Пресыщение
Шрифт:
– Итак, – сказала Мин, когда все трое устроились более или менее удобно, – что же с Уиллом?
Джем и Даллас переглянулись, ни один из них не желал говорить первым. В эту минуту позвонили в дверь. Пришел Альберт с пакетом продуктов.
– Вот, занес это по пути домой, – сказал старик.
– Альберт? Что вы здесь делаете? – удивилась Мин.
– Альберт работает у меня, – объяснил Джем, которому стало неловко. – Он помогает мне, когда я занят, а я получил возможность познакомиться с ним поближе… поговорить о жизни, знаешь ли, о другом…
–
– А. очень хорошо, миледи, очень хорошо, – ответил Альберт. – Ну, мне нора. Миссис Альберт будет волноваться, куда я подевался.
– Не спеши так, Альберт, – сказал Джем. – Полагаю, тебе следует задержаться.
– Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит? – спросила Мин, все сильнее расстраиваясь. – Я со всех ног бросаюсь сюда из Африки, как только Альберт сообщил мне, что здесь возникли проблемы, и обнаруживаю, что Уилл исчез, и теперь какой-то подозрительный тип выводит меня из квартиры, рассказывая, будто он работает с Маком, а тот уехал по делам, вероятно, с Уиллом. Насколько мне известно, Уилл работал в большом банке и не собирался стать наемником. Надеюсь, у всего этого есть какое-то разумное объяснение, потому что я уже сыта по горло и устала от вас.
– В-верно, – заикнулся Даллас. – Э-э, Джем, может быть, ты начнешь, раз уж ты говорил с Маком, а я – нет.
– Нет, – сказал Джем. – Мы обо всем узнали от Альберта, может, лучше он скажет в нескольких словах.
– При всем уважении, – сказал старик, – я всего лишь скромный…
Тут Мин не выдержала.
– Черт возьми, расскажите же мне кто-нибудь! – крикнула она.
– Хорошо, хорошо, – поспешно сдался Джем. – Вот что нам известно. Уилл никогда не уделял достаточно внимания своему здоровью. Он курит, как паровоз, пьет так, словно завтра наступит конец света, а пробежка в его представлении – это быстрым шагом смотаться до винного магазина. С другой стороны, он невероятно много работает, день за днем, почти без выходных.
Появились признаки переутомления. Мы видели, что что-то не так, но не знали, до какой степени, пока Альберт не рассказал мне. Он не раз находил Уилла на диване без сознания, в рабочей одежде и с бутылкой в руках. Мусорное ведро всегда забито пустыми бутылками и банками, и в доме всегда нечего есть. Мы сильно беспокоились, Мин. Вот почему Альберт написал тебе. Мы подумали, что ты, может быть, найдешь подход к Уиллу. Он и правда сильно изменился, вероятно, из-за того, что так много пил. Мы не думали ни о чем другом. У него часто менялось настроение, он стал непредсказуем, мог взорваться без причины…
– Мы пробовали прямо говорить ему об этом, – вмешался Даллас, предупреждая вопрос Мин, – но он обозвал меня никчемным актеришкой. Джема – жалким гомиком, а Альберта – глупым стариком. Нам пришлось отступиться и уйти восвояси.
– Ух, что-то это совсем не похоже на Уилла, – заметила Мин.
– В том-то и дело, – сказал Джем. – Он изменился до неузнаваемости. Мне известно, что у него на работе было какое-то очень важное дело и он сильно переживал из-за него, но я даже не представляю, какой от него вообще мог быть толк на работе в таком состоянии.
–
– Мы могли только приглядывать за ним, заходить к нему почаще и пить как можно больше, чтобы ему доставалось меньше алкоголя, – самоотверженно признался Даллас. – Я чуть не потерял голос.
– Альберт, – сказала Мин со слезами на глазах, – это правда?
– Да, миледи, – тихо ответил тот. – Боюсь, что да.
Джем принялся рассказывать дальше:
– Мак позвонил мне. Вчера ночью до него дозвонился Уилл, он почти бредил. Мак нашел его на улице прячущимся за изгородью в одной пижаме, грязного. Он сказал Маку, что его подкарауливали за дверью квартиры, ему угрожали. Сказал, что ему пришлось бежать из дома, потому что эти люди поджидали его снаружи и хотели убить.
– О господи! – в ужасе вырвалось у Мин. – Он сошел с ума.
– Похоже на то, – сказал Джем. – Чего мы больше всего боялись, то и произошло. Он тронулся. Мак отправил его в реабилитационный центр, чтобы его привели в себя. Он сказал, что выйдет на связь, если появятся новости.
– Значит, я опоздала, – сокрушалась Мин. – Если бы я смогла приехать днем раньше.
– Не упрекай себя, – великодушно сказал Даллас. – Tы не могла знать. Никто из нас не предполагал, что это случится так скоро.
Маленькое совещание вскоре завершилось. Друзьям не хотелось даже допивать вино, и они вылили его в раковину. Джем приготовил Мин чашку чая, а Даллас и Альберт ушли. Не о таком возвращении домой мечтала Мин. А Джем думал, надолго ли она задержится, зная, что Уилла в городе нет.
Глава шестая
Первые лучи солнца осветили сине-зеленые вершины холмов. Воды бухты, окруженной горами, были спокойны и безмятежны, хотя вдалеке в открытом море игриво пенились белые барашки. На островке, где ровные волны ласкали скалы, виднелся одинокий маленький замок. Его связывала с берегом старая дамба, но во время высокого прилива добраться туда можно было только на лодке.
Лишь один из обитателей замка не ведал о его живописных окрестностях. Он даже не мог осмотреться в комнате, в которой лежал. Сейчас его глазам было бы трудно смотреть на что угодно, кроме четырех гладких белых стен.
Он пробудился от глубокого сна, словно всплыл на поверхность со дна моря. Он не знал, сколько времени спал. Может быть, одну ночь, а может быть, и три года. Когда он открыл глаза, его ослепил яркий чистый свет из небольшого окна в верхней части стены. Сначала он увидел только вспышку и сияние.
Откуда-то доносился плеск волн и еле слышный звук голосов хора, напевавших какую-то незнакомую легкую мелодию.
Человек тихо лежал и прислушивался к пению, голоса проникали через окно вместе с ветерком, и наконец он понял: вот это и есть конец. Он умер, и теперь началась загробная жизнь. Как еще можно объяснить хор ангелов, белый свет, чувство полной расслабленности и умиротворения, охватившее все тело? Вообще-то он совсем не чувствовал своего тела. Хотя его можно видеть, оно стало невесомым и свободным, а боль и страдание куда-то испарились.