Приход весны
Шрифт:
— Я и сам впервые его навещаю, — говорит Клайв. — Оберон сказал, что его похоронили здесь, а на надгробии поместили его молот.
Так и оказывается, когда они находят среди старинных склепов свежую могилу с каменной плитой, которую при помощи магии соединили с оружием последнего грандмастера. Боевой молот уже не сияет тем золотом, что когда-то бывало в бою, но Клайв вдруг достает платок и вытирает накопившуюся грязь.
— Я частенько бесил грандмастера своими выходками и языком без костей, поэтому он сплавил меня магистру Доранту. Но он был одним из тех, кто знал мое
— Тебе бы больше понравилось в гильдиях авантюристов, — говорит Хирона. — Там куда больше свободы и веселья.
— Я и рад был уйти, но моего мнения никто не спрашивал, поэтому было проще нацепить маску вечновеселого дурачка. А теперь отправляемся в тайные казармы ордена. Там темно, но весело. Говорят, даже призраки бродят.
Клайв провел экскурсию по городу со всем тщанием, но места выбирал по своему вкусу. Один раз они даже столкнулись с мародерами с бандитской внешностью, но сила сразу двух полубогов словно окружает прогуливающихся невидимой, но ощутимой аурой. Обычные люди почти наверняка чувствуют тревогу из-за чувств, источник которых не могут определить.
В конце они оказываются на вершине одного из самых больших водопадов Аль-Фиона, который срывается почти с семидесятиметровой высоты. Здесь построена обзорная площадка, открывающая вид на всю столицу. День постепенно идет к завершению, а солнце исчезает за западными горами.
— Эй, а можно еще позвать Дасиилай? — спрашивает Хирона. — Может, ей тоже не помешает проветриться.
Гримуар Драконов согласился, хотя не кажется, что ей есть хоть какое-то дело до человеческого города. Она больше о чем-то разговаривает с авантюристкой, может, дает советы против высших демонов, пока Ирай гладит Амеллу, которая в благодарность за выполнение одного из условий контракта облизывает руку и исчезает, чтобы вновь стать частью общей книги.
— А как ты смог стать полубогом? В твоем роду тоже были боги? — спрашивает Клайв.
— Нет, помогло покровительство Вечности. Я бы предпочел не расставаться с человеческой натурой, но иначе я не смог бы использовать силу судьбы для победы над Двуединством.
— Думаешь, этого хватит против них?
— Вот и посмотрим. В следующем бою я уже буду использовать и силу легенды, и совокупную мощь Гримуаров. Твоя помощь тоже может пригодиться.
— Хм, и это всё для того, чтобы Ифрат был вынужден пустить тебя в Домен Богов?
— Ты тоже знаешь детали плана?
— Нет, но я не идиот, хотя часто притворялся таким. Ты мог заинтересовать Вечность только чем-то таким, что можешь лишь ты. Для повторного объединения Розы нужен очень прочный фундамент, Домены Людей, Зверей или Моря такой нагрузки не выдержат. Хаос и Космос просто не подходят, а последний Домен, говорят, лучше вообще не трогать, так как он из подземной части первоначального варианта мироздания. Вот и остается Домен Богов, который закрыт на сто одиннадцать замков.
— Ты неплохо информирован.
—
— Да, мы готовы, — Хирона и Дасиилай подходят ближе, после чего Гримуар Драконов исчезает из виду, переместившись в книгу. Следом раскрывается портал, в который входят спутники, но сам Гнисир медлит и еще раз оглядывается, смотря на Аль-Фион, который даже в таком состоянии выглядит величественно. Он не стал хуже, просто Ирай здесь чужак.
Зеленые глаза перемещаются женский силуэт у края террасы, который тоже смотрит на город. Женщина стоит спиной к наблюдателю и, кажется, любуется закатом, хотя это лишь способность внушить себе что угодно.
— Как я и обещал, сегодня мы были вместе. Возможно, город оказался не таким замечательным, как мы себе представляли.
— Не переживай, Ирай. Он все равно прекрасен. Для нас он был просто зримым символом свободы от ужасов Арреля. Далеким и недосягаемым. Я рада, что ты смог исполнить нашу мечту.
— Прощай, — говорит душелишенный и исчезает в портале, и вместе с его уходом на террасе снова тишина и пустота.
А на другой стороне портала военный лагерь даже не думает успокаиваться, но сейчас часть суеты наводят полки людей. Кажется, что здесь собрались войска всех пяти государств Аргена, что не лишено смысла, ведь в случае поражения контратаку демонов в одиночку никто не остановит.
Однако Ирай здесь не советник и не полководец, поэтому со спокойной душой идет отдыхать. Помощники Оберона проводили до людской части лагеря, где у него есть собственное место для отдыха. Возможно, до решающей битвы осталось два-три дня, но бой может начаться и завтра на рассвете.
Уже когда сумерки накрывают землю, в шатре показывается темная фигура. «Ночное зрение» больше не отзовется на мысленный призыв, но чувства легко распознают ауру Хироны Свайгел.
— Всё в порядке? — спрашивает Ирай в темноту.
— Пока довольно спокойно, вряд ли демоны нападут прямо сейчас.
— Понятно, но я имел в виду не это. Ты очень молчалива в последнее время. Тебя что-то беспокоит?
— Просто у меня ощущение, что мы запрыгиваем на спину дракона, который летит со скоростью молнии через океан огня. Это приключение для нас может стать последним.
— Такое возможно, — Гнисир садится на лежанке. — Но тебе в этот раз нужно будет только прикрывать мне спину.
— И это мне тоже не нравится, — произносит девушка, садясь рядом. Сейчас куда легче разглядеть её силуэт, так как глаза постепенно адаптируются к темноте.
— Я могу чем-нибудь помочь?
— Возможно. Я хочу, чтобы мы не остались просто двумя именами на стелле победы над Двуединством и Поветрием. Слава мне в целом не нужна, как и грандиозные планы великих сил. Я теперь понимаю, почему ты всегда бежал от необходимости выходить на передний план. Я хочу… — Хирона пытается подобрать слова.
— Я всё понял, можешь не продолжать, — Ирай притягивает к себе девушку, и их губы соприкасаются в долгом поцелуе. — Мы не останемся просто сказанием в легенде, где являемся просто заложниками обстоятельств.