Приход весны
Шрифт:
— Ты хочешь сказать, что Поветрие — не просто название вторжения демонов?
— Да, это периодически повторяющееся действо, приводящее с собой хаос, разрушения, стагнацию. Оно не связано напрямую с Доменом Хаоса и может поразить совершенно любой мир. И началось оно именно после разрушения Розы. Кое-кто считает это карой Мирового Закона за некие действия великих народов прошлого. У меня нет определенного мнения по этому поводу, но я уверен, что Роза Доменов очень уязвима к таким потрясениям. Может случиться даже так, что конец Домена Людей разрушит ось вращения останков Розы,
— Ладно, историю я понял. А в чем заключается план?
— Может прозвучать странно и вызывающе, но заключается в объединении всех миров в одну Розу, — широко улыбается Услим, сводя руки вместе. — То есть повторить давнюю катастрофу наоборот, вновь получив единый и устойчивый мир, где каждому народу найдется место, а Поветрия, наконец, прекратятся.
— Только одна сила может такое сделать.
— Да, только Мировой Закон, которому нельзя отдать приказ или попросить об одолжении, поэтому придется идти более долгим путем, чтобы добиться желаемого. И для этого нам нужен прочный фундамент, нельзя просто собрать все миры в один и склеить из них одно целое, как из кучки снега слепить снежок. Единственный подходящий для этого мир — Домен Богов, который закрыт изнутри невероятно крепко, Ифрат позаботился о том, чтобы Пожиратель Слов до него не добрался.
— А Пожиратель тут причем?
— Это существо почти всю историю Розы охотится за словами. Вечность рассказывала, что многие понятия навсегда исчезли из мироздания, когда оказались в утробе Первого Хищника. Неизвестно, зачем Мировой Закон создал такую силу, но теперь она нацелилась на вихрь душ, сотворенный Ифратом, и не оставляет надолго Домен Богов без присмотра. Но это не единственная проблема.
В последнем Ирай не сомневается.
— Бог игр не согласен с нашим планом, хотя Домен Космоса уже давно сделал такое предложение. Ифрат не собирается отдавать свой мир для воссоединения Розы по только ему ведомым причинам.
— И так как я однажды буду приглашенным Ифратом в его обитель и получу возможность его убить, то я сразу становлюсь очень вам интересным, — продолжает душелишенный. — Я смогу открыть вам двери, чтобы вы выполнили задуманное, а взамен получу возможность выполнить контракт с Ифратом.
— Абсолютно верно. Это и есть наше предложение. Вечность использует все свои силы, чтобы соединить все миры и пришить края, если можно так выразиться. Розы Доменов больше не станет, останется лишь просто Роза, как было в начале всех времен.
Гнисир молчит, раздумывая над ответом, хотя выбирать тут не из чего. Словно кто-то установил судьбу таким образом, что свернуть с этой дорожки уже не получится.
— Но что вы собираетесь делать с Пожирателем Слов? Сможете уничтожить эту тварь? — Гнисир не мог не задать этот вопрос.
— Этого я не знаю, — честно отвечает Услим. — О таком Вечность ничего не говорила, но мне кажется, что этот монстр просто не даст нам завершить задуманное, поэтому всем нашим союзникам придется взяться за него. Отпугнуть, заковать, усыпить, а лучше убить. Пока что не об этом нужно думать.
— Ладно, Услим. Я согласен заключить контракт,
Малсарх молча ожидает продолжения.
— Мне нужна будет помощь с Клогги. Я не рассчитываю, что наша скорая встреча окончится хорошо. В прошлом Двуединство промывало ей мозги, значит, сможет это сделать еще раз.
Услим закрывает глаза и будто бы общается с Бесконечностью, чтобы получить её мнение относительно нового условия. Через пару минут открывает глаза и произносит:
— Я получил ответ. Дополнительное условие принято. Призови Вечность, когда это потребуется. Если на этом всё, то я спрашиваю тебя, Гнисир Айтен, согласен ли ты взять на себя обязательства по контракту?
— Согласен. Вечность и другие представители Домена Космоса тоже согласны на озвученные условия?
— Да. Контракт заключен, — торжественно произносит Услим. — Теперь я расскажу, какие первые шаги нужно сделать в становлении богом. Для этого нужно то, что не отобрать силой и не купить. Нужно признание великих сил. Чем разнообразнее они будут и чем выше их статус, тем выше ты взлетишь.
Смуглый мужчина снимает с плеч котомку, из которой достает чашу, полную воды с синим оттенком. Очень странно, но поверхность воды даже не поколебалась от движения рук масларха, словно там лед, а не жидкость.
— Я признаю тебя, Гнисир Айтен. И делаю это добровольно, — продолжает Услим, а воде рождается огонек света, который быстро гаснет.
— И что это было?
— Ничего, я просто признал твое право в становлении божеством. В этом процессе Мировому Закону важно мнение других. А эта вода из вечных ледников на полюсах Вечности. Она тоже признает тебя, что случается вообще впервые за её жизнь. Подобные Ифрату и более древние боги появлялись иным образом. А ты что думаешь, Хирона? Во время нашего путешествия по Ак-Треносу ты сказала, что всегда поддержишь Ирая.
— Да, конечно, я признаю Гнисира Айтена как будущего бога. И делаю это добровольно, — авантюристка прячет взгляд, а блики воды снова пробегают по поверхности воды.
— Мнение избранницы Гримуара Драконов тоже оказывается важным для Мирового Закона. Мы можем спросить самих Гримуаров? — спрашивает Услим.
Гнисир достает том, и каждый Гримуар отвечает согласием, ненадолго вынырнув из спячки. Гримуары особенные и могущественные существа, поэтому их мнение заставляет воду бурлить, но Услим говорит, что этого все равно недостаточно.
— Я свяжусь с кое-кем, — говорит малсарх, а Вечность позволяет его мысли преодолеть огромные расстояния и оказаться в самых разных местах, чтобы задать вопрос союзникам.
…Салим Гаш-Арат отрывается от чашки с чаем из-за ментального присутствия создания намного его сильнее. А потом произносит:
— Да, конечно, я признаю Гнисира Айтена и делаю это добровольно. Тода, а ты что думаешь?
Маг Крови кривит лицо, услышав знакомое имя, но бурчит под нос те же слова…
…В Домене Хаоса Симрида и Мозро Шинкунеш тоже обращают внимание на союзные мысли и тоже дают согласие.