Проклятые цепи
Шрифт:
Голос первого стал чуть тоньше, видимо, к нему приставили нож, Максвелл этого не видел.
— ладно, понял, могла бы просто сказать.
Он попытался повернуть голову так чтобы рассмотреть Нирию, разумеется он знал, что когда пленница попадает к бандитам, то первая очередь стоит за Атаманом, а дальше для нее творится настоящий ад. В деревнях ему рассказывали истории что некоторые отцы убивали сначала своих дочерей, чтобы те не доставались ордынским ханам, а после сами падали на нож, потому что не могли вынести горя. Сейчас ему было больше жалко Нирию, чем себя. Максвелл поймал себя на мысли, что его собственная смерть вызывает гораздо меньше эмоций, чем смерть его подруги.
Неожиданно
“Откуда у них мясо? Может это та самая помощь о которой говорил староста?”
Наконец лошади остановились, его сняли и небрежно усадили на землю, руки за спиной привязали к деревянному колу, вбитому в землю. Теперь Максвелл мог оглядеться вокруг. Они находились в ещё одной деревне, немного покрупнее чем прошлая, внутри домов и на улице горели костры, вокруг домов был построен высокий деревянный забор с большими воротами, через которые их и провезли. Сам он сидел спиной к одному из домов, а напротив стоял ещё один дом, вот только этот отличался от остальных, крыша у него была намного целее чем на прочих, также глаз цепляло наличие двери. Именно в этот дом один из членов банды понес связанную Нирию.
"Черт Арт, хватит голубей ловить, давай бегом сюда"
Максвелл стал оглядываться, рядом с ним был также привязан ещё один пленник. Среднего возраста человек в бежевом балахоне. Бандиты оставили пленников без внимания, видимо были уже уставшие и хотели отложить все разговоры на завтра. Максвелл позвал человека.
— эй! Ты живой?
Человек медленно поднял голову и посмотрел на нового собрата по несчастью.
— живой.
— ты кто такой? Долго здесь уже?
— да вот уже месяц меня за собой таскают, лечить заставляют, целитель я императорский.
— не повезло тебе целитель, как ты здесь мог оказаться?
— также как и ты, путешествовал, нес свет Аудреналь в каждый уголок мира.
— понятно, выбраться хочешь?
— если бы мог, то выбрался.
— сможешь, нужно только подождать.
Нирию, словно мешок, положили на деревянную лавку у двери, внутри дома была только одна комната, в центре которой стояла широкая кровать, на которой лежал на боку и курил трубку усатый мужчина в халате. Принесший ее бандит заговорил первый.
— поймали вельможу и его бабу.
Он достал из кармана кольцо и показал его главарю.
— вот, это его кольцо, сняли пока спал.
Он отдал украшение атаману. Кольцо вызвало немалый интерес у главаря, он начал пристально его разглядывать.
— что ещё?
— три лошади, добротный клинок, а дальше по мелочи, у вельможи ничего кроме кольца не нашли, прячет где-то, утром будет выбивать.
Атаман кивнул.
— понятно, сейчас давай людям отбой, завтра будем решать, а сейчас пошел вон.
Его взгляд упал на связанную Нирию. Бандит молча вышел и оставил ее со своим главарем наедине. Он положил трубку с кольцом на тумбочку рядом с кроватью, поднялся с кровати и двинулся к ней.
— вот уже не ожидал такого подарка сегодня ночью.
Он взял ее за подбородок и поднял голову, взглянув прямо в глаза. Нирия смотрела на него без страха, но с пылающей ненавитью внутри. Пока она не знала, как будет выпутываться из этой ситуации.
— ты меня не боишься, я уже такое видел, ты ещё не до конца осознала, что тебя ждет, твой разум всё ещё цепляется за надежду, что ты контролируешь
Он взял ее на руки, потом отнес на кровать и кинул. Снял с себя халат.
— утром же ты и расскажешь мне все что знаешь о своем друге.
Он не развязывал ее и не стягивал кляп. Будь у нее свободны хотя бы ноги, она сломала бы этой твари шею, но время шло, и она оставалась все в том же беззащитном положении. Между тем главарь продолжал, она впервые была так близка к мужчине, даже в рабстве к ней боялись приближаться стражники, большинство из тех, кто пытался, она искалечила, вот только настолько сильно она никогда не была связана. Действия бандита становились все наглее.
В душе Нирии начал просыпаться страх, и не просто страх, этот страх способен был вырасти в нечто большее.
"Не паникуй, пока ещё ничего страшного не произошло, я лишь слабая жена вельможи"
Разбойник наконец снова поднял глаза.
— вижу ты начала осознавать во что вляпалась, а я ещё только разогреваюсь.
Он взял с тумбочки нож и разрезал путы на ногах, после чего приставил лезвие к ее шее.
— только попробуй двинуться.
Он начал ее раздевать. Нирия не двигалась, лезвие слишком плотно давило на ее шею. Она поняла, что начинает дрожать, сейчас случится нечто непоправимое.
"Да чем же я заслужила все это?!"
— под одеждой ты казалась полнее.
Дверь за его спиной негромко хлопнула. Краем глаза Нирия уловила лёгкое движение. Главарь зарычал и обернулся.
— я же сказал, пошел вон пока не прирезал.
Нож все также давил ей на шею. Однако сзади никого не оказалось.
— видимо сквозняк, извини дорогая, так на чем это я…
“Уж лучше я умру прямо тут”
Она рискнула, пнула его в живот схватив связанными руками за нож, но противник не был обычным солдатом. Атаман без проблем принял удар, после чего ударил свою жертву свободной рукой по лицу.
— лежать сука!
Но она не унималась, отчаянно пытаясь попасть по самым больным точкам на его теле, н все ее удары будто разбивались о скалу, этот человек не оставлял открытыми свои слабые точки, он умел драться. Из тьмы на его руку обрушилось темное пятно, нож моментально был выбит из крепкой руки атамана, а сам он уже лежал на полу, придавленный темной фигурой в белой маске. Арт одной рукой зажимал ему рот, а другой медленно вводил острие своего кинжала ему в тело. Главарь пытался кричать, спихивать незваного гостя с себя, но арт крепко сжимал его, когда лезвие вошло полностью он его вынул, нащупал другое место, и вновь начал вводить свое оружие в тело врага, он точно знал куда и как нужно колоть, чтобы противник не умер сразу. Бандит исступлённо бился в объятиях своей смерти, но ничего не мог сделать. Наконец клинок вновь вошёл в тело, теперь Арт начал ждать, силы постепенно покидали противника, все тише становились приглушённые вопли, и все больше растекалась лужа крови под ним. Когда же тело стало немного тяжелее Арт отбросил противника на пол, встал и вытер об простыню кинжал, после чего тот вновь исчез среди одежд. Он кинул взгляд на Нирию. Она сидела, свернувшись калачиком и смотрела на мертвое тело. Артемий оглядел постель, он не знал успел ли вовремя или нет. Он взял простыню и накрыл ею девушку, затем сел рядом на кровать и по-отцовски ее обнял. Нирия разрыдалась у него на руках, казалось сил больше нет, отец говорил, что каждому дано то что он может вынести, но как после такого она могла ему поверить? Если бы Артемий хоть на минуту задержался, как она могла и дальше выносить все то что происходит вокруг? Так они и сидели пока она не успокоилась.