ПРОСНУТЬСЯ ЖИВЫМ
Шрифт:
– Да, экзотикой сыт не будешь,- глубокомысленно протянул Викентий. Ему захотелось выпить. Чего-нибудь легкого, вроде столового вина, но на столе вместо привычных глазу бутылок стояли исключительно стеклянные кувшины с разноцветными подозрительными жидкостями.- Хм. Жалко, что я не настоящий маг. Иначе смог бы определить, какие напитки плещутся в этих сосудах. Он аккуратно понюхал содержимое одного из кувшинов.
Похоже, простая вода. Викентий наполнил свой бокал и выпил. Действительно, вода. Хоть тут без каверз.
Постепенно осмелев (была не была!), Викентий принялся за дегустацию всех имевшихся
Вместо них пришла и воцарилась тишина.
Нехорошая тишина, тишина с дурными манерами и дурными же намерениями. И ее появление Викентий никак не мог приписывать своему легкому опьянению. Тем более когда он осознал, что никто к нему не идет, голова начала трезветь в авральном режиме.
Пока они обедали всей компанией, то и дело раздавались звуки извне, словно напоминающие о том, что за стеклянными дверями эркера идет бодрая жизнь. В саду кричали павлины, высокая магнолия постукивала ветками о стекло, едва налетал ветерок; в самой туземной гостиной, спрятанный среди пальм, журчал очередной фонтан и стрекотали цикады (Надежда еще сказала про них, что это редкостные экзотические цикады, привезенные Луи с родины. Каждое такое насекомое на черном рынке» стоит около пятисот долларов). Викентий тогда не обратил на стрекот пятисотдолларовых цикад никакого внимания, зато сейчас…
Наступила тишина.
И цикады молчали, и фонтан не журчал, и извне не было слышно ни птиц, ни ветра, ни шелеста листьев.
Викентий встал из-за стола, отодвинул стул, и звук, с которым ножки стула чиркнули по шершавому покрытию пола, показался магу единственным звуком во всем доме.
Он подошел к стеклянным дверям гостиной, толкнул их ладонью. Двери послушно разъехались так бесшумно, что им позавидовали бы все крадущиеся на задание агенты спецслужб.
От туземной гостиной ответвлялись два коридора-выхода: один - в холл, другой - в курительную. Викентий обошел обе комнаты, поражаясь повисшей в них тишине и пустоте. Ему становилось страшно здесь, среди роскошной, кричащей о богатстве хозяев и все равно какой-то нежилой обстановки.
– Эй, кто-нибудь!
– негромко позвал Викентий, но ответом ему была все та же тишина.
Он подумал было вернуться в гостиную, но стеклянные двери, так легко выпустившие его, напрочь отказывались повиноваться и открываться вновь.
– Заело вас, что ли!
– Викентий с досадой пнул двери, понимая, что ничего с ними не случилось. Просто так было задумано.
С самого начала.
Дипломированный маг целенаправленно обошел весь первый этаж, заглянул в туалеты (их было три, причем один - с зеркальными стенами, полом, потолком и унитазом), громадную, хоть играй в боулинг, длинную кухню, больше напоминающую научно-исследовательский центр изобилием никелированных агрегатов непонятного назначения, панелей с кнопками, утопленных в стенах хромированных рычагов и тянущихся по всему полу силовых кабелей, заглянул в полутемное чрево парадного
Везде царила тишина и пустота. Пустыня, да и только.
У Викентия начало сильно шуметь в голове. Мысли путались, становились бессвязными, неясными и отрывочными.
«Что это со мной?», «Где я?»
– Степан!
– закричал Викентий, снова попав в холл.- Степан, Надежда, отзовитесь!
Бесполезно.
Только странный шум в ушах, чем-то напоминающий шорох песка под телом ползущей змеи.
Маг разглядел в полумраке холла винтовую лестницу и решил, что ему нужно осмотреть второй этаж. Возможно, Степан там. И Надежда… И они еще живы. Во всяком случае, с чего им вдруг умирать?
Викентий поднялся по лестнице и замер, не решаясь шагнуть дальше.
Второй этаж дома разительно отличался от первого. Начиная уже с коридора.
Это был пыльный, захламленный всякой дрянью коридор, освещенный двумя жалкими лампочками мощностью в пятнадцать ватт (Степан еще глупо острил, называя их лампочками для пенсионеров). Впрочем, сейчас было не до шуток. Викентий глянул на пол - там лежал толстым ковром нетронутый слой серой пушистой пыли.
«Нет следов ни Надежды, ни Степана,- отвлеченно Подумал Викентий.- Значит, на второй этаж они не поднимались. И вряд ли здесь вообще хоть кто-то когда-то был».
Викентий осторожно двинулся по коридору. Пол под его ногами подозрительно поскрипывал, каждый шаг подымал облачко серой пыли…
Или пепла.
Двери, тянувшиеся по обеим сторонам коридора, все до одной были вкривь и вкось заколочены грубыми корявыми досками и тоже покрыты густым слоем пыли. Викентий даже не пытался открыть какую-нибудь из этих дверей.
И вдруг коридор сделал поворот.
И Викентий буквально уткнулся носом в стену из небеленого, потрескавшегося и осыпавшегося от времени кирпича. А еще возле стены стояла тумбочка, вроде тех, что приписаны к каждой кровати в российских заштатных больницах. И на тумбочке лежал мобильник Гремлина, уже припорошенный вездесущей пылью.
– Степан,- выдавил из себя Викентий, мгновенно и четко понимая, что произошло нечто, не вписывающееся в рамки реальности.- Что тут было, а?
И в этот момент мобильник Степана разразился короткой и негромкой трелью.
Викентий схватил трубку.
– Кешаня,- услышал он далекий, искаженный помехами, но явно Степанов голос,- Кешаня, беги оттуда немедля, беги! Как можно быстрее! Беги! Беги!…
И голос Степана оборвался, сменившись протяжным стоном.
– Степан!
– заорал Викентий в трубку.- Степан, ты где?!
В трубке с минуту потрескивало молчание, а по-
том бывший психиатр услышал ответ:
– Степан Водоглазов в данный момент находится на операции по удалению аппендикса. Ему уже дали наркоз,- холодно и равнодушно отчеканил в трубку незнакомый женский голос.- И прекратите занимать служебную линию!
Викентий стиснул издающую короткие гудки трубку и застонал:
– Не понимаю!!!
И в этот момент раздалась первая автоматная очередь.
Пули прощелкали по стене коридора, выбивая фонтанчики пыли и известки. С одной из дверей с жутким грохотом сорвались доски.