Проводник с котом

Бакулина Екатерина

Снег – это хорошо, значит, гарпии не прилетят. По крайней мере, они такую погоду не любят.

Мы позавтракали орехами и вяленым мясом, собрали вещи…

Пока Стефан одевался, все так же повернувшись ко мне спиной, я видела, как шрамы от когтей гарпий на плече заметно подсохли и затянулись. Да, все еще широкие багровые полосы, но вокруг на коже нет красноты, а значит, и воспаления нет. Это хорошо.

А вот все бедро с внешней стороны – черный синяк. Да, по краям уже желтеть начал, значит, проходит тоже, но пока болеть должно

еще сильно.

Правда, на ногах Стефан стоял крепко и уверенно, поэтому надежда, что мы как-нибудь дойдем – оставалась. Пусть позже, чем надо, но дойдем.

Поначалу мне казалось, что моя нога не так уж болит тоже, но чем дальше…

Через полчаса я чувствовала, как тянет под коленом при каждом шаге, через час - ногу до бедра пронзала боль. Пока еще не слишком сильная, но идти далеко, и все это раз за разом… Боль изматывала, забирала силы.

– Как ты? – Стефан внимательно смотрел на меня. – Остановимся?

– Вряд ли это поможет, - сказала я.

Если уж за ночь ничего не прошло, то остановка ничего не изменит.

Хорошо еще, что все обмотки на ноге держались крепко, Стефан сделал умело. Но когда дорога дальняя и по камням – отсутствие хорошего сапога ощущается все равно.

Тяжело.

– Мы ведь не можем задержаться тут надолго? – спросила я. – У нас закончится еда, и для ослика тоже пшеница закончится, а здесь даже травы нет.

Стефан вздохнул.

– Да, надолго задерживаться не стоит. Я, конечно, брал с запасом, но он не бесконечен. Мы и так потеряли время. Еще денек можем посидеть в тихом месте и отдохнуть. Если еду экономить, то, может – два дня. Вопрос в том, - поможет ли это? Если потянула связки, то тут двумя днями ничего не решить, только лишняя усталость будет копиться. Было бы хоть лето…

Без огня, без нормального укрытия, экономя еду… Да, это только на крайний случай.

– Если бы идти в нормальном темпе, - сказал Стефан, - то завтра к вечеру бы уже спуск начался, снега меньше и теплее.

До завтра дотянуть.

– Я как-нибудь дойду.

Он кивнул. Поджал губы, долго стоял…

– Будет совсем плохо – говори.

Еще час, может быть, два еще. Я почти потеряла счет времени. Все это так долго и муторно. Хотелось плакать, но еще больше хотелось умереть. И снег в лицо.

Я ненавидела Руперта, я ненавидела себя. Даже Стефана, что согласился на это. Без него, откажись он сразу, я бы не пошла. Вернее, может, и пошла бы, из чистого упрямства, но потом бы вернулась. Скорее всего, после первой же ночи. Я ведь не сумасшедшая, чтобы одна в горы идти.

И всего этого не было бы.

Но теперь возвращаться поздно, потому что вперед уже ближе, чем назад.

Потом мы остановились на привал, и я буквально упала, у меня совсем закончились силы.

Я видела, что Стефану тоже тяжело, но у меня не было сил жалеть кого-то, кроме себя.

Он подошел, сел рядом. Так молча и сидел.

Не

знаю, сколько прошло времени, но, кажется, я слегка задремала, уткнувшись в его плечо.

Очнулась от того, что Стефан пошевелился.

– Пора идти, - сказал он.

Я глянула на него с ужасом. Я не смогу больше. Лучше остаться здесь… я больше не смогу.

– Сейчас верхом поедешь, - сказал Стефан, с кряхтением поднимаясь на ноги. – Сейчас вещи перепакую… Мы продуктов много уже подъели, легче стало. Одеяла, палатка – это объемно, но не особо тяжело. Мешок с деньгами еще, - он усмехнулся. – Ничего. Я сейчас большую часть понесу сам, а тебя мы на осла посадим.

Я даже не поверила сначала.

– Как же ты? У тебя ведь тоже нога…

– Я справлюсь, поверь мне. Иначе мы еще неделю плестись будем.

И пошел… Я сидела, беспомощно смотрела, как он разбирает вещи.

* * *

Он шел вперед, не оборачиваясь. За весь вечер я видела его лицо буквально дважды, он оглядывался посмотреть, как я. Первый раз лицо было красным, в капельках пота. Второй – мертвенно-бледным, и полуобморочный взгляд. Но Стефан шел.

До темноты.

Потом мы вышли к каким-то камням, Стефан остановился, покачнулся немного.

– Остановимся здесь.

Бросил вещи у камней и сам свалился рядом, даже не сел, а завалился на бок, потом перекатился на спину.

– Фанни, осла покорми, - попросил он.

Конечно, я все сделаю.

Я тоже устала за день, но сейчас моя усталость ни в какое сравнение не шла.

Я расседлала и слегка почистила осла, пшеницы ему дала. Сама достала немного наших запасов еды. Себе и Угольку, который тоже ждал, высматривая, что я достаю из мешка.

Стефан спал.

Все, что я могла сейчас – укрыть его получше одеялом и устроиться рядом, под боком, для тепла.

* * *

– Как спаслось?

Стефан улыбался. Сидит рядом, и какой-то он неприлично веселый и бодрый с утра. Не отдохнувший, нет, у него серое осунувшееся лицо и круги под глазами. Но улыбается…

– Что-то случилось? – с подозрением спросила я.

– Ничего не случилось. А что? Хочешь водички?

Фляжку мне протянул.

Я взяла, отпила немного.

– Ты что-то такой довольный…

Стефан усмехнулся.

– А нельзя? Да просто отпустило как-то… Не знаю. Проснулся сегодня, а ты так лежишь, прижимаешься ко мне, обнимаешь. И хорошо. Даже шевелиться не хочется, чтобы не разбудить. Я бы и каждое утро не отказался.

Так непосредственно…

– Ну, мы ведь не первый раз так…

«Спим вместе»? Как-то это пошло звучит.

– Да, - он плечами пожал. – Но тут как-то проняло. Как ты? Как нога?

– Не знаю, - вздохнула я. – Пока лежу – нормально. Надо встать. А у тебя?