Принадлежать им
Шрифт:
И потому еще один человек в этой паре — сто процентов, третий лишний…
Или… Нет?
Мужчины переглянулись поверх макушки девушки, внимательно, с ласковым восторгом, изучавшей лицо парня в очках, а затем принялись двигаться. Одновременно. Слаженно.
Передавая мягко и податливо гнущуюся партнершу из одних рук в другие, трогая ее, вертя вокруг своей оси с тем, чтоб в следующее мгновение прижать ее к себе, провести ладонью от живота выше, к груди, потрогать, но не пошло, не порнушно, а именно огненно, так, что только намек на
Потрогать, провести губами по покорно подставленной шейке, а затем отдать в руки другому… И смотреть, как он ведет нежную, яркую, словно сам огонь, девушку, в танце, как двигается вместе с ней, как тоже трогает, оставляет поцелуй на виске, губами скользит вниз, по скуле, к розовому ушку…
Это было охрененно…
— Оба, значит, в городе… — пробормотал кто-то позади Сашка, заставив его вынырнуть из полутранса и обернуться.
— Кто? — спросил он у мужика, стоящего рядом и наблюдавшего за танцем с узнаваемым голодным выражением на физиономии.
Похоже, не только Сашка торкнуло тут от нереального танца на троих.
— Жнецы, — ответил мужик, — вернулись. Раньше, чем хотели…
— Кто такие Жнецы?
— А тебе какое дело? — мужик, похоже, опомнившись, с подозрением уставился на Сашка.
— Никакого… — пожал плечами тот, — танцевали красиво…
— Ага… Глаза не пяль, а то вырвут. Это они, видно, соскучились сильно, раз прямо сюда за ней приехали…
— А она? Кто?
— Так, я не понял, а ты кто? — мужик принялся оглядываться, словно охрану искал, и Сашок решил прекратить спрашивать, а то опять выставят.
Он обернулся к танцполу, на котором сменилась музыка, и понял, что трио пропало! Сашок в шоке начал выискивать их в толпе, но нашел лишь знакомого охранника, пристально разглядывающего его.
Этого только не хватало!
Сашок торопливо пошел к выходу, выскочил на улицу и успел увидеть, как мелькнуло красное платье неподалеку.
Девушка садилась в здоровенный черный внедорожник.
Громила в белой футболке, подсадив ее, устроился на переднем пассажирском, и машина вырулила со стоянки.
После Сашок так и не сможет объяснить себе причины своего поступка.
Зачем он тормознул такси?
Зачем указал на черный внедорожник?
Зачем он вообще поперся куда-то на ночь глядя? Чего хотел? Что им двигало?
Но бывает иногда ситуация, в которой ты не управляешь собой.
И стечение обстоятельств приводит тебя к тому, к чему бы ты сам никогда по своей воле не пришел…
Просто кто-то так, наверху, явно имеет извращенное чувство справедливости.
И юмора.
Эпилог. У окна
Вилла была огромной и очень современной. Это все, что Сашок сумел разглядеть в полнейшей черноте южной ночи.
Здесь она была настолько плотная, что даже фонари у въезда на территорию виллы не разгоняли этот мрак.
Сашок пронаблюдал, как машина заезжает за ворота, как они закрываются…
И решительно
Он хотел договориться с водилой, чтоб тот его подождал, но, стоило дверце захлопнуться, черная приора стартовала с места так, что даже покрышки задымились.
Сашок в легкой оторопи пронаблюдал за удаляющимися огнями фар, а затем повернулся к темной громаде виллы. Поежился, понимая, что зря он сюда приехал. И что делать ему тут совершенно нечего.
А затем, выдохнув, решительно пошел на штурм.
Все же, не зря он бульдожьей хваткой славился. Даже самые бесперспективные дела умел докрутить до финала.
На вилле было темно.
Само ограждение не внушало доверия, обо было скорее декоративным, перепрыгнуть оказалось легко.
Сашок, оглядываясь и прикидывая, есть ли тут кочки или еще что, тихонько заскользил по гладкому влажному газону к одному из панорамных окон, в котором зажегся неяркий свет.
Сашок аккуратно подобрался к окну и заглянул в него.
И замер.
Картина, увиденная им, была прямым продолжением той сцены, развратной, возмутительно бесстыдной и нереально притягательной, которую он недавно наблюдал в ресторане.
Девушка в красном полулежала на широченном диване, устало опустив одну босую ступню в пушистый ворс ковра. Ее красные туфельки валялись тут же, небрежно скинутые и отброшенные в сторону.
Громила сидел, вольно откинув одну ручищу на спинку дивана, а пальцами второй перебирая густые блестящие локоны девушки. Она доверчиво прикорнула у него на груди, нежно водила тонкой ладошкой по темной штанине, обтянувшей мощные бедра.
При каждом движении на пальцах девушки вспыхивали искры драгоценных камней. Офигенно дорогих, Сашок в этом разбирался.
Они полулежали, гладя друг друга и явно о чем-то разговаривая, неторопливо, размеренно, по-домашнему.
Внезапно в поле зрения появился еще один участник этого странного трио, высокий парень в очках, с мертвенным, ледяным взглядом.
Он нес в руках бокалы и бутылку с вином. Поставив это все на столик, он опустился на колени перед девушкой и принялся мягко массировать ей ступни. Она изогнулась нежной кошечкой, запрокинула голову, опираясь затылком на грудь громилы, закатила глаза. На ее идеальном лице появилось выражение полнейшего блаженства…
Сашок сглотнул.
И прилип к стеклу, позабыв обо всем.
Они же сейчас сексом займутся… Охренеть… Вот никогда Сашка не тянуло на такие вещи, даже смотреть не хотел в фильмах. А тут прямо взгляд оторвать не получалось.
Оба мужчины ласкали покорную их властным рукам девушку, гладили ее так опытно, так умело, что становилось понятно: для них эти игры привычны. И дико кайфовы.
И Сашок… Черт, он бы все на свете отдал, чтоб оказаться сейчас на месте одного из этих мужиков! Тоже вот так трогать ее, проводить подрагивающими пальцами по гладкой, шелковистой коже, слушать все учащающееся дыхание, ловить стоны…