Просроченные долги
Шрифт:
— Жаль, но этот символ мог бы рассказать нам о многом.
Рейн выгнула острую, слегка гордую бровь.
— Вот почему я запомнила его.
Аудитор из Нью-Йорка улыбнулась.
— Впечатляюще. На что он был похож?
Рейн схватила ручку и бумагу, её руки нащупали папку из плотной бумаги, в которой когда-то хранилось её украденное задание. Она нацарапала имитацию символа на обложке. Получилось не идеально, но достаточно похоже. Она протянула его Дефо, которая
— Хм — сказала она, скрестив руки на груди и отойдя на шаг от символа, как будто он мог укусить — Интересно.
Рейн почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Что бы сделала Дефо? Только с помощью этой информации она могла убедиться, что все опасения Рейн по поводу собственного расследования Гримсби могут оправдаться. Дефо может отстранить её от работы, провести расследование и, возможно, даже лишить адвокатской практики, если не арестовать полностью.
Возможно, её ждет еще худшая участь, если выяснится истинная цель ритуала и окажется, что она была злонамеренной.
Независимо от того, каковы были его намерения, когда Департамент был проинформирован о ситуации, Рейн стала бы неизвестной величиной, нежелательным агентом, особенно учитывая тень, брошенную на нее её отношениями с Хейвзами. Так или иначе, она была бы исключена.
Но она ничего не могла поделать. Она была бессильна. Она чувствовала себя такой глупой, что раскрыла свой секрет, и все потому, что больше не могла выносить это в одиночестве. Ей следовало молчать. Ей следовало избегать этой незнакомки раньше.
— Что ж — сказала Дефо, кивая самой себе — не так уж много интересного. Но это только начало!
Какое-то время Рейн молчала, затем медленно спросила:
— Ты поможешь мне?
Дефо смущенно улыбнулась, обнажив идеально белые зубы.
— Ну... да? А почему бы и нет?
Рейн уставилась на нее. Из всех возможных исходов, которые она себе представляла, этот был не таким.
Она ожидала, что Дефо отвернется от нее, как и другие. Вместо этого она казалась почти... взволнованной. Даже стремилась помочь.
Что могла сказать Рейн? Как она могла выразить нахлынувшее на нее чувство неожиданного облегчения?
На этот раз она была не одна.
Слова не шли с языка, поэтому вместо этого она медленно потянулась и схватила Дефо за руку.
— Спасибо.
Дефо склонила голову набок.
— Тебе... нечасто приходится получать помощь, не так ли?
Она усмехнулась, но это прозвучало более едко, чем она хотела сказать.
— Обычно я в этом не нуждаюсь
— Что тебе нужно, так это немного поспать. Здесь есть ночлежка?
— Да, но у меня нет времени. Я...
— Когда ты в последний раз спала?
Рейн открыла рот, чтобы ответить, но потом поняла, как давно это было. Она промолчала.
— Вот именно —
Рейн хотела возразить, но она уступила. Было бы глупо с её стороны думать, что она может целыми днями не отдыхать и при этом выступать на том уровне, на котором ей нужно.
— Отлично. Но, пожалуйста, будь осторожна. Мне не нужно, чтобы на меня смотрело еще больше глаз, чем сейчас.
— Думаю, я справлюсь — сказала она, скривив губы в странной ухмылке — Ты отдыхай
Рейн кивнула и направилась к двери, задержавшись, чтобы оглянуться.
— Еще раз благодарю вас. Просто... спасибо тебе.
Дефо безмятежно улыбнулась.
— Конечно.
Глава 18
Гримсби ощущал каждую неровность дороги сквозь потертые подушки старого кожаного сиденья джипа. Знакомый свист ветра проносился по салону, проникая сквозь многочисленные царапины на покрытом ржавчиной кузове.
Он смотрел на проносящееся мимо шоссе, на центр Бостона, видневшийся вдали. Высокие здания ловили лучи утреннего солнца и рассеивали их по всему городу, создавая свет и тень там, где их не должно было быть.
Он вспомнил унылый вид города в Другом месте и колоссальных титанов из темной кости, которые бродили по его руинам. Он содрогнулся и выбросил этот образ из головы, обратив внимание на пластиковый пакет в своей руке. Внутри была бирка, которую он раздобыл. Несмотря на то, что департамент прочесал весь район, никто не нашел связи с Сэмюэлем Гудом.
Никто, кроме Гримсби.
Он почувствовал легкое удовлетворение. Скорее всего, ему просто повезло, что он нашел это, но, возможно, дело было не только в этом. Может быть, в конце концов, он действительно был создан для этой работы.
Ему просто нужно было убедить Гривза в своей идее.
И, возможно, самого себя тоже.
— Спасибо — сказал он задумчивому Охотнику, собираясь с духом, когда Мэйфлауэр вырулил на полосу с медленным движением.
— А? — проворчал он, сгорбившись над рулем и старательно переводя стрелки на десять и два.
— Спасибо, что вернулся. Я знаю, что мы расстались не в лучших отношениях, когда разговаривали в последний раз, и мы оба наговорили... много всякого. Но я рад, что ты вернулся.
Охотник ничего не сказал, но взгляд его, казалось, стал отсутствующим. Он свернул еще раз, на этот раз на съезд, пересекая три полосы движения. Раздались гудки, но никто не стал ускоряться или замедляться, чтобы уступить дорогу. Каким-то образом Охотник двигался по дороге так, словно это была открытая река. Открытая река, заполненная толпой раздраженных прохожих.