Проклятый
Шрифт:
Медленно достаю нож и тихо — сам от себя не ожидал — начинаю сдвигаться в сторону одной из будущих жертв. Подобравшись ближе к лысому со спины, резко вонзаю нож в сердце, прикрыв ему рот, чтобы не издал ни звука. Успев схватить выпадающий из рук факел и облокотив труп на ближайший корень дерева, иду за следующим, потушив огонь.
Со вторым прошло не всё так гладко. Этот умник успевает крикнуть что-то, и приходится бить второй раз в голову, но, увы и ах, мой гладиус сбегает от меня. Хорошо, что третий боец теряется и, не разглядев в темноте, куда двинуть за подмогой, уходит совсем в другом направлении. Если бы направился в сторону своего обоза, мне бы пришлось несладко. Обдумав за
Третий уходит, и теперь его нужно идти и перехватывать, чтобы не добрался до своих. Пришлось брать один из дротиков и идти следом за этим попугайчиком. Меч мне понравился сильно, да и на фестивалях я именно мечом работал. Но догнать беглеца так и не успеваю. Зато выхожу прямо на логово моего недавнего знакомого — «Пумбы».
Огромный хряк просто стоит и жрёт бедолагу, несмотря на то, что у этого здоровяка торчит в брюшине меч!
Нет, конечно, спасибо, что помог, но, как говорится, нужно делиться. Меч — мне, мясо — тебе. Всё честно! И что теперь делать? Главное, как это он умудрился боком насадиться на меч почти на треть лезвия? Хотя, хи-хи да ха-ха, но всё же, как я понимаю, боец из последнего воина оказался хоть куда. Да и не слышал я после моего столкновения криков. То есть дрался и умирал воин в тишине. Как бы здесь я не хохмил, но что сказать — уважаю! Я бы так не смог.
«Чёрт возьми, что делать с хряком? Может, кровью истечёт, а? Ну пожалуйста, а то чёт я боюсь лезть на данную зверюшку», — про себя произнося всю эту долгую тираду, мысленно вздыхаю и иду.
Развернувшись к хряку боком, спускаюсь обратно, посмотреть, кто остался на месте стоянки. Вдруг ещё у кого имеется хороший меч, а то с дротиком я не встречался в прошлой жизни и пользоваться не особо хорошо умею. Возле второго убитого, подобрав второй дротик, следую на стоянку работорговцев. Подобравшись с мало освещаемой стороны, разглядываю ещё четырёх человек: двое сидят у костра, ещё двое стоят в карауле и вглядываются в сторону, откуда я прошлый раз подползал. Ну что же, прямого столкновения не избежать, на крайняк снова сбегу в лес.
Собравшись с мыслями, перехватываю первый дротик и запускаю его в одного из воинов, который стоит подальше от меня. Попадаю ему прямо в голову и раскалываю череп вместе со шлемом. Не ожидал такого от себя, прям ворошиловский стрелок, едрит Мадрид! Перехватив второй дротик, прыгаю на второго. Когда тот поворачивается в мою сторону, сбиваю его с ног и вонзаю дротик прямо в грудину, пробив лёгкое, а вот дальше начинается жара! Оставшиеся двое охранников вскакивают и бегут прямо на меня.
У одного я вижу как раз столь нужный для меня меч. У второго копьё, и, зараза, длинное такое — не то, что у меня. Всё-таки, как я и думал, у прошлых бедолаг были дротики. Выдернув один из работорговца, решаю снова воспользоваться своим глазомером, авось попаду, но, увы и ах, воин с мечом достаточно шустрый и вёрткий, он отбивает мою попытку его проткнуть и ещё быстрее кидается на меня. Достав ножик, бегу в их сторону, после чего резко прыгаю в последний момент в кусты. Прячусь за дерево от брошенного в меня копья. Чуть не убил, гад. Еще чуток — и пришпилил бы меня к рядом стоящему стволу дерева. Копьё я доставать не решился, а подбираю камень и швыряю его в воина, который как раз тянется к моему дротику. Попадаю на удивление прямо в голову, мужик падает на бок и дрыгает ногами в предсмертных судорогах. Хорошо, что этот копейщик не в шлеме.
Либо везёт,
И вновь куча ошибок. Миша, соберись! Что поделать, нужно решать проблему. Взяв ещё один камень, перехожу со своего места, обходя бойца. Тот всё ближе подходит к клеткам с узниками, которые просыпаются из-за всей этой кутерьмы. Последний работорговец решает, что лучше ждать атаку подальше от деревьев и поближе к своему товару.
И тут одна из фигур бросается к стражнику, зажимает его голову в захвате и резко ломает шею… Да уж, повоевал, тоже мне. Подхожу к людям, сидящим в клетке, и столбенею. Это не люди, а орки! Нет, реально такие зелёные, с клыками, аж три штуки в одной клетке. Вот это я попал! Что мне теперь с ними делать?
Взяв факел, отхожу, чтобы поджечь его в костре, который ещё тлеет на полянке. Сначала подхожу к ближайшей клетке, где до этого видел орков. Начинаю рассматривать и думать, что же делать с ними? Пробую с ними поговорить, и на удивление они меня понимают. Причём, как замечаю, говорю не на русском языке, а на здешнем наречии, но в голове соображаю и формирую предложения на русском, по крайней мере, я хочу в это верить.
— Кто вы? — спрашиваю, ещё не отойдя ото всех этих приключений.
— А что, не видно? Орки, — отвечает один из них.
— Ну это я так, чтобы начать разговор, спросил. Лучше скажите, если освобожу вас, не станете устраивать тут разборки, или мне проще вас сразу прирезать? — решаю уточнить.
— А ты рискни! — рычит один из них с диким акцентом.
Я, недолго думая, просто мечу в него дротик, который держу в руках на этот момент. Оставшиеся двое смотрят, как молодой орк дёргается, пытаясь вытащить дротик из пуза, но, видно, сил не хватает из-за долгой голодовки, а затем оборачиваются. Старший из них даже смотрит на меня с пониманием и уважением?! Что за дикий мир?
— Итак, будем дальше бузить или всё же договоримся? Мне лично абсолютно плевать, могу вас здесь оставить, мне в этом плане всё равно. Только вот такая проблема — вам-то не всё равно. Что вы мне можете предложить взамен за свою свободу? — спокойно и даже с достоинством говорю я, стараясь придать вес своим словам.
— Жизнь! — кричат оставшиеся хором.
— Это угроза? Я могу ещё сходить за дротиками, на вас двоих у меня ещё хватит металла, — нахмурившись, отвечаю на попытку надавить.
— Нет, ты не понял. Мы поклянемся тебе в верности, и в течение оставшейся жизни будем служить тебе. В клан нам всё равно уже дороги нет. Мы опозорены, мы были в рабстве, сидели в клетке. Мы потеряли свои хуруки. Это мечи, но они больше напоминают ваш серп, человек. Клятва орка священна, её нельзя отменить или забрать — никому. От неё освобождает только Сирана! — взял в свои руки переговоры старший из оставшихся орков.
— Кто? — тяну я.
Ни черта не понимаю, зачем они мне тут бабу какую то приписывают.
— Сирана — богиня смерти и перерождения. Ты, вообще, откуда, раз не знаешь таких простых вещей? — интересуется спокойно, но всё же слегка удивлённо орк.
— Да издалека, у меня был свой пантеон богов, я её называю — Хель.
— Хм… Не слышал такого, но мир велик, может, где и обитает твоя богиня, — отвечает всё тот же орк.
— Так. Что, приносим клятву на крови и выходим? — тороплю этих зелёненьких человечков.
— Зачем на крови? Хватит и слова! — вмешивается второй орк. — Мы всегда так делаем — слово орка крепче стали, — говорит всё тот же орк, как показалось, даже слегка обиженным голосом.