Привал странников
Шрифт:
– Господи, старье какое!
– здоровенный майор, с презрением выпятив здоровенную челюсть, небрежно подбросил пистолет на руке, а потом небрежно кинул его в ящик стола.
– Ты мне руки освободи и дай это старье, - подал голос Смирнов и осмотрел присутствующих в помещении - посчитал. Добавил: - Обоймы как раз хватит.
– А он - шутник!
– опять обрадовался майор.
– И я - шутник, сейчас вместе и пошутим.
Он открыл дверь за барьером и махнул головой, показывая, что Смирнова надо вести туда,
Смирнова ввели в большую - метров сорок - камеру, вся меблировка которой состояла из откидной железной койки, железной скамьи, прибитой к стене, и железной табуретки, привинченной к полу.
Двое поставили Смирнова посредине камеры, у табуретки, и остались при нем. Шестеро, как члены секции в спортивном зале, расположились на длинной скамейке. Майор подошел к Смирнову вплотную и заглянул в глаза.
Сейчас спросит и ударит в солнечное сплетение, они всегда так начинают. Соберись, не впервой. Точно поймать момент удара и напрячься в этот момент. Но до чего же челюсть отвратительная!
– У меня к тебе, полковник, один вопрос: где ты спрятал Ферапонтова?
– И тут же ударил. Смирнов на прогнувшихся ногах сделал вялый шаг назад, майор попытался схватить его за грудки, но Смирнов всем телом кинул голову вперед, целясь лбом в отвратительный подбородок. Майор рухнул. Маленькое, но удовольствие!
Его бросили на пол и стали бить ногами.
Миня Мосин направился было к своему "вольво", но Ларионов сказал:
– Поедете со мной, Мосин. Если что, будете указывать дорогу.
Миня покорно влез в ларионовскую черную "Волгу" рядом с шофером. Махов крикнул Ларионову из отъезжающей оперативной "Волги", в которой в качестве запасного Сусанина был Денис:
– Мы вас ждем на месте сбора у Крестьянской заставы!
Ларионов открыл дверцу машины, чтобы сесть и ехать, но вдруг увидел, как в "восьмерке" устраиваются Казарян и Алик.
– Позвольте вас спросить, куда это вы собрались?!
– грозно спросил Ларионов.
– Туда же, куда и вы, - спокойно ответствовал Казарян.
– Как я устал от тебя, Ромка!
– Ларионов грузно сел на заднее сиденье и приказал шоферу: - Поехали.
Ему водицей спрыснули лицо, волоком подтащили к откидной койке и усадили на нее. Майор к этому времени вроде пришел в себя, но говорил с трудом:
– Где Ферапонтов, сучий потрох?!
Скажешь, где Ферапонтов - кончат сейчас же. Не скажешь - забьют к утру. Слабым быть противно, жалким быть противно. После обработки Смирнов Цицероном тоже не был:
– А не пошел бы ты...
– Володя, готовь прибор, - приказал майор и объяснил Смирнову: Сейчас займемся электротерапией.
Хорошенький такой паренек по имени Володя принес из дежурного помещения моток изолированной проволоки и какую-то хреновину солидного промышленного вида. Видимо, реостат. Размотал проволоку, одним концом подсоединил к койке, другой
– Что-то плохо контачит.
– Это тебе не Таньке титьки крутить, - посочувствовал ему Смирнов.
Володя оторвался от прибора, подошел к Смирнову и дал ему по морде.
– Дело делай, - недовольно сказал майор, и Володя возвратился к прибору. Майор приказал сидящим на скамейке:
– Свяжите его!
Трое повалили Смирнова на койку, расстегнув наручники, привязали закинутые за голову руки, прикрутили к краю койки ноги.
– Ну что у тебя, Володя?
– майор торопил.
– Порядок, полный порядок, - с профессиональным достоинством отозвался тот.
– Тогда действуй.
Трое отошли от Смирнова. Володя передвинул рычажок. Закрепленное ногами и руками тело Смирнова выгнулось тугой дугой.
– Отпусти, - распорядился майор.
Володя вернул рычажок на исходные, смирновское тело опало. Майор полюбопытствовал:
– Что скажешь, начальник?
– Подонок. Палач. Мразь, - был ответ.
– Володя, - не скомандовал, попросил майор.
На этот раз Смирнова в дуге подержали подольше. Майор присел на край койки, заглянул в пустые остановившиеся смирновские глаза, подождал, пока в них появится осмысленность. Со временем появилась. Ненавистью. Майор потрепал его по щеке и спросил:
– Где Ферапонтов?
– Много у тебя через эту койку народу прошло?
– плохо ворочая языком, вопросом на вопрос ответил Смирнов.
– Много, - подтвердил майор.
"Волга" Ларионова ехала вдоль железнодорожных путей. Мосин обернулся с переднего сиденья, предупредил:
– Метров через триста этот дом будет.
– Остановись, - отдал распоряжение шоферу генерал, включил свет в салоне, достал оперативную карту Москвы, прикинул по ней свое местонахождение и с удовлетворением отметил: - В общем, рассчитали мы все правильно.
– И в микрофон: - Всем участвующим в операции! Я в трехстах метрах от объекта. Через три минуты жду на месте. Ровно через три минуты. За сто метров от объекта всем выключить сирены. Внимание! Засекаю время!
"Волга" продолжала стоять. Миня обернулся и с недоумением спросил:
– А мы когда же?
– Ларионов смотрел на хронометр и считал секунды. Поднял руку, сказал:
– Пошли!
"Волга", взревев, рванула с места. С трех сторон взвыли нестерпимые сирены, к купеческому дому подлетали машины, из них выскакивали люди в штатском и люди в форме, полукольцом обхватывая дом. Подкатила и "восьмерка" с Аликом и Казаряном.
Ларионов вылез из "Волги", увидал старых дружков, но ничего не сказал, поправил фуражку и направился к "рафику" с репродуктором. Там уселся в салоне и взял микрофон: