Приход весны

Жанпейсов Марат

Падающие капли дождя из кислоты оставляют на телах демонов химические ожоги, а ливень постепенно увеличивает силу, падая буквально водопадами капель. Враги приходят в исступление и помышляют теперь только о бегстве, но бежать некуда, ведь со всех сторон другие демоны, а впереди стоят враги.

Ирай начинает мысленно передвигать тучи, но тут заклятье разрывает ураганный ветер, поднятый кем-то из врагов. А после над головой возникает длинное тело парящей змеи, вместо клыков которой сияют магические кристаллы, а из пасти готовится вырваться новый ветряной залп.

«Высший демон», — понимает Ирай, уже готовый

принять удар, но тут еще выше возникает изумрудный ястреб, который хватает демона когтями и уносит в сторону. Узнать этот навык не сложно, до этого Гнисир встречался с всего одним человеком, который применял нечто похожее. Однако новая сила дополнительно даровала возможность смотреть глубже и шире, поэтому Ирай с удивлением понимает, что далеко не обо всем догадывался, если говорить о Клайве Содине.

— Каков план? — Хирона перекрикивает шум битвы. — Сближаться с Клогги может быть опасно, пока непонятно, где находится Гоффрой.

— Я уже чувствую его. Сначала я разберусь с ним, а потом найду Клогги. Тебя я попрошу помочь здесь и не спускать глаз с Гримуара. Если что, попробуй помешать ей.

— Поняла.

Они расходятся в разные стороны, и Ирай совершает высокий прыжок, просто перелетая сражающиеся первые ряды. Зверолюди явно находятся под действием особой магии, буквально пышут боевым азартом и неутомимостью. По рассказам Амеллы Мудрые племен знают ритуалы, которые могут высвободить повышенную ярость и силу на долгий промежуток времени. После этого зверолюдей не получится напугать или болью заставить остановиться или отступить.

А вот демоны тут далеко не все горят желанием сражаться, но Двуединство по-прежнему очень могущественно, поэтому всё прибывающие низшие демоны вынуждены слушаться их приказов и погибать за право жить на новой земле.

«Странно, но их здесь должно быть намного больше», — Ирай бы не удивился, если бы уже собрался первый миллион демонов. Но это не так, словно у Двуединства возникли какие-то проблемы с переброской войск.

«А многие высшие демоны заняты тем, что не дают низшим собратьям разбежаться. Пресекают любое дезертирство, оставаясь в задних рядах», — вот это вполне очевидно.

Гнисир делает полный оборот вокруг оси, широко раскинув руки, а с ладоней во все стороны устремляются режущие плоскости ветра, которые с трудом выдерживают бронированные демоны, а про прочих и говорить нечего. Теперь вокруг душелишенного образуется зона пустоты, которую никто не спешит занимать, и это привлекает внимание самого Гоффроя Ахеса.

Правда, он не стал приближаться лично, но столб черной воды до неба мог нанести серьезные повреждения, если бы не удалось сделать рывок в сторону. Теперь на прежнем месте крутится водоворот, который при этом уходит глубоко в землю, превращая почву в болото, расходящееся во все стороны. Похоже, хозяину клана Черного Моря выгодно, чтобы погибло побольше демонов, а не только врагов.

Теперь во все стороны расходятся сети молний, которые в один момент выстреливают в небо, где собираются в один огромный разряд, который несется в тыл войск, где находится командование противника. Яркая голубая молния неожиданно сталкивается с оранжевой, значит, Ида Окин тоже находится там. Ирай не уверен, что сможет сразиться сразу с ними двумя и их телохранителями, а он сюда пришел в первую очередь за Клогги, чья огненная

буря на другом фланге выжигает вообще любого неосторожного.

«Значит, без силы судьбы не получится сегодня победить», — Ирай активирует свой самый могущественный навык, и произносит новую судьбу:

— Гоффрой Ахес и Ида Окин окажутся далеко отсюда и не успеют вернуться, пока я не закончу с Гримуаром Хаоса.

Сказав это, Ирай телепортируется прямо к ставке командования, одновременно расширяя провал в чертоги Тхики. В любой другой ситуации это бы не ни к чему не привело, но сейчас судьба хватается даже за мельчайшую вероятность и прибавляет к ней почти стопроцентный шанс успеха. Ахес и Окин проваливаются во тьму вместе со многими приближенными и будут блуждать по чертогам, пока Ирай не закончит или пока их сила не превысит отпущенный судьбой лимит времени.

Сделав это, Ирай устремляется обратно, и тут снова помогает Клайв, хотя его самого в сражении красноволосый не видит. Изумрудная сова появилась буквально под ногами и теперь летит к пламенному шторму, ни на что не обращая внимания. Вместе они таранят огненный заслон, но магическое животное тотчас сгорает и даже золотой доспех начинает пылать, но пока что повреждения терпимы.

Как и ожидалось, внутри гораздо спокойнее, чем снаружи, а по пеплу от тел врагов и друзей шагает демоница с безразличным выражением лица. Клогги моментально замечает вторжение, но в её взгляде нет узнавания, значит, демоны вновь пленили разум. Три огненных копья останавливаются тремя изо льда, не получится остановить Клогги без боя.

«И даже изменение судьбы ничем не поможет, так как над Гримуарами она не властна, а ключи хранит у себя Ифрат», — Ирай осторожно обходит Гримуар по дуге, не сводя взора, а черноволосая девушка продолжает шептать слова на Наречии Хаоса, вызывая огненный ливень прямо на голову. Причем обжигающие капли быстро застывают, чтобы вскоре плотным слоем нового металла обездвижить врага, но магия Огня вновь плавит падающий сверху расплавленный металл.

«Цепи для богов-предателей» окружают Клогги и крепко стискивают, но моментально раскаляются и льются на выжженную почву яркими каплями. Теперь очевидно, что вокруг Гримуара установлена аура, которая любой порядок превратит в хаос. А вокруг Клогги тем временем расцветает огненная паутина, на которых ползут длинные цепочки крючковатых рун. По меньшей мере семьдесят слов имеют единый контекст явно на жреческом диалекте Наречия Хаоса и в сумме требуют от мира исполнить всего одну вещь: «Убить врага перед ней».

Тысячи факелов вспыхивают вокруг, и все становятся смертоносными стрелами, которые имеют достаточно силы для того, чтобы проткнуть золотой доспех насквозь. Но даже от такого можно защититься, например, судьбой. Ирай не властен над судьбой Гримуара, но теперь может влиять на свою.

— Я смогу обойти все атаки, — просто говорит Гнисир и теперь бежит напролом.

Весь фронт огненных стрел приходит в движение, поджигая окружающий воздух, но Ирай продолжает бежать, отдавшись инстинктам и воле случая. Вероятностный щит судьбы пока что выдерживает натиск, так как стрелы проходят мимо, а от части тело само уклоняется. Но чем больше смертельных ударов проходит мимо, тем быстрее убывает сила судьбы. Однако Клогги уже рядом и смотрит пылающими очами на врага.