Проклятый
Шрифт:
Так вот, о чём я? Если поставить Эльдара рядом с Роктаром и попросить их сделать то же самое с похожей трубой, так Роктар и трубу, и Эльдара, и меня, наверное, скрутит в бублик, причём видно, что они ещё толком не ели, голодали долгое время и не вошли в нормальную форму. Порой не по себе от таких соседей. А мне за них отвечать в дороге, а вдруг прибьют кого-нибудь не того; ладно, что-нибудь придумаю со временем. Роктар, вроде бы, очень умён, вот только порой прикидывается дурнем.
На ночёвку устраиваемся возле протекающей рядом речушки. Спрашиваю, мол, может, по ней и пойдем? На что мне отвечают, что
Во-первых, их там знают, так как двоюродный брат полтора года назад у хана дочку украл. Во вторых, они ему помогали, и эти две бандитские рожи запомнились тамошним обитателям. Если мы туда пойдём, нас живо обезглавят и скормят шакалам или, ещё хуже, духам степи, то есть здешним демонам, как они их понимают. Ничего не скажешь, хорошая перспективка.
— Тогда куда идти? Где нас могут принять? — начинаю уточнять.
— Единственный вариант, Михаил, идти на северо-восток на земли клана Быка, дальше через земли Тигров на пустоши сделать небольшой крюк. Выйдем в королевство Дунгар, сможем обосноваться в приграничном городе и, если что, подзарабатывать, охотясь на пустошах, но далеко, вождь, лучше туда не заходить, пока вы нормально ни научитесь пользоваться оружием и магией. Потому что там такие твари обитают, что лучше даже не встречаться с ними, — как всегда, идёт на диалог старший из братьев-орков.
— Да, ну ты и обрадовал, но, по крайней мере, это похоже на план. Роктар, сможешь меня научить обращаться с мечом? — решаюсь напроситься на тренировку с этим по виду бывалым воином.
— Нет, орки предпочитают булаву, топор или копьё, но никак не меч. Некоторые, конечно, умеют пользоваться, но истинные мастера боя на мечах — это эльфы. Есть ещё вариант, но этих мастеров вообще редко найти можно, — вместо Роктара отвечает Ригар.
— Кто же это? — поддерживаю диалог, раз ребята идут на контакт.
— Горцы, одиночки, убийцы с гор, по-разному можно их назвать, но чаще их зовут северяне. Они единственные умеют обращаться с мечом на уровне мастера. Когда-то ещё гвардия императора имела такие же навыки боя, но император умер почти что триста лет назад. Если кто-то из гвардии выжил, то мог передать свои знания потомкам. Но это вряд ли. Вся гвардия там в замке и полегла. Страшная, говорят, резня была по всей империи, но вы что-нибудь придумаете, мы знаем это! — с железным убеждением в голосе говорит Роктар.
Странная вера в меня у этих орков. Нет, я понимаю, что по сути они дали мне клятву и стали, как там говорится, моими вассалами, но так верить в мальчишку, которому лет двадцать на вид! Этим лбам, не знаю, лет так под сорок, наверное. Кстати, а сколько живут орки и сколько лет моим — не помешает узнать.
К вечеру ближе, найдя подходящее место, делаем привал у реки. По привычке разуваюсь и хочу охладить уставшие ноги, но тут же получаю информацию от орков, что теперь мне лучше в воду не лезть, как раньше, здесь обитают очень опасные рыбы, которые питаются мясом. Причем неважно чьим, можно ноги лишиться. Мне объясняют, что в предыдущей реке, которая была на опушке леса и брала начало с гор, стекая в озеро примерно в пятистах километрах отсюда на юг, такой рыбы нет. А эта река, под названием Тихая, идёт до океана или моря, как они сказали, до «Большой
В общем, удочка наше всё, и, кстати, орки знают, что это такое, только название другое. Удочку они называют прихваткой, по крайней мере, я так понял их перевод.
Так заканчивается второй день нашего марш-броска. Мы наловили рыбу, приготовили её, поели, а теперь ложимся спать.
Степь возле реки Тихая…
— Доброе утро, Михаил! — первое, что слышу, когда открываю глаза.
— Утро добрым не бывает, друг мой, запомни это, — отвечаю по привычке, забыв, что уже не в своём мире.
— Запомню, вождь, — послушно кивает Роктар.
— Ещё, Роктар, пожалуйста, не называй меня вождём, зови просто Миха или Михаил. Мне так привычнее, а я вас буду звать Роки и Рик, хорошо? — прошу здоровяка.
— Хорошо Михаил, я постараюсь. Просто у вас слишком сложное имя для нас и непривычное, — отвечает зелёный.
— Ну что поделать, так родители назвали.
Правда, не сообщаю, что меня так звали в прошлой жизни, но какая разница, я же не соврал. Это самое главное. А то второе пусть останется тайным.
Кстати, интересный у меня сон был этой ночью, даже слегка грустный, что ли. Начинаю вспоминать его.
Я очнулся в своей комнате на кровати, а за компом, повернув стул спинкой ко мне и положив на неё руки, сидел мой напарник — моё второе «я».
— Ну что, вот мы и снова встретились, брат.
— А почему брат?
— Ну так у нас теперь всё на двоих: и тело, и жизнь, и душа.
— Чего?! Я на такое не подписывался, братишка!
— Ну-ну, не нужно так кричать, маму разбудишь!
— А ну, ладно… Так. Стоп, какую маму! Это сон, а я вообще помер! И теперь живу в твоём теле! — начал я вскипать как чайник.
— Вот поэтому я и говорю, брат, как не крути, но ты прожил больше меня. Я — почти что ровно семнадцать лет, а ты, можно сказать, тридцать один год. Было бы наоборот, то тогда ты был на моём месте и наблюдал за моими похождениями, — просто кивнул в ответ этот умник.
— Это почему же? — уточнил я.
— Кто его знает, я так это ощущаю, не спрашивай у малолетки секреты мироздания. Сам же понимаешь, что это глупо? А если серьёзно, то я сам уже не хотел жить, поэтому и отдал тебе своё тело почти что без боя. Я всегда был больше теоретиком и философом по жизни, а ты, наоборот, практик. Вот и давай создадим тандем: я буду здесь, а ты — там. Вот и хорошо, что ты так быстро согласился, — съязвил мой сосед по оболочке.
— Да уж, малолетка, в некотором плане ты прочувствовал и увидел больше меня, — сказал задумчиво.
— Это да… У тебя вон родители все живы, а моих у меня глазах убили одни ублюдки, — ответил этот теоретик.
— Прости, я только начал, скажем так, распаковывать и обрабатывать информацию, — решил извиниться, не знаю даже почему. Просто чувствовал, что нужно.
— Да знаю я, Миша. В общем так, это, возможно, наша последняя встреча, так что запоминай. Никому не верь без клятвы на крови, и обязательно, чтобы прошла магическая искра, меня, по крайней мере, этому учили, — начал давать советы моё второе «я».