увидела голову Светланы в ок-не, как портрет в раме. Беленькая, простенькая, как ромашка на лугу. Чем она лучше? Ничем. Просто раньше случилась в его жизни.
Надька вернулась домой в состоянии ступора. Но постепенно ступор начал ослабевать. Злоба охватывала Надьку, скручивала в жгут. Почему такое неравенство? Почему Надька должна беситься, а Светлана ходит с прямой спиной и тихим голосом?
Надька набрала рабочий телефон Андрея. В трубке отозвался женский голос.
— Мне Андрея Петровича, — потребовала Надька.
— Его нет. Что передать?
— Передайте, что звонила любовница.
— Ваше имя…
— Он знает.
— Хорошо. Я передам.
В трубке затикали гудки.
— Вот так, — сказала Надька гудкам. — Пусть она тоже поплавает в соляной кислоте.
Светлана положила трубку и села за компьютер. Она не собиралась плавать в соляной кислоте.
Она знала, что Андрей — увлекающийся человек. Ему нравятся женщины, особенно доступные. Ему некогда искать, ухаживать. Он берет тех, кто сам валится в руки. Почему и не взять то, что плохо лежит. Эта его готовность не могла нравиться Светлане, но она знала: Андрей никуда не денется. Даже если он вдруг увлечется и уйдет, то все равно вернется. Такое уже было. Ему что-то померещится, потом размерещится. Может быть, судьба дается человеку вместе с рождением, как сертификат. И изменить судьбу не в человеческих силах. Для этого надо умереть и родиться во второй раз, с другим сертификатом. А может, дело в другом: у Андрея и Светланы совпадали характеры, как ключ к замку. Все выемки и впадины идеально подогнаны, и замок открывается и закрывается только данным ключом.
Однако Светлану возмутил Надькин звонок. Андрей не должен допускать к себе таких женщин, которые звонят жене. Это нарушение неписаного закона. Светлана понимала: японка пошла в наступление не от хорошей жизни. Это значит, что Андрей уперся рогом, не идет в руки. Она тянет — он упирается. Все так понятно… Японка хочет ее разозлить. Значит, задача Светланы — не злиться и не делать никаких резких движений.
Светлана воспринимала Андрея как мужа и как сына одновременно. У нее не было детей, Андрей стал ее ребенком. Она видела, что он — сильный организатор, но слабый хищник. Конкуренты стоят плотным кольцом, как волки, и ждут момента. А когда почувствуют слабое звено — налетят, сомнут и сожрут. Андрей не должен быть слабым. И не будет слабым, пока Светлана у него за спиной. Японка не угрожает бизнесу, но угрожает равновесию.
Работа не шла. Светлана встала из-за компьютера. Оделась и ушла домой.
Андрей вернулся не поздно. Раньше, чем всегда. И, как всегда, сыт. Последнее время он проводил деловые встречи в ресторанах. Как на Западе.
— Сядь! — сказала ему Светлана.
Андрей сел в кресло, открыто, с удовольствием смотрел на жену. Ему всегда нравилось, как она одевается. Дорого и скромно. Одежда была не видна на ней. А Надькины наряды всегда были главнее самой Надьки.
— Ты влюблен? — прямо спросила Светлана.