Принцесса-беглянка
Шрифт:
Изабель же с удивлением взглянула на Адама.
– Но Бренна – горничная хозяйки дома, сэр.
– Горничная, которая причесывает и одевает других служанок?
– Она не должна терять свои навыки, сэр, – объяснила Изабель.
Адам, прищурившись, посмотрел на Бренну.
Скромница Бренна Лангстром была довольно хороша собой, однако Адама ничуть не влекло к этой девушке. А вот Джиана – совсем другое дело. Но что же его так привлекало в Джорджи? Что заставляло его испытывать желание всякий раз, когда он оставался с ней наедине? Ведь прежде ему совершенно не нравились женщины такого типа…
Адам тяжело вздохнул
– Если даже Бренна потеряет свои навыки, никто не будет строго судить ее за это, – пробормотал Адам. – В доме нет хозяйки, поэтому и беспокоиться не о чем.
Маккендрик не подумал о том, что сказал это слишком громко. Изабель же его услышала и сочла нужным ответить:
– В один прекрасный день, сэр, в вашем доме появится хозяйка, и я уверена, что эта дама будет довольна Бренной.
– В этом нет никаких сомнений, – пробурчал в ответ Адам. – Думаю, что все в восторге от Бренны. – «Кроме меня», – мысленно добавил он. – А теперь, дамы, покорно прошу меня извинить, но я должен идти к себе.
– А как же чай? – спросила Изабель. – Может быть, после того как О'Брайен управится с вашим багажом, он отнесет чай вам в комнату?
Адам с Мерфи переглянулись.
– О'Брайен устал точно так же, как и я, – ответил Адам. – Ведь мы путешествовали вместе. Проследите, чтобы чай и угощение отнесли не только мне, но и ему.
– Я сейчас же велю Марте и Салли заняться этим, – сказала Изабель.
«Хорошо, что не Джиане», – подумал Адам. Потому что ему не хотелось испытывать судьбу. Он слишком устал, и сейчас, наверное, не смог бы противостоять ее чарам. Оставшись с прелестной Джианой наедине в своей спальне, он – не дай Бог! – может не удержаться и поцеловать ее.
– Вот и хорошо, – рявкнул Адам. Он вышел из библиотеки и направился к лестнице. Мерфи следовал за ним.
Когда приятели дошли до мраморного холла, их догнал Максимилиан.
– Добрый день, сэр. – Старик обращался к Адаму, совершенно не замечая стоявшего рядом О'Брайена.
– Только не сейчас, Максимилиан. Пожалуйста… Я ужасно устал и сейчас направляюсь к себе в спальню.
– Да, понимаю, сэр, – с сочувствием в голосе проговорил Максимилиан. – Я только хотел сообщить вам, что у вас на письменном столе нет никаких срочных писем, так что можете не беспокоиться на сей счет. Я взял на себя смелость обработать вашу корреспонденцию…
– Что?..
– Я взял на себя смелость просмотреть вашу корреспонденцию, сэр. Разумеется, за исключением адресованного вам лично письма леди Маршфельд, – добавил Максимилиан.
– А остальные мои письма? Вы их читаете?! – ужаснулся Адам.
– Разумеется, сэр. И я отослал те письма, которые вы приготовили для отправки и оставили на письменном столе. Ведь заниматься почтой хозяина – одна из обязанностей личного секретаря. Я разделил корреспонденцию на ту, которая требует незамедлительного ответа, и на ту, что еще может подождать. А кроме того, я взял на себя труд пересмотреть ваше расписание светских мероприятий, а также просмотреть просьбы о финансовой помощи, поступившие от различных благотворительных организаций. Все сомнительные просьбы я отсеял и оставил только знакомые мне благотворительные организации, которые зарекомендовали
Адам нахмурился. Во-первых, от Максимилиана ему вообще ничего не требовалось. А во-вторых, ему ужасно не понравилось, что кто-то читал его письма, перекраивал на свой вкус расписание его светских мероприятий и занимался просьбами о выделении средств на благотворительные цели.
– Мы обсудим это позже, Макс.
– Хорошо, сэр, – ответил Максимилиан с поклоном и тут же удалился.
– Что ты на это скажешь? – спросил О'Брайен, когда друзья начали подниматься по лестнице.
Адам взял у него свою дорожную сумку.
– Я в полном недоумении, – признался он. – Либо мне приснился страшный сон, либо здесь все перевернулось с ног на голову.
Глава 21
Принцесса королевской крови Сакс-Валлерштайн-Карлии – очень милая гостья. Она никогда не создает неудобства хозяину или хозяйке дома. Она не изводит их своими капризами, не обращается к ним с необычными просьбами и не позволяет делать это никому из своей свиты.
Тем временем Джиана, сидевшая в библиотеке, продолжала заниматься своим рукоделием. Она слышала, как Максимилиан заговорил с Маккендриком в мраморном холле, когда тот собирался подняться на второй этаж. Она даже услышала, как через несколько минут Максимилиан прошел в свою комнату.
– Мисс Лангстром!
Джиана вздрогнула от неожиданности; ей показалось, что от громкого крика Маккендрика сотрясались стены, дребезжали стекла в окнах и сыпалась штукатурка с потолка.
Подняв голову от шитья, принцесса молча взглянула на Бренну и едва заметно кивнула. Бренна выронила из рук гребень и бросилась к двери. Выбежав из библиотеки, она помчалась по мраморному холлу. У них был разработан план. Джиана решила, что на зов Адама должна будет явиться Бренна. Если, конечно, хозяин дома не станет настаивать, чтобы пришла именно она, Джиана. Она не забыла, что Адам Маккендрик велел ей держаться от него подальше. Причем он говорил ей об этом не раз, так что не следовало его раздражать. «Да-да, я буду держаться, сколько смогу», – говорила себе принцесса.
– Мне нужны не вы! – закричал Адам, увидев Бренну, остановившуюся у порога. – Другая мисс Лангстром! Джорджи!
Джиана отложила в сторону шитье и поднялась со стула.
– Возьмите с собой вот это. – Изабель вручила ей тарелку с бутербродами и пирожными. – Может быть, угощение смягчит это чудовище.
Выходя из библиотеки, Джиана с тарелкой в руках столкнулась в дверях с Бренной. Принцесса улыбкой поблагодарила девушку за то, что та была готова принять огонь на себя и не задумываясь бесстрашно ринулась в логово свирепого льва. Затем, приосанившись, принцесса зашагала к холлу, и ее каблуки гулко застучали по мраморным плиткам. Вскоре она пересекла мраморный холл и стала подниматься по лестнице.