Прелат
Шрифт:
Хозяин вздохнул.
– Ах, дон Рене… И ещё каких средств!
– Понимаю… Понимаю…
– Вы получили-таки моё письмо. – Дон Рамирес перешёл к делу.
– Да… И надо сказать, с радостью проделал сие путешествие.
Дон Рамирес снова улыбнулся: учтивость гостя была ему по нраву. Вошёл слуга, держа в руках серебряный поднос, на котором стояла бутылка вина и два бокала из тёмно-синего стекла.
– Прошу вас. Это вино из виноградников Валенсии. Тончайший аромат…
Рене пригубил вино, действительно, букет был
– Итак, как мы с вами уже говорили при нашей первой встрече… – неожиданно дон Рамирес замолк и, отхлебнув вина, отогнал гнетущие воспоминания. – Я набираю команду храбрецов, дабы совершить дерзкую и опасную экспедицию.
Рене удивлённо поднял брови.
– Она, вероятно, сулит хорошую добычу… – предположил он.
– Огромную!!! Это я вам обещаю. Но… – дон Рамирес осёкся и пристально воззрился на гостя.
– Говорите, дон Рамирес. Эта экспедиция опасна, иначе бы она не сулила богатую добычу… Я готов к любым испытаниям.
Ди Саллюста просиял.
– Я не сомневался в вас, мой друг. Позвольте называть вас так!
– Конечно, как вам угодно. Быть другом самого эмиссара – честь для меня!
Хозяин отпил вина и рассмеялся.
– Право же, дон Рене, вы нравитесь мне всё больше и больше. Но вернёмся к нашим «баранам». У меня есть сведения, что в неком городе тольтеков хранятся несметные сокровища… Его называют Золотой город или Аусталькаль. Добраться до него, казалось бы нетрудно – всего-то до озера Маракайбо… Это каких-то два дня пути от нашей крепости… Но… Не скрою, наместник Венесуэлы дон Себастьян ди Барбалес, уже отправлял в сей Золотой город сто пятьдесят человек…
– И что же?
– В живых остался один, но и тот вернулся заражённый неизвестной нам болезнью или нечто иным…
Рене даже приподнялся с кресла: его интерес был неподдельным.
– Продолжайте, дон Рамирес? Что вы подразумеваете под «нечто иным»?
Дон Рамирес умолк и отпил вина.
– Вам приходилось убивать, дон Рене? Я не спрашиваю: при каких обстоятельствах?
– Безусловно. Вы же видели Папскую буллу, она наделяет меня особыми полномочиями прелата. Мне не раз приходилось защищать как свою жизнь, так и жизнь людей…
– Убить человека – это одно. А вот нечисть… – дон Рамирес воззрился на собеседника. Тот же прочёл в его взгляде страх…
– Для меня это обычное дело. – Признался Рене.
– Вы поражаете меня… Хотя, что я удивляюсь – вы же одолели вампиров, в то время, как я уже был на гране гибели! Но в Золотом городе нет вампиров, там пострашнее…
Дон Рамирес подробно рассказал гостю историю о том, как солдат с разбитой головой вдруг зашевелился, и как в его чреве пребывало нечто… И дон Рамирес видел это исчадие Ада собственными глазами.
– История,
– Да… Поэтому вы нужны мне. Вы бесстрашный человек! Вы не растеряетесь перед этим исчадием! – воскликнул дон Рамирес.
Рене скромно заметил.
– Надеюсь, что – нет. Как продвигается формирование команды? – неожиданно он перевёл разговор в другое русло.
– Можно сказать: успешно. В Испании ещё не перевелись храбрецы, жаждущие разбогатеть, даже если им придётся для этого отправиться в Ад!
– Что ж! – Рене поднял бокал с остатками вина и воскликнул: – Выпьем за храбрецов!
Дону Рамиресу понравился сей тост, он моментально осушил свой бокал.
– Я назначаю вас своим советником и обещаю щедрое вознаграждение. Вы же поможете мне сформировать команду.
– Что ж, охотно. – Согласился Рене, прекрасно понимая: его наниматель и покровитель даже не представляет во что ввязывается – уж если тёмные силы заинтересовались этим НЕЧТО, то вероятно оно опасно даже для них.
Глава 6
Дон Рене Альварес ди Калаорра, обуреваемый противоречивыми чувствами, – в нём боролись любовь и привязанность к Мадлен и девочкам с сознанием того, что силы зла вынуждают принимать его участие в их сомнительных замыслах – следовал через площадь Паха. На площади как обычно разворачивались торговые палатки…
Эти чувства вот уже несколько дней, особенно после визита в замок Кольменаро-Вьехо, не давали Рене покоя. Он мысленно прощался с Мадридом – городом, где он обрёл второй дом: кто знает насколько затянется сия авантюрная экспедиция? – неизвестно сумеет ли он избежать печальной участи того солдата, внутри которого поселилось нечто…
Неожиданно его печальные размышления прервались. Рене отчётливо услышал знакомый голос:
– Донна, но что вы такое говорите?! Эти ткани истинного лионского происхождения! Я лично доставил их из Франции!
– Возможно… – кивнула женщина средних лет, облачённая в дымчатую мантилью, и обратилась к своей компаньонке: – Донна Амалия, как вы считаете, тёмно-зелёный цвет мне будет к лицу.
Компаньонка задумалась.
– Не знаю право, донна Корнелия… Может быть, всё же лучше оливковый?
Женщины активно обсуждали расцветки и качество лионских тканей, которые продавал весьма бойкий и разговорчивый торговец.
– Донна, вы такая красавица, что в любом цвете будете бесподобны! – усердствовал он. – А вот посмотрите, на этот дивный коричневый шёлк!
Рене подъехал поближе к палатке бойкого торговца: и что же он увидел?
– Бог мой! Святые угодники! Фернандо Сигуэнса! – воскликнул удивлённый Рене.
Торговец замер… Почтенные донны переглянулись и зашептались.