Прощай, принцесса
Шрифт:
— Хорошо, завтра, Тони. Но это наш секрет. Хуанита ни в коем случае не должна знать, что я тебе звонила, не выдавай меня, пожалуйста.
— Договорились, Каталина, я приеду, как только смогу.
Во дворике раздался неясный шум, и я выглянул наружу. Какой-то мужик в синей спецовке драил пол шваброй.
— Эй! — окликнул я его.
Это был человек среднего возраста, невысокий и коренастый, со смуглым широким лицом. И сильный как бык.
— Простите, вы не знаете, где я могу найти нашего консьержа?
— Сеньора
— Да, Асебеса. Вы не знаете, где он может быть?
Здоровяк отрицательно помотал головой. На переднем кармане у него красовалась карточка с надписью «Служба уборки Очоа».
— Нет, сеньор, я не знаю, где он сейчас. Я из «Службы уборки Очоа». — Он показал на карточку. — Нам позвонили, попросили вывезти мусор и вымыть лестницу.
— Вы не знакомы с сеньором Асебесем?
— Нет, сеньор, я не видел его. Мне сказали убираться — я пришел и убираюсь. Спросите в конторе. Может, они знают.
Он дал мне номер телефона и уточнил, что шефа зовут сеньор Очоа. Не сходя с места, я позвонил по мобильнику. Уборщик задумчиво наблюдал за мной, опершись на швабру.
— Сеньор Очоа? Мое имя Антонио Карпинтеро, и я снимаю квартиру по адресу Эспартерос, дом шесть, мне необходимо встретиться с сеньором Асебесом, консьержем. Вы не знаете, где я могу его найти?
На том конце трубки раздался мягкий, чуть шипящий мужской голос с сильным иностранным акцентом:
— Сеньор Асебес? Простите, но я не знаю… Он обычно звонит мне, когда ему требуется отлучиться на время. Это наш давний клиент. Он вызывает наших сотрудников, когда заболевает или когда уезжает куда-нибудь.
— А сегодня он болен или уехал?
— Ну, это я не могу вам точно сказать, он не поставил меня в известность, но он позвонил дня два назад и попросил, чтобы один из наших людей заменил его на несколько дней. Вроде как упомянул, что собирается на свадьбу к племяннику.
— А он не сообщал, где именно состоится свадьба?
— Да нет… я не спрашивал, а он ничего не сказал.
— А он случайно не оставляет вам номер телефона, по которому с ним можно связаться?
— Да, он диктовал мне… Подождите секундочку.
Я поглядел на мужчину, тот вздрогнул и принялся с удвоенной яростью мести пол. Через некоторое время в трубке вновь раздался голос сеньора Очоа.
— Нашел. Вам есть чем записать?
Это был номер мобильного телефона, и я забил его в память своего. Потом поблагодарил хозяина «Службы уборки Очоа», поднялся на пару пролетов по лестнице и стал нажимать на кнопку, набирая номер Асебеса. Телефон консьержа был отключен.
Глава 6
Столики в «Жокее» были покрыты красными скатертями. Горели свечи. В зале сидела хорошо одетая публика. Посетители разговаривали вполголоса, двигались очень уверенно. Приглушенно звенели бокалы. Некоторые женщины были красивы, другие таковыми
Это был ресторан для любителей скачек.
Я задержался в вестибюле, чтобы метрдотель обратил на меня внимание. Одетый в непременный смокинг, он подплыл ко мне, сверкая профессиональной улыбкой. Его щеки были безупречно выбриты.
Впрочем, как и мои.
— Вы ищете кого-то, сеньор? — спросил он.
— Да, я ищу столик Кристино Матоса. Но что-то не могу его найти.
— Сеньор Матос уже здесь, он зарезервировал отдельный кабинет. Позвольте вас проводить. Это там. — Он указал рукой куда-то вглубь зала и пошел вперед, ловко лавируя между столиками. Я последовал за ним.
Зона кабинетов находилась в дальнем углу зала. Я насчитал три укрытых от посторонних глаз уголка, но скорее всего их было больше. Стенами служили деревянные ширмы, образующие полукруги. Метрдотель остановился перед одной из таких загородок и царственным жестом предложил мне войти. Дверь была открыта.
Внутри кабинет представлял собой довольно просторное помещение, в котором я увидел деревянный лакированный буфет, стулья с резными подлокотниками. Круглый столик с вышитой белой скатертью был накрыт на двоих, приборы сверкали так, словно были из настоящего серебра. В центре стола стояла, радуя взор, керамическая ваза со свежим букетом. Рюмок и бокалов имелось столько, что казалось, здесь готовятся отпраздновать свадьбу.
В углу, рядом с низеньким столиком, на котором красовалась пара пепельниц из граненого хрусталя, находились два кресла, обитых красной тканью. В них расположились Матос и еще один тип, который говорил что-то адвокату тихим голосом.
Я заметил, что Матос еще больше разжирел со дня нашей последней встречи и явно сменил портного. Возможно, мастер, который шил этот костюм, и был гением, но даже ему не удалась попытка скрыть брюхо Матоса. Другой мужчина — высокий, с короткими светлыми волосами — был одет в синий пиджак и серые брюки. Он нависал над Матосом, словно хотел сожрать его. Тот молча кивал, уперев взгляд в пол.
Я различил последние слова блондина:
— Предупреждаю, лучше тебе со мной не ссориться, иначе я тебя раздавлю как клопа, понятно? Я из тебя котлету сделаю…
Тут Матос поднял голову и заметил меня. Он посмотрел в мою сторону совершенно пустыми и безразличными глазами, словно увидел какое-нибудь пятно на стене. Но потом все же узнал, рот его расплылся в улыбке, адвокат резко вскочил на ноги и распахнул мне навстречу объятия в сердечном приветствии:
— Гляди-ка ты, Тони, как хорошо, что ты пришел!