Приход весны
Шрифт:
Рядом видна туша Мозро Шинкунеша, который занят любимым делом, а именно наблюдением за дивным процессом энтропии. Это действительно завораживающая алхимическая реакция, так как впереди находится один из источников смерти этого мира. То же самое, как если бы человек игрался с ядовитой змеей или стоял на краю обрыва. Даже Симрида чувствует щекотливое чувство, находясь рядом. Если подойти к обелиску ближе, то энтропия начнет разлагать даже высшего демона.
— А, Симрида, ты тоже вернулась, — Мозро поворачивает голову к гостье, но лица он не имеет,
— А ты что здесь делаешь?
— Разве непонятно? Любуюсь за этим процессом. Когда мы начали этим заниматься? Я никогда не считаю дни и года, но кажется, что прошло немало времени. Когда ты однажды сказала, что покажешь мне эксперимент гибели целого Домена, то я просто сгорал от любопытства. Правда, я ожидал чего-то более активного, но это тоже очень интересно. Десятки таких обелисков настроены повышать уровень энтропии вокруг себя, что постепенно приводит к гибели всё вокруг. Очень медленный яд в жилах Домена Хаоса. И мы являемся отравителями.
Симрида не прерывает собеседника, давая ему выговориться. Мозро Шинкунеш никогда не искал силы и власти, хотя имеет для этого возможности. Бесстыдный Наблюдатель, как его еще называют, предпочитает смотреть в разные стороны за всем, что ему интересно, а интерес он может найти почти в чем угодно. А если дело касается апокалипсиса, то вообще оторвать не выйдет. Он не считает себя ученым, но ведает очень многое. Он не называет себя поэтом, но часто изъясняется, играя словами и метафорами. Он редко показывается на переднем плане, но является известным символом её Двора, где приветствуют любое нестандартное мышление и поведение.
— Понятно, рада, что тебе понравилось. До сих пор никто не понял, что именно наш Двор виновен в гибели этого мира. Обелиски спрятаны на виду, но скрыты очень хорошо. Конкретно здесь вряд ли кто-то захочет нырять в эту бурю, чтобы посмотреть что в ней.
— Ага, а само бурление энергий скрывает разлагающее действие энтропии.
— А ты сам не боишься долго оставаться рядом?
— Нет, и хоть я не азартный демон, но даже мне приятно ходить по лезвию ножа, как говорят люди.
— В твоем случае сидеть на нем, — фыркает бывшая Мудрая лисьего племени.
— И то верно, — смеется Мозро. — Но и за тобой наблюдать очень интересно. Ты не демон по рождению, но стала одной из нас очень быстро. Добилась могущества и признания, а теперь воюешь против Двуединства. Таких интересных процессов я уже давно не видел.
Симрида понимает, что к каждому ценному союзнику, которого она находила за прошедшие года, нужен свой подход. Особенно, если на тебя работают самые сумасшедшие личности эпохи. Мозро Шинкунеша заинтересовать было проще всего, нужно было лишь предложить понаблюдать за тем, что очень интересно и редко повторяется. За такое зрелище демон готов был заплатить чем угодно.
Демоническая Лиса довольно двигает усами, даже не пытаясь скрывать удовлетворение от происходящего. Она долго
В особом месте под землей зверолюдка изучала тайные практики и больше узнавала о Розе Доменов. Там оттачивала знание Наречия Зверей и постигала новые. И когда стало совсем невмоготу быть просто Мудрой лесного племени, она начала искать место, где любят нарушать правила и искать возможности для роста, даже если для этого придется многое уничтожить. Лучше всего для этого подходил Домен Хаоса.
Но просто так Симрида не могла бы там оказаться и закрепиться, поэтому пришлось найти могущественного союзника, который помог на первых порах. И ради этого пришлось отдать собственную ученицу, ставшую единственной за всю жизнь Симриды.
Перед глазами встает воспоминание об очень любопытном лисенке, который постоянно совал нос куда не попадя. Амелла смогла добиться того, чтобы стать преемницей Мудрой, но она не понимала сказок и идей наставницы в силу своего возраста и жизненного опыта. Да, Амелла была не просто любознательной, но и всё схватывала на лету, но Симриду она не понимала. Итогом стало то, что именно её пришлось предложить Ифрату в качестве платы за помощь.
— О чем задумалась? — спрашивает Мозро.
— Предаюсь воспоминаниям о днях прошедших, — лиса садится рядом и щурит взгляд.
— И о том, кому помогаешь перевернуть всё вверх дном? — кажется, собеседник веселится.
— И ты знаешь, кто это?
— Ну, конечно. Я — наблюдатель. Не завоеватель, не ученый и не мститель. Я люблю за всем следить, поэтому имею привычку обращать внимание на самые разные незначительные детали. Но не переживай, мне плевать на то, что ты помогаешь Ифрату. Даже если это расценивать как предательство, то за ним тоже интересно наблюдать.
— Это не предательство, а сотрудничество. Богу игр было нужно, чтобы в Домене Хаоса начались волнения. Я их устроила, подняв бунт против Двуединства. Правда, он не в курсе, что это именно из-за меня энтропия здесь растет слишком быстро, что создает причину завоевания другого мира.
Два демона дружно смеются абсурдности ситуации. В этом сумасшедшем клубке войн и союзов запросто запутаться, и каждая сторона может хотеть чего-то, что не обязательно будет нужно союзникам.
— Да уж, мы строим песочный замок во время шторма, — говорит Мозро, а поток энергии принимает облик толстой руки, сжатой в кулак. — Ифрат хочет защитить Домен Людей, но при этом против тотальной перестройки Розы Доменов. Его выбор — просто справиться с последствиями.
Сказав это, демон оттопыривает большой палец.