ПРОСНУТЬСЯ ЖИВЫМ
Шрифт:
– Почему?
– Духи.- Надежда пожала плечами.- Привидения. Я ощущаю их присутствие так же, как и ваше.
– Тогда зачем вам я, маг-ясновидец?
– поставил вопрос ребром Викентий.- Раз вы сами, сударыня, обладаете столь развитыми паранормальными способностями?
– Мне странен ваш вопрос- Надежда аккуратно положила в рот ломтик очищенного персика и с видимым наслаждением прожевала.- Я - просто человек. А вы - маг. Вы можете повелевать ими.
– Неужели?
– скептически хмыкнул маг.- А вот представьте себе, сударыня, что я не верю в привидения.
– Я тоже не верю,- счел своим долгом встрять Степан, доевши бекаса.- Я грубый материалист. В целом.
– Вы это серьезно?
– изумленно воззрилась на мужчин Надежда.- А во что же вы тогда верите?!
– Без комментариев!
– Предупреждающим жестом поднял ладони Викентий, когда испытующий взор Надежды остановился на нем.
– Я верю в то, что Терминатор никогда не вернется! Как бы он не оллбибекал!
– бухнул Степан и откусил голову креветке.
– Я серьезно, а вы издеваетесь…- надула губки Надежда.
– Ну, если серьезно,- Викентий взял идеально сложенную накрахмаленную салфетку,- то мне приходится стоять перед выбором: или не верить ничему из того, чему я был недавним свидетелем, или поверить в это безоговорочно.
– Вы говорите загадками,- улыбнулась Надежда.
– Отнюдь.- Викентий принялся измываться над салфеткой, мастеря из нее нечто в стиле оригами.- Помните, Надежда, вы еще удивлялись, откуда я так много о вас знаю? Помните?
– Конечно. Но это ясновидение… Телепатия…
– Я не буду вам противоречить. Скажу только одно: вы уже приходили ко мне. Раньше. Абсолютно реально и материально. Степан свидетель.
– Йес!
– поддакнул Гремлин.
– Как это приходила… Не понимаю,- растерянно сжала недоеденный персик Надежда. Тот, как теннисный мячик, выпрыгнул из ее рук и, упав на пол, укатился за какую-то из амфор.
– Я тоже этого не понимаю,- устало вздохнул Викентий.- Но дело обстояло так: вы пришли ко мне для того, чтобы я, используя свои паранормальные способности, нашел вашего мужа (да, в той нашей встрече вы уже были замужем за Луи, который, кажется, так и не загорелся желанием выйти к нашему столу!) и избавил от некой непонятной угрозы. Вы рассказали мне практически всю вашу биографию, упомянули о загадочной смерти вашей бабушки…
– Бабушка умерла?! Нет!
– Глаза Надежды округлились, наполнившись страхом.- Нет!!!
– Да, и произошло это, по вашим же словам, на другой день после свадьбы. Далее… Далее вы собственноручно принялись колдовать…
– Я не умею колдовать! Никогда не умела!
– Возможно, я выразился неточно. Вы стали вызывать неких духов, при этом используя меня как медиума, погруженного в транс.
– Нет!
– Когда духи сообщили вам, что ваш муж, оказывается, давно не в России, а в Африке и там его укусила змея, отчего он умер, вы вывели меня из транса и заявили, что это я, я сам, без вашего участия, общался с неким Хозяином Кладбища…
– Нет!!!
– С Матерью Потерянных…
– Нет!
– Вижу, эти имена вас пугают. Значит, они вам знакомы.
– Знакомы, но какое отношение…
– А какое отношение
– Я впервые слышу это имя!
– А кошонгри? О них вы тоже впервые слышите?
Лицо Надежды сделалось просто страшным. Таких лиц, искаженных ужасом, болью и ненавистью, Викентию не доводилось встречать даже во время своей долгой практики в психиатрической лечебнице.
Отскочив от стола, Надежда натолкнулась на амфору с папоротником. Амфора опрокинулась и разлетелась на куски, но девушка не обратила на это никакого внимания.
– Что было?
– шептали ее посеревшие губы.- Что было дальше?
– Мы с вами стояли у меня на кухне,- стараясь говорить спокойно и отвлеченно, продолжил просто Викентий.- Степан тогда уже ушел. И… вы попросили меня, чтоб я вас обнял, потому что вам было страшно.
– А потом?!
– Вы превратились в пепел. Черный пепел, рассыпавшийся в моих руках.
За столом повисло долгое молчание.
– Потом я видел вас везде: на рекламных щитах, в витринах магазинов. Вы преследовали меня, словно упрекая за то, что я не уберег вас от страшной смерти. Но я ничего не понимал. Мы со Степаном договорились, что все происшедшее - просто мощная галлюцинация…
– Пролонгированного действия!
– счел нужным вмешаться Степан.- А что еще мы могли думать?
– И вот вы появляетесь снова,- подытожил Викентий.- И мы ждем момента, когда наконец сможем лицезреть вашего будущего мужа…
– Я ничего не понимаю,- прошептала Надежда.- Голова кругом идет.
– Позовите Луи,- жестко, удивляясь повелительным интонациям в своем голосе, приказал Викентий.- Пусть он придет. Может быть, он, как специалист по оккультным тайнам Африки, разъяснит нам все насчет кошонгри.
Надежда сникла, как сникли пышные листья ее древовидных папоротников.
– Я постараюсь. Я позову его. Только…
– Что?
– Голос Викентия стал еще жестче.
– У меня сильное головокружение. Почему-то. Пожалуйста, пусть ваш товарищ сопровождает меня.- И Надежда умоляюще посмотрела на Степана.
Перманентный бабник, коим Степан был со времен своей первой поллюции, тут же вскочил из-за стола и предложил даме руку:
– Готов сопровождать вас куда угодно!
– При этом Гремлин вложил в свою неосторожную реплику все отпущенное ему природой обаяние.
– Спасибо,- ласково сказала Надежда и улыбнулась магу: - Подождите нас здесь. Мы скоро вернемся.
– Хорошо,- кивнул Викентий и опять подумал о том, что лицо Надежды поразительно умеет меняться. Сейчас это было лицо гимназистки из рассказа Бунина «Легкое дыхание»: этакое невинное лукавство и всепобеждающая женственность.- Я подожду.
За Степаном и Надеждой тихо закрылись стеклянные двери.
Чтобы скрасить минуты ожидания, Викентий все-таки решил поесть и принялся за салат. Однако вкус этого экзотического блюда оказался настолько неприятным, что маг, едва прожевав то, что было во рту, поискал глазами, куда бы прожеванное выплюнуть. Тарелка Степана стояла ближе всех приборов и приняла удар на себя.