Предел прочности

Королькова Наталья

— Софья, как ты знаешь, дети растут, а для того чтобы расти организму требуется питание, так что для того чтобы вырасти необходимо хорошо кушать. Так что ешь, — подвинула тарелку поближе к девочке.

— Правда, можно?

— Да. — Пришлось надавить, потому что девочка все еще не решалась. — Правда, надо было тебя чем-нибудь посущественнее накормить. У меня в духовке картошка с мясом в горшочках тушится, только вот готова она будет только через час, не раньше. Я-то вас так рано не ждала.

— А ты знала, что я приду? — удивился

ребенок.

— Наверняка нет, но предполагала и надеялась на то, что ты скоро будешь жить вместе с папой.

— А ты? — серо-голубые глаза встретились с моими.

— А я тут в гостях, поживу немножко, а потом уйду.

— Куда? — вопрос закономерный, только вот ответа у меня на него не было.

— Пока не знаю, — пожала плечами, отпивая из своей чашки чай.

— Тогда оставайся, — серьезный совершенно не детский взгляд, ожидающий от меня ответа.

— Посмотрим, — ответила неопределенно. — Время покажет.

Вскоре мы с Софией перебрались в комнату и стали обустраиваться в ней. Начали с того, что достали из сумки и разложили по шкафам Софьины вещи.

— А ты где будешь спать? — вопрос застал врасплох. Раньше в этой комнате жила я. Теперь свое место на диване мне придется уступить Софье. В другой комнате на кровати спит Игнат, а больше спальных мест в наличии не имелось.

— Задачка, — сев на стул, почесала затылок. — У тебя есть предложения?

— Можно со мной и мне не так страшно ночью будет, — предложил ребенок.

— Согласна, — тут же ухватилась за эту идею, потому что напрашиваться под бочок к Игнату я не хотела, хотя и желала. Кто знает, возможно, что я для Игната всего лишь мимолетное увлечение, и он теперь уже не знает, как от меня избавиться. Стоп, оборвала собственные мысли. Не надо думать в этом направлении.

— Ура, — обрадовалась Софья. — А ты точно ночью никуда не уйдешь?

— Если только на пару минут в туалет, или водички попить.

— Это не страшно.

— Только должна тебя предупредить, — прошептала заговорщицким шепотом. — Я по ночам иногда кричу. Не испугаешься?

— Кошмары снятся? — посочувствовала мне девочка с таким выражением лица, словно она каждый день кошмары видит и не понаслышке о них знает. — Они тебе снятся, потому что ты одна спишь, а если мы вместе ляжем, то они к нам не придут.

Подойдя, притянула к себе голову ребенка. Бедная малышка, это ж сколько всего ей пришлось пережить?

— Пошли, тушеную картошку из духовки доставать.

— Я никогда такую не ела, — Софья с интересом рассматривала содержимое одного из горшочков.

— Вот сейчас и попробуешь.

— Но, тут же всего два горшочка, — я непонимающе уставилась на Софью, не понимая в чем проблема. — А папе? Ты же ведь на меня не рассчитывала. — И вот что тут скажешь?

— Давай так, — присела рядом с Софьей. — Один горшочек мы с тобой трогать не будем, и оставим его папе, а второй поделим напополам.

— Ты же останешься голодная. — Вот что за ребенок?

Я же видела по ее глазам, что Софья готова в одиночку съесть все содержимое горшочка. Я такой взгляд однажды видела у собаки. Сама-то я животных у себя никогда не держала, а вот у некоторых моих одноклассников были домашние питомцы. Так вот, сидели мы с одноклассницей на кухне и ели бутерброды, а ее собака сидела на полу рядом с нами и каждый раз, когда я подносила бутерброд ко рту, она таким голодно-просящим взглядом провожала каждый откусанный мной кусок, что хотелось отдать ей сразу и все. И я бы отдала, но подруга мне строго-настрого запретила кормить собаку. А та, горестно вздыхая, взглядом говорила: "Я бы съела этот кусочек".

У Софьи сейчас взгляд был практически такой же, как у той собаки и я готова была отдать девочке все.

— У нас с тобой полный холодильник продуктов, к тому же еще и пирожки остались, так что голодная смерть в ближайшее время ни тебе, ни мне не грозит. — Поднявшись, отправилась за тарелками.

Софья старалась не торопиться, тем более что картошка была еще горячей, но все же она съела ее в рекордно короткие сроки, словно боялась, что у нее ее отнимут.

— Давай-ка. Я тебе налью чая и сделаю горячий бутерброд.

— А это как? — Оживилась девочка, отодвигая от себя пустую тарелку.

— Сейчас увидишь. Ты что больше любишь колбасу или грудинку? — распахнув холодильник, продемонстрировала и то и другое.

— Все, — заявила Софья.

— Значит, делаем два. Смотри, на кусок хлеба кладем колбаску, затем помидор, лук будешь? — девочка кивнула, — вообще ингредиенты могут быть какие угодно, на хлеб кладешь все что любишь, или то, что есть в холодильнике, только запомни, что сверху всегда должен лежать ломтик сыра.

— А можно второй бутерброд сделаю я?

— Конечно можно, — разрешила. — А еще можно намазать хлеб кетчупом и майонезом, давай для сравнения попробуем. — Протянула Софье майонез и кетчуп.

— Что дальше? — Соорудив бутерброд, Софья вопрошающе глянула на меня.

— А дальше надо поставить все это в микроволновку. Бутерброд нагреется, сыр расплавится.

— Поэтому они называются горячими, да?

— Совершенно верно.

Пока Софья гипнотизировала микроволновку, села за стол и стала доедать свою уже чуть теплую картошку.

— Готово, — Софья повернулась ко мне, услышав сигнал микроволновки.

— Доставай, сейчас будешь дегустировать.

— Пробовать, да? — Поставив тарелку с бутербродами на стол, Софья подхватила, грязную тарелку и вместо того чтобы поставить ее в раковину, открыла воду и стала ее мыть.

— Оставь, я потом помою.

— Я не привыкла оставлять за собой грязную посуду, — заявила мне она таким голосом, что стало ясно, останавливать ее и отговаривать бесполезно.

— Ира, а какой из бутербродов мой? — девочка, разглядывая бутерброды, пыталась на глаз определить какой с чем.