Прощай, Жаннет

Роббинс Гарольд

– Значит, папа генерал вернется?

Анна секунду поколебалась, потом утвердительно кивнула.

– Да, он вернется, можешь так и сказать своей глупой няне.

Когда через два часа вернулся со станции Швебель, она пригласила его наверх в кабинет генерала и закрыла дверь.

– Боюсь, у нас проблема.

Он молчал, ожидая, что она скажет дальше.

– Няня. Она слишком много болтает. Уже сообщила Жаннет, что генерал не вернется. Если она такое говорит девочке, кто знает,

что она вообще может наболтать…

Швебель понимающе кивнул.

– Одно лишнее слово – и планы генерала окажутся под угрозой, – продолжала Анна.

– Я позабочусь об этом, графиня, – сказал он.

Она удивленно взглянула на него. Впервые он обратился к ней так. Раньше он называл ее просто фрау Поярская. Выражение его лица не изменилось.

– Что-нибудь еще, графиня?

– Ничего, спасибо, Иоганн, – она покачала головой. Швебель вежливо поклонился и вышел. Через два дня у няни был выходной. В дом она больше не вернулась.

Голос Мориса по телефону звучал сдержанно.

– Мне необходимо вас видеть.

За три недели, прошедшие после отъезда Вольфганга из Парижа, это был первый звонок.

– Я дома, – просто ответила Анна.

– Вы не понимаете, за мной могут следить. Теперь, после всего происшедшего, я не рискую появляться у вас.

– А по телефону мы не можем поговорить?

– Я должен передать вам кое-какие бумаги. Выездные визы для вас и Жаннет, выданные французскими и немецкими властями. Да и обсудить нам нужно многое.

– Я поняла, – ответила Анна. – Но сама я не могу прийти к вам. Швебелю приказано следовать за мной повсюду.

– Merde! – Он замолчал.

Она ждала, что он скажет дальше.

– Времени осталось мало, – сказал Морис.

– Послезавтра меня здесь уже не будет. Анна по-прежнему молчала.

– После полуночи, – сказал он, – ждите меня у черного хода вашего дома. Если в течение получаса я не появлюсь, уходите.

В десять минут первого раздался негромкий стук в дверь. Анна быстро встала и открыла дверь. Морис вошел и плотно притворил за собой дверь.

– Все спят? – спросил он шепотом. Она кивнула.

– А Швебель?

– После отъезда генерала он переселился в маленькую квартирку над конюшней.

– Мне надо выпить, – попросил Морис.

– Идемте, – позвала Анна. Она провела его через темный дом в маленький кабинет на втором этаже. Открыла буфет, достала бутылку коньяку и рюмку, наполнила ее до краев и протянула ему.

Тот одним глотком отпил половину и глубоко вздохнул. Его напряжение постепенно спадало.

– Как будто ходишь по натянутой проволоке, – пожаловался он. – Вопросы. Вопросы без конца. Ловушка на ловушке.

Анна молчала.

Морис сделал еще глоток.

– От

Вольфганга что-нибудь есть?

– Нет. А должно быть? Француз посмотрел на нее.

– Вероятно, нет. Хотя мне почему-то казалось, что он постарается с вами связаться.

Анна сменила тему.

– Вы сказали, что принесете мне бумаги.

– Да – Морис расстегнул куртку и вынул конверт. – Выездные визы для вас и Жаннет.

Она открыла конверт и просмотрела документы.

– Вы сказали, что хотите что-то обсудить.

– Верно. То, что нельзя доверить бумаге.

– Не понимаю.

– Золото, – сказал Морис.

– Золото? – Анна надеялась, что удивление, которое она постаралась изобразить, было достаточно естественным. – Какое золото?

– Я много раз слышал, что Вольфганг скупает золотые луидоры.

– Мне об этом ничего неизвестно, хотя я думала, что в курсе всех его дел.

– Он никогда ничего вам не говорил? Анна отрицательно покачала головой.

– Странно, – удивился Морис. – Я получил эту информацию из вполне надежных источников.

– Значит, надо проверить еще раз, – посоветовала она. Помолчала потом сказала, будто ей пришла в голову неожиданная мысль: – Может, это какая-нибудь ловушка для вас? Чтобы выяснить, в каких на самом деле отношениях вы были с генералом?

– Я об этом не подумал. Возможно, вы правы. – Морис взглянул на нее с открытым восхищением. – Начинаю понимать, почему меня так тянуло к вам с самого начала.

Анна улыбнулась, стараясь скрыть облегчение.

– Вы настоящий француз: как всегда галантны.

– Бросьте, – сказал он, беря ее за руку. – Уверен, вы знаете, как я к вам отношусь.

Она не отняла руки, не желая обижать его резким движением. Немного погодя заметила:

– Уже поздно. Вам опасно оставаться здесь дольше.

– Нет, – бросил Морис. На его лице появился румянец. – Такого случая может больше не быть. Я хочу, чтобы вы знали, что я чувствую.

– Морис… – она отняла руку, стараясь говорить спокойно. – Мы не дети. Сейчас не время и не место.

В голосе его прозвучали истерические нотки.

– Хоть я и не немецкий генерал под метр девяносто, но у меня есть то, чего нет ни у одного из них, – сила, которой они все завидуют. – Быстрым движением он расстегнул ширинку. – Смотрите! – приказал он.

Она взглянула и остолбенела от удивления: размеры его пениса с лихвой компенсировали недостаток роста. Толщиной почти с запястье, он доставал до середины бедра.

– Дотроньтесь, – попросил он. – Вам понадобятся обе руки, чтобы обхватить его.

– Не могу, – она покачала головой, не в состоянии отвести взгляд.