Прямой эфир
Шрифт:
Кто-то не удержал язык за зубами. И неважно, проболтался один или сразу несколько сотрудников канала. Информация распространилась мгновенно. И началось давление. Сначала легкое. Позвонил знакомый пиарщик из числа «вольных стрелков», и предложил поговорить не по телефону — один его клиент очень заинтересован, чтобы его не упоминали в воскресной программе, и готов решить вопрос по-хорошему. Стас, отказался от встречи. Пиарщик сделал вид, что разочарован и предложил хотя бы озвучить «о какого порядка сумме делается предложение». Дальше Андреев попросил не продолжать и не называть фамилию
Следом пошли звонки серьезнее. Взяток больше не предлагали — в дело вступил административный ресурс. Сильнее других засуетились энергетики. В преддверии ежегодного повышения тарифов, негативное общественное мнение было им особенно некстати. Ведь в декларациях топ-менеджеров энергокомпании, тоже вступивших в борьбу за депутатские мандаты, были указаны огромные личные доходы. Не договорившись со Стасом, энергетики пригрозили звонить Даянову и «при отсутствии взаимопонимания» организовать особый режим энергоснабжения, при котором «Орион» долго не протянет.
Депутат Пантелеевич, не грозил звонить начальству, он напомнил Стасу, какие у них всегда были «особые доверительные отношения». Он откуда-то прослышал, что его БМВ в зоне особого внимания. Пантелеевич убеждал вполне корректно, но смысл сводился к тому, что если сюжет появится в эфире, они крепко поссорятся. Ну, разве свет клином сошелся на его легально приобретенной машине? Неужели, больше некуда развернуть объективы телекамер? Разве мало проходимцев прячется в тени?
Когда Андреев ему отказал, Пантелеевич предупредил, с самой что ни на есть душевной интонацией:
— Ты ведь Стас, человек еще молодой, поэтому не понимаешь одной вещи. Нельзя людей все время поливать грязью. И делать это безнаказанно, — депутат выдержал прочувствованную паузу, будто сердце его разрывалось от огорчения. — Люди ведь тоже могут обидеться. Я говорю лично о твоей ответственности. Как человека и как журналиста, у которого в руках такой мощный телевизионный рупор…
Каждый час, отправляя очередного «парламентера» дальше по начальству, Андреев буквально физически ощущал, как нарастает сопротивление программе. И это беспокоило все сильнее. Где-то там, в высших сферах накапливалась отрицательная энергия. Росла и сгущалась враждебная энергия очень быстро. В какой-то момент она достигнет такой критической массы, что эту политическую грозу не удержат никакие препоны. Она прорвется и похоронит программу. Как минимум нынешний выпуск, обещавший стать особенно убойным.
К вечеру четверга Стас понял, что забросил работу над выпуском «Новостей», а только напряжено ждет новых злобно-предупредительных звонков. Сидит и гадает — состоится ли программа или ее тормознут в последний момент? К тому же Стас понимал, что главный удар сейчас держит не он, а Марк Иосифович Даянов, которого убеждают уже не клерки, а первые лица. Управляющие мощными финансовыми потоками, обладающими той самой недоброй энергией, способной смести телекомпанию из эфира. В какой-то момент Стас не выдержал и набрал номер Даянова. Тот попросил перезвонить через пятнадцать минут. Потом еще через пятнадцать. Наконец, когда нервы Стаса
— Марк, ты уверен, что программа состоится, сможет выйти в эфир? — напрямую спросил Стас. — Если все обломится в последний момент — мы уже ничего не успеем сделать на замену.
— Давай просто готовить то, что планируем. Вот ты сделал ролик-анонс программы?.. Нет! А почему? Теперь уже нам нет смысла таиться, все и так знают, что мы готовим. Значит надо постараться собрать у телевизора максимальную аудиторию. Давай играть по крупному!
Разговор с президентом успокоил Стаса почти на сутки. Но не прошло и часа, после выхода в эфир ролика, анонсирующего программу, как поступил звонок, от которого захотелось впасть в отчаяние. Звонила председатель облизбиркома. Всего-навсего пожилая женщина, юрист, жизненное кредо которой было безропотно и четко выполнять все, что ей велят сверху. Председатель избиркома была не просто полностью подконтрольна губернатору, но раболепно восхищена властью, перечить которой для нее казалось святотатством.
Чуть дребезжащим голоском эта самая Варвара Максимовна объяснила Стасу, что программа «Скандал», которую анонсирует «Орион», является «контрагитацией». Избиратели не любят богатых, и программа ударит по кандидатам, честно указавшим свои доходы. За такое нарушение избирательного законодательства телекомпании вынесут официальное предупреждение от министерства печати и телекоммуникаций — то, чего панически боятся все телевизионщики в стране. Повторное предупреждение означает автоматический отзыв лицензии и прекращение вещания.
Эта угроза была способна угробить программу, сильнее всех прочих «крутых» наездов. Андреев вдруг почувствовал, как надоели ему сами стены редакции, все эти заваленные бумагами столы, компьютеры, мельтешащие кадрами экраны в монтажной аппаратной, непрерывно звонящие телефоны. Напряжение сменилось апатией. А обычные мелкие препирательства журналистов, казалось, способны были довести Стаса до бешенства.
— Игорь! Ну, сколько еще терпеть твои интернет-гадости на стенах? Не знаю уже, куда от них прятаться, — как раз возмущалась Элечка, указывая на очередной заголовок, который Игорь пристраивал на стенку: «Девушка укусила автоинспектора и теперь наказана».
— Сеть, это новая реальность. Что вам, Эльвира Михайловна, не просто понять, в силу возрастных причин, — возразил парень, который, несмотря на обычную невозмутимость, тоже при случае не лез за словом в карман. — Плюс новый уровень свободы в общении…
— Это ты про всякие ЖЖ говоришь? — не унималась Элечка. — Чтобы вести свой блог, требуются силы и свободное время. Тут снимаешь за день по два-три сюжета, и к ребенку домой возвращаешься уже ночью. Это развлечение для сынков богатеньких папочек, которые от безделья изнывают. Потому читать их скучно, аж с души воротит.
— Интернет-дневники ведут и очень занятые люди, — возразил Игорь. — Хотите прикол? Один крутой хакер недавно прислал мне адрес такого ЖЖ, клянется, что его тайком ведет какой-то «супербизон» из Кремля. Он пытался отследить адрес, но не смог пробить защиту. Если уж он не смог вломиться, точно никто не сможет, — с уважением оценил Игорь. — Я, кстати, верю. Говорят, среди шишек в Кремле, сейчас попадаются и современные деятели.
— Ну и чей это адрес? Президента, что ли?