Привал странников
Шрифт:
– Это смотря в кого, - понял Демидов подначку и улыбнулся.
– Давно в милиции?
– спросил Казарян.
– Второй год, - ответил Демидов и, в свою очередь, спросил: - А вы в кино работаете?
– В нем, служивый, в нем.
– А Гурченко знаете?
– Гурченко тебе зачем? Не по годам вроде.
– Просто интересно. Я ее книжку прочел.
– Так что же спрашиваешь? Ты же про нее все знаешь.
– Так то - книжка. А в жизни совсем другое.
– Хорошим книжкам надо верить, - изрек глубокомысленный Казарян и вырулил
Вениамин Беленький встретил их приветливо, но сдержанно, ибо присутствие посторонних по старой привычке настораживало его.
– Ваши джинсы, - объявил он и кинул на прилавок элегантный пакет. Сквозь прозрачный пакет Смирнов орлиным взором углядел кожаную нашлепку на кармане штанов с надписью на иностранном языке "Bell".
– "Бел", - с трудом прочитал он.
– Что это значит, Веня?
– Bell - по-английски колокол, - объяснил Вениамин.
– А с другой стороны, начало моей фамилии - Беленький. Знак фирмы.
– Фирма веников не вяжет, - разглядывая извлеченные из пакета джинсы, заметил Казарян.
– Может быть, хотите примерить?
– предложил Веня.
– А можно?
– робко спросил Смирнов, вырвавший джинсы из рук Казаряна.
– Прошу!
– Вениамин широким жестом указал за угол, где к стене государственной палатки была прикреплена согнутая полукругом проволока, на которой висела тряпицей ширмочка. На земле лежал чистый половичок. Смирнов скрылся за ширмой. Оставшиеся на свободе внимательно наблюдали за его ногами: они были видны из-за не доходящей до земли тряпицы. Ноги разулись у коврика, затем встали на коврик. Вниз пали старые штаны, ноги освободились от них, и штаны исчезли. Потом была одна нога в носке. Потом вторая в штанине, и наконец стали видны обе новые штанины. За ширмой чиркнула "молния", и Смирнов явился на свет.
– Ну?
– спросил он, топчась на месте, повернулся кругом.
– Высокий класс!
– заорал Казарян.
– Санька, едем к бабам!
– Хорошие джинсы, - одобрил Демидов.
Темно-серые джинсы и впрямь были хороши. Складные, ловко сидящие. Смирнов осмотрел себя там, где мог, подмигнул Вениамину и спросил у Демидова:
– Демидов, можно мы с Вениамином пошепчемся?
– Можно, - разрешил Демидов и покраснел.
Смирнов и Вениамин отошли к метро - там народу поменьше. Демидов зорко наблюдал за ними.
– Сколько я тебе должен?
– перво-наперво спросил Смирнов.
– Как бы я хотел, чтобы это был подарок!
– помечтал Веня.
– Подарка не приму.
– Да знаю я. Отстегивайте девяносто.
Отстегивая девяносто, Смирнов поинтересовался:
– Лешка у тебя не появлялся?
– Нет, после нашей с вами встречи - нет.
– А он в Москве, не знаешь?
– Вряд ли. Первый его визит в Москве - всегда ко мне.
– Спасибо, Вениамин.
– За сведения или за джинсы?
– Какие там сведения!
– ответил Смирнов и еще раз осмотрел себя. Ну, будь здоров.
Он
– Держи, - сказал Казарян и вручил Смирнову новый пакет со старыми штанами.
– Будьте счастливый!
– Вениамин вежливо поклонился троице и поспешил к коммерческим делам.
В машине Смирнов вдруг сказал:
– Знаешь, Рома, что в последнее время приводит меня в некоторую оторопь? Бывшие мои клиенты, в свое время порядком поднатерпевшиеся от меня, искренне радуются встрече со мной. И никто из них, понимаешь, никто не напоминает мне, что я в отставке, не у дел. Уж кому, кому, а им бы порезвиться сам бог велел. Так нет. Зато бывшие мои коллеги вспоминают об этом в моем присутствии даже с каким-то сладострастием.
Такой несправедливости Демидов вытерпеть не мог и сказал с возмущением:
– Как вы так можете, Александр Иванович? В МУРе помнят вас. А у нас в отделе прям-таки преклоняются перед вами. Перед вами, как живым воплощением лучших и славных традиций московского сыска.
– Чего, чего?
– Смирнов недопонял витиеватого Демидова. А Казаряна пробил смех, вроде того, что был вчера у телевизора. Отсмеялся и решил:
– Теперь ты, Саня, будешь проходить под кличкой "Живое воплощение".
– Кличка должна быть короткой и по существу, - проворчал Смирнов.
– Живое воплощение, - повторил Казарян и пришел к выводу, что: - По существу, Саня, по существу.
– Я что-то не так сказал?
– робко спросил Демидов.
– Так, именно так!
– энергично успокоился Казарян.
– В десятку, в яблочко!
Приехали. Демидов остался у подъезда, а Смирнов и Казарян поднялись в квартиру.
– Давай, Рома, договоримся на будущее, пока милиции с нами нет, начал Смирнов, усаживаясь в кресло и лишний раз любуясь новыми джинсами. Если то, что я предполагаю, подтвердится, то у тебя будет серьезное задание. Не посвящая Махова в наши дела, я просто намекну тебе, что пора действовать.
– Ты задание излагай, - Казарян скинул башмаки и лег на диван.
– Сегодня будешь колоть бармена Дениса. Мне думается, что его связь с твоим Миней не односторонняя. Денис - посредник. Между Миней и кем? Вот первый вопрос. Я догадываюсь, но хотелось бы доказательств.
– А если он не расколется?
– Если все будет как надо, он расколется, как орех.
– Саня, ну скажи!
– взмолился Казарян. Смирнов посмотрел на часы:
– Часика через два-три ты и сам все узнаешь.
– Шаманствуешь, старый хрен?
– обиделся Казарян.
– По Денису все?
– Не все. Прежде чем ты начнешь его колоть, ты должен его надежно спрятать. Лучше всего здесь, в Алькиной квартире. Сюда они не решатся сунуться.
– Могут убрать?
– Без всякого сомнения. Учти, если у меня одно дельце не выгорит, Денис - последняя ниточка.
– По твоему знаку я отлавливаю Дениса, привожу сюда и потрошу, уточнил свое задание Казарян.
– Так? Может, еще и Миню потрясти?