Прятки
Шрифт:
Я не ближе к пониманию того, что происходит, чем был до того, как посмотрел отчет. Единственное, что я знаю наверняка, — это то, что в этом замешаны Кинги, но я и так подозревал, что это так. Мне хочется взломать их систему и покопаться в ней, но в этом нет смысла.
Кибербезопасность Кингов хорошая, но далеко не идеальная, и именно это и привело меня в эту передрягу.
Я был в ней десятки раз, как до того, как Джейкоб начал шантажировать меня, так и после, и я изучил каждый ее сантиметр. Я знаю, где они хранят свои самые секретные документы и файлы, и практически
Единственное, что я так и не смог найти, — это что-либо, связанное со мной или Джейкобом Фишером. Единственная информация, которую я нашел, — это то, что его наняли прошлым летом в команду по обслуживанию дома. Все остальное я узнал, копаясь и следуя за подсказками за пределами школы.
Даже с той информацией, которую мне удалось раздобыть, я все еще не могу понять, что происходит. На бумаге Джейкоб был обычным парнем, который устроился на работу в престижную школу и в итоге погиб, но чем глубже я копаю, тем больше меняется история, потому что Джейкоба Фишера даже не существовало.
Я сделал все, что мог, чтобы выяснить, кто он на самом деле, но все мои попытки оказались тщетными.
Другой человек, причастный к шантажу, определенно существовал, но я не могу найти никакой связи между ним и Джейкобом или между ним и Кингами. Его связь с учеником, в покушении на убийство которого я был вынужден помочь, так же очевидна, как и причина, по которой он это сделал, но на этом все перестает иметь смысл.
Меня снова пронзает чувство беспокойства, и по спине пробегает холодок. Ощущение, что за мной наблюдают, становится все сильнее, но это потому, что кто-то действительно наблюдает за мной, или потому, что я настолько параноидально отношусь ко всему, что происходит, что мне просто кажется, что кто-то наблюдает?
Я не видел ни следа моего друга в капюшоне с тех пор, как он спас меня, и часть меня искренне беспокоится, что он больше не следит за мной. Что того, что произошло несколько ночей назад, было достаточно, чтобы он сказал: «Да, я ухожу, и ты должен будешь сам разбираться со всем, что происходит».
Сам факт, что я вообще так думаю, уже ужасен. Я расстроен тем, что мой возможный преследователь, возможно, больше не следит за мной и не будет рядом, чтобы снова спасти меня, если что-то еще произойдет.
Как печально, что единственный человек в мире, рядом с которым я чувствую себя хоть немного в безопасности, является объективно опасным человеком. Почему, черт возьми, я надеюсь, что мой преследователь существует и что он будет защищать меня, как какой-то антигерой вместо того, чтобы быть напуганным тем фактом, что у меня вообще может быть преследователь?
Зеленый индикатор на моем экране привлекает мое внимание, и я рефлекторно переключаюсь в режим офлайн. Чувство вины закручивается в животе, когда в окне чата появляется сообщение от Эхо.
Эхо: Я скучала по тебе? Ты еще здесь?
Эхо: Мне просто нужно доказательство, что ты жив
Она добавляет к своему сообщению смайлик с молящимися руками.
Эхо: Ты так исчезаешь только
Ряд сердечек, которые она добавляет к своему сообщению, заставляет мое сердце сжаться.
Эхо на несколько лет старше меня, и она всегда вела себя как старшая сестра для меня и Шифра, хотя он на самом деле примерно на год старше ее. Когда мы впервые встретились, Эхо всегда была первой, кто вмешивался и ставил других игроков на место за то, что они говорили и как они разговаривали со мной, когда я был еще ребенком, хотя она была ненамного старше и ей приходилось сталкиваться с вдвое большим количеством оскорблений за то, что она была девушкой-геймером.
Я старался защищать ее так же, как она всегда защищала меня, но борьба с моими кибер-хулиганами — это только один из многих способов, которыми она всегда помогала мне, когда мне нужен был защитник, совет или просто кто-то, кто выслушает мои жалобы.
Она заслуживает лучшего, чем быть отвергнутой таким образом, и я отмечаю себя как онлайн.
Я: Уф, конечно же, ты выходишь в сеть как раз тогда, когда мне нужно готовиться к экзамену
Эхо: Он жив!
Эхо: Ты уверен, что все в порядке? Я волнуюсь за тебя.
Я: Все в порядке. Просто пытаюсь сдать экзамены.
Эхо: Я не скучаю по тем временам, клянусь, экзамены были одной из причин, по которой я бросила колледж.
Я: Да, они ужасны. Особенно здесь.
Эхо: Ладно, не буду тебя задерживать, если тебе нужно идти
Эхо: Но не исчезай. Мне становится страшно, когда я не слышу от тебя ничего больше суток.
Я: Постараюсь исправиться. Как только экзамены закончатся, все успокоится, и тогда ты не сможешь от меня избавиться и будешь умолять меня отключиться и оставить тебя в покое.
Эхо: Ха-ха, обещаешь?
Я: Обещаю
Я: Пока
Эхо: Пока
Я снова переключаюсь в режим «офлайн» и начинаю очередной поиск того неуловимого файла, который я так долго ищу. Еще рано, но я могу пойти в столовую и перекусить.
Когда я встаю, снова возникает ощущение, что за мной наблюдают, но вместо того, чтобы вызывать беспокойство, оно успокаивает мои нервы и умиротворяет душу, которая была в смятении из-за того, что я солгал одному из своих лучших друзей.
— Боже мой, — бормочу я про себя, пересекая комнату и направляясь к комоду. — Тебе нужна терапия. Много терапии. — говорю я себе и открываю ящик, чтобы найти чистую футболку.
Это требует гораздо больше усилий, чем я готов признать, но мне удается переодеться, не глядя в окно и не сканируя деревья в поисках каких-либо признаков того, что кто-то может быть там.
Я не знаю, есть ли у меня действительно преследователь или я теряю рассудок и пытаюсь его придумать, но я только с ума сойду, если буду постоянно оглядываться через плечо или искать тени в деревьях.
Единственное, что я могу сделать, — это жить своей жизнью и постараться пережить следующие десять дней. Если кто-то там и наблюдает за мной, то ладно. Я все равно ничего не могу сделать, чтобы его остановить.