Прощальный танец
Шрифт:
— Я назвала его Ридаш, — тихо добавила Рениса.
Рэл собирался что-то сказать, но его слова потонули в громогласной фанфаре. Двери тронного зала вновь открылись и глашатаи дружным хором объявили:
— Наследная принцесса Юфемия Бэрлокская и консорт динон Ариат.
Трубы заиграли торжественный марш, и собравшиеся гости начали выстраиваться в шеренги вдоль кроваво-красной дорожки, ведущей к тронному пьедесталу. Ренису отпихнули к стене, то ли посчитав незначительной личностью, то ли воспользовавшись её слабостью. Рэлу пришлось изрядно поработать локтями,
Рэл быстро потерялся в толпе, а она осталась за спинами бэрлокских громил. Увидеть что-либо за такой плотной «стеной» не представлялось возможным, потому Рениса, отойдя к ближайшей колонне, вся обратилась в слух. В конце концов, она уже множество раз оказывалась в подобной ситуации и не собиралась тратить понапрасну время. Но Рениса успела прослушать лишь десяток тактов нестройного оркестра, когда рядом вдруг появился Аулус. С любезной улыбкой он предложил ей руку, будто приглашал на танец, а затем легко и непринуждённо вывел в первый ряд к другим важным послам.
Теперь она стояла в двух шагах от лестницы, ведущей к трону, и могла наблюдать не только за тем, как шествуют принцесса со своим мужем, но и гримасы на лицах бэрлокской знати. Мерзкие ухмылки перемежались со злобными оскалами: внезапная смена власти не вызывала одобрения. Пожалуй, только присутствие иностранных гостей и усиленная вампирская стража удерживала большинство от попытки устроить переворот.
Воинственная атмосфера пропитывала зал, отчего принцесса, словно испуганный цыплёнок, жалась к своему супругу. Ариат же напротив излучал уверенность и взирал на скалящихся аристократов с поразительной надменностью. Рениса сомневалась, что вампир устроил показную браваду, не имея козырей в рукаве.
Музыка стихла, когда венценосная пара добралась до пьедестала, и им навстречу вышел дряхлый старик в кичливом одеянии. Его ярко-малиновый сюртук с лимонно-жёлтыми манжетами был украшен старинным бэрлокским гербом — двумя скрещёнными боевыми топорами.
— Герцог-распорядитель, — тихо пояснил Аулус. — Блюститель законов и главный судья королевства.
— Данным мне законом правом… — заблеял старик, — …подтверждаю, что принцесса Юфемия осталась единственным прямым потомком династии Бхэйтэйр, и, согласно королевскому своду правил наследования, может взойти на престол, как королева-регент и править Бэрлоком до совершеннолетия своего первого потомка мужского пола.
В зале послышались ядовитые смешки и фырканье. Местное общество не очень благосклонно отнеслось к букве закона, однако ни старика, ни принцессу это не заставило отступить. Герцог-распорядитель посторонился, и Юфемия расправила плечи и поднялась на пьедестал. Толпа зашумела громче, едва не улюлюкая.
— Вот ещё чего не хватало! Баба-король! — гаркнул один из нетерпеливых громил и смачно сплюнул на пол.
— Требуем поединка! — завопили с дальних флангов. — Вот ещё, девку на трон сажать! Пусть в постели своего кровососа ублажает!
— Поединок! —
Возмущённые голоса мгновенно заполнили зал, и вскоре уже все аристократы, будто сговорившись, принялись скандировать, требуя решить право наследования силой. Бледная Юфемия тщетно пыталась обратить на себя внимание, размахивая руками, но бэрлокцы, похоже, решили задавить её своими криками. И, вероятно, добились бы своего, если бы Ариат не сделал знак музыкантам. Раздался громогласный трубный клич, и зал на краткий миг погрузился в тишину, которой поспешила воспользоваться дрожащая принцесса.
— Я согласна на поединок! — прокричала она.
— Чего? — тут же загоготали бэрлокские громилы, будто бы и не замечая гробового молчания со стороны иностранных гостей.
— Предлагаешь нам тебя на клочки порвать? — осмелился выкрикнуть один из мускулистых маркизов под новый взрыв хохота местных аристократов.
— Позвольте пояснить! — Голос Юфемии сорвался на крик, что ещё сильнее подзадорило некоторых личностей.
— У нас тут собачонка решила полаять! — гадливо посмеиваясь, брякнул краснощёкий барон.
— Дайте ей сказать! — на дорожку вышел плотно сбитый знатный вельможа, судя по горделивой осанке и броскому разноцветью в одежде высокого статуса.
При его появлении развязные аристократы немного притихли.
— Благодарю за вмешательство, герцог Берот, — слабым голосом произнёс герцог-распорядитель.
— Ни к чему благодарности! — отмахнулся Берот. — Я лишь прошу вас засвидетельствовать моё право на поединок. Пусть я и являюсь всего лишь троюродным дядей наследной принцессе, мой род так же восходит к династии Бхэйтэйр. Что скажете, Ваше Высочество? Готовы сразиться со мной?
Юфемия шумно перевела дыхание, а затем, сжав ладони в кулаки, храбро заявила:
— Я не отказываюсь от своих слов, но, будучи женщиной, которая никогда не держала в руках оружия, я хочу воспользоваться своим правом и выставить защитника. Вы же не против побороться с моим рыцарем?
В зале снова раздались смешки.
— И кого же Ваше Высочество хочет выставить на свою защиту? Неужели готовы пожертвовать своим новоиспечённым мужем? — В голосе герцога Берота сквозил сарказм.
— Всё верно. Моё имя и право на трон будет отстаивать мой консорт динон Ариат, — подтвердила Юфемия под новый всплеск смеха.
— Эта глупая девица думает, что герцог не свернёт её кровососу шею? — громко фыркнул краснощёкий барон.
— Видимо, уже позабыла, как наши люди разорили десятки гнёзд этих тварей! — самодовольно высказался всё тот же мускулистый маркиз.
— Тварей, говорите? — впервые за вечер заговорил Ариат. — Ну так давайте посмотрим, на что вы способны! Я отказываюсь выступать за принцессу, но готов выйти на поединок, как претендент!
— Что?! — Тут же разнеслось по тронному залу.
— Прошу засвидетельствовать герцога-распорядителя мои слова. — Ариат повернулся к старику. — Как консорт принцессы я взываю к праву сильнейшего, но выступаю от своего имени!