ПРОСНУТЬСЯ ЖИВЫМ
Шрифт:
– Ох-ох-ох! Ты прямо-таки деспот, Вик!
– А ты думала. Все, целуй меня и спи.
– Нет, ты спи. И не забудь: ты должен проснуться живым!
Викентий сам долго целовал тихо смеющуюся Элпфис, укутывал ее, устраивал поудобнее в своей холостяцкой постели. Кстати, завтра
Элпфис повозилась, повернулась к Викентию спиной, устроилась поудобнее и засопела - сон одолел-таки ее, победительницу всех реальных и ирреальных супостатов.
А Викентий перехитрил Элпфис. Он и не собирался спать. Конечно, это было глупо, но несостоявшийся маг действительно хотел проснуться живым. Хотя это вовсе не означает, что в его сердце гнездилось черное недоверие к женщине, которую он только что ласкал-нежил-лелеял с пылом восемнадцатилетнего юноши.
Викентий подтянул под локоть плотную подушку-думку, взял с тумбочки потрепанный труд «Профилактика реактивных состояний и психозов» и углубился в чтение. Надо вспоминать свои навыки психиатра. Прав был Алулу Оа Вамбонга: магия - это не работа для настоящего мужчины. Который к тому же собирается взять на себя нелегкое бремя создания и обеспечения семьи.
Правда, за чтением Викентий Вересаев и не заметил, что позабыл включить настольную лампу. Что ему вполне достаточно того света, который льется из его глаз, ставших похожими на расплавленное золото.
Пусть это будет
Просто пустыня.
Ночью.
И пусть это будет змея неизвестной породы, легко скользящая по невысокому остывшему барханчику за своим ужином, притаившимся в маленькой норке.
Да, просто змея.
Змея, которая вдруг замерла, прервав свой стремительный путь.
Потому что ей почудился Глас Призывающего.
Такой тихий, знакомый и повелительный…
По телу змеи пробежал нервный импульс…
А потом она поспешила по прежнему маршруту. Ужин в пустыне - это серьезное занятие.
От которого не следует отвлекаться.
А Глас звал и звал, прилипчивый, как чужой сон.
Глас ныл и упрашивал, еще не зная, что даже слышащие его не захотят больше слушать, потому что…
Время голосов миновало.
Тула, 2003
[1] Букв.: С крупинкой соли; с иронией (лат.)