Проклятые цепи

Шкуратов Валентин

— в какой стороне столица?

— на юге, стоит на берегу моря гигантов.

— тогда зачем мы идём на восток?

— в изумрудном лесу живут берсерки, они научат тебя своей магии и помогут усмирить гнев.

Нирия внимательно на него посмотрела, они условились только о пути в столицу, помощи в таинственном деле, не было произнесено не слова об изумрудном лесе, об обучении, и уж тем более об усмерении гнева, она никому не хотела позволять копаться у себя в голове. Девушка быстро встала.

— ты слишком много на себя берешь

Максвелл, с чего ты взял что вправе решать, что мне это нужно?

Максвелл тоже поднялся, он не отводил взгляд от ее глаз и видел в ней возрастающую злобу, а еще думал о причине почему не рассказал ей о смене маршрута.

“Похоже, что я просто-напросто забыл.”

А в слух проговорил.

— в империи очень сильные маги, не только представители силовых структур, среди подпольного мира тоже, ты не выстоишь даже против сержанта с катализатором, будь ты хоть трижды Кхтонка, паладины используют только волю и это тебя спасло, но, если противник будет и быстрее и сильнее, не говоря даже о воздействии на чувства, пропало наше маленькое путешествие.

— дело не в том, кто против кого не выстоит, почему ты решаешь, что для меня лучше?! Тебя никто не просил мне помогать и не надо думать, что что ты знаешь, что для меня лучше, как они собираются усмирять память о мертвом отце убитого в спину как труса, или мать, сгоревшую заживо в нашем доме?

Нирия снова начала на него кричать, а Максвелл молча слушал, он ждал пока она выговорит все что думает. Несколько локонов ее волос выпало из пучка на затылке, постепенно она успокоилась.

— тебе видимо просто нравится, когда на тебя кричат.

— вообще-то нет, просто ты сейчас права я и в правду упустил этот момент, нужно было рассказать сразу.

Максвелл показал на Артемия.

— я долгое время путешествовал вот с этим чудом, а он просто ходил и делал все что я говорю, вот я и привык.

Нирия принялась вновь заплетать волосы в пучок.

— или ты просто не умеешь правильно разговаривать с людьми.

Максвелл снова сел, ее раскрасневшееся от злобы лицо освещало утреннее солнце, она ещё нескоро успокоится. Он ответил ей.

— пока что никто не жаловался.

Она кинула на него последний злобный взгляд и двинулась к своей лошади. Артемий сложил на груди руки и смотрел на товарища.

— знаешь ли, и ты не совершенен, тоже ошибки совершаешь, хотя она уже начинает меня раздражать своими криками.

И он тоже двинулся к своей лошади.

Нирия долго думала попросить своих освободителей научить ее колдовать, но пока что решила подождать, она итак многое взяла у Максвелла просто так и не хотела быть ему еще более обязанной. В итоге вышло так что проблема решилась сама собой, и поэтому она не стала оспаривать предложение изменить маршрут.

***

Впереди показалась маленькая деревня. Трое путников уже две недели обходили стороной любое поселение, встречающееся

на пути. От окончательной потери направления их спасало только то, что Максвелл с Артом несколько раз уже проходили по этим местам и знали несколько дорог, также Нирия помогала с направлением, ориентируясь по солнцу и звездам, благо в этой части мира созвездия были те же самые что и у нее дома. Но вот этой деревни впереди никто увидеть не ожидал, вдалеке от главного тракта стояло от силы шесть домиков без огней в окнах, не смотря на то что на улице уже было достаточно темно. Троица молча смотрела на деревню.

— деревня заброшена, похоже не устояла под ордынскими набегами.

Нирия смотрела на пустые дома, что-то ее там привлекало.

— пойдем посмотрим, пусть Арт пока начнет готовить ночёвку.

— согласен.

Максвелл с Нирией спешились, Артемий был очень недоволен тем что его с собой не берут. Максвелл решил его подбодрить.

— да будет тебе, мы все расскажем, когда вернёмся.

Арт показал другу неприличный жест.

— и тебя туда же.

Вдвоем они выдвинулись в сторону деревни. За время пути их отношения немного сгладились, Максвелл старался не умничать по пустякам, а Нирия перестала постоянно ему перечить. Только Артемий одинаково не раздражал обоих. На самом деле им обоим даже стала приятна компания второго, хоть они и не признавались себе в этом.

Вход в деревню был уже близко, Нирия двигалась впереди, высматривала людей или их признаки, но никого рядом не было. Она осторожно заглянула за дом, перед которым они спрятались, после чего быстро вернулась обратно.

— там тела на улице лежат.

Максвелл понимающе кивнул.

— значит не заброшена, хочешь взглянуть поближе?

— а ты?

— я уже насмотрелся на тела на фронте.

Нирия снова заглянула за дом, вокруг уже как минимум несколько дней не было никаких людей.

— они достойны того чтобы их похоронили.

В Кхтонии мертвых кремировали, когда в племя приходила смерть, необходимо соблюсти обряд, чтобы воздать последние почести ушедшему из жизни.

— согласен, тогда идём.

Они осторожно вышли из-за дома. Вокруг царила могильная тишина и воняло гнилой плотью. Максвелл наклонился над телом молодого парня.

— прошла всего пара дней, вот этого полоснули по горлу, при чем не с размаху, а медленно, будто с удовольствием. Он подошёл ко второму телу.

— бабушка, ее проткнули быстро, умерла она тоже быстро, мало страдала, время смерти в один день с парнем.

Пока Максвелл осматривал тела, Нирия заглядывала в дома, почти во всех двери были сломаны или выбиты, внутри они не находила ничего, только деревянная и глиняная посуда, никакого металла или запасов провизии в погребах, нападавшие вынесли все подчистую.

Было очевидно, что здесь побывали разбойники. Они убили жителей и забрали все что сумели отыскать ценного. Максвелл тоже закончил осмотр.