Предел прочности
Шрифт:
— Все как всегда и уже таких бурных страстей как вчера не было к тому же сегодня суббота и у многих наших выходной.
— И правда, суббота, а у меня в голове уже все дни недели перемешались. Да, еще несколько дней и о том, что произошло никто и не вспомнит. — Вопрос о том, как мне теперь жить дальше оставался открытым. Надо искать квартиру, не могу же я отсиживаться у Игната вечно, к тому же комната ему теперь нужна для дочери.
— Ирочка, ты почему такая грустная? — Вот что за ребенок? От нее никакие эмоции утаить
— Думаю о том, как скоро и куда именно переезжать, — ответила честно.
— Папа тебя обидел, да? — взгляд Софии беспокойно забегал по моему лицу.
— Что ты, разве твой папа может кого-то обидеть? — не удержавшись, погладила девчушку по волосам.
— Тогда почему?
— Да мне тоже интересно — подключился к дочери Игнат.
— Это не моя квартира…
— Тебя отсюда никто никуда не гонит, — Игнат не то злился, не то нервничал.
— В любом случае, я не могу жить у вас вечно, мне так и так придется что-нибудь подыскивать. К тому же мне не хотелось бы вас стеснять.
— Не уходи. Не бросай меня. — Большие серые глаза ребенка, смотрели на меня с затаенной надеждой, а потом постепенно стали наполняться слезами. В груди что-то сдавило и стало тяжело дышать, похоже, что за полтора дня я к Софии успела довольно-таки сильно привязаться, даже, кажется сильнее, чем к Игнату. Малышка за свою жизнь уже столько настрадалась, столько натерпелась, а тут еще я. Какая мне разница, где жить, если не выгоняют? Хотя кого я обманываю? Мне хотелось остаться. Здесь, как ни странно я чувствовала себя как дома, а не в гостях.
— Раз ты настаиваешь, и если папа не против, то я согласна повременить с отъездом.
— Папа не против, — мне показалось или в голосе Игната послышалось облегчение? Глянула на директора, глаза у которого радостно лучились — и чего спрашивается радуется?
— Потом не жалуйтесь, — пригрозила, сузив глаза, в то время когда самой хотелось смеяться.
— Спасибо. — София порывисто обняла меня, уткнувшись в плечо, я обняла ее в ответ.
— Ладно, уж, — погладив ребенка по спине, отстранила от себя девочку, а то еще немного и чувствую, что сама разревусь. — Давай ты сейчас немного пообщаешься с папой, мне надо позвонить, а потом мы с тобой почитаем. Договорились? — Девочка, кивнув головой, отошла от меня.
— Намек понял, удаляюсь, — протянув мне телефон, Игнат следом за дочерью вышел из комнаты.
В этот раз мы с мамой разговаривали не так долго, как в предыдущие дни. Особых новостей не было, так что поговорили с ней обо всем и в то же время ни о чем.
ГЛАВА 8
Эту ночь, я вновь провела вместе с Софией. Практически сразу, как только моя голова коснулась подушки, я заснула, наверное, сказалась прошлая бессонная ночь, а еще целый день, проведенный на ногах на свежем воздухе.
Проснувшись, повернула голову и обнаружила,
— Привет, — Игнат свежевыбритый и улыбающийся выходил из ванны.
— А ты что здесь делаешь? — Опешила, я вообще-то не ожидала его здесь увидеть.
— А у меня выходной, — заявил он. — Сегодня воскресение и так как я вчера выходил на работу, завтра у меня тоже выходной.
— А-а, — произнесла многозначительно.
— Вообще-то мы сегодня все вместе на озеро собирались, — напомнил он мне.
— Ира, мы вместе с папой приготовили тебе завтрак, — оттеснив в сторону отца, София потянула меня на кухню.
— А себе? — глядя на Софью, я не смогла сдержать улыбки. Девчушка была похожа на яркое и теплое солнышко, глядя на которое в сердце вспыхивала радость, а тревоги уходили на второй план.
— И себе, конечно, тоже. Только мы уже позавтракали.
— Это ж сколько я проспала? — настенные часы показывали половину девятого. — Ничего себе, — присвистнула, что-то я в последнее время стала долго спать.
— Не свисти, денег не будет, — авторитетно заявил ребенок.
— Прости, больше не буду.
— Ешь, — передо мной появилась тарелка с кашей.
— И только попробуй все не съесть, — раздалось из-за спины.
— И что тогда? — голова развернулась в сторону стоящего в дверях Игната. Настроение у меня было замечательное. — С ложечки кормить будете?
— А что это идея, — директор, глядя на меня хитро прищурился. — Я тебя еще и запеленать могу.
— Спасибо не надо, — сделав испуганные глаза, закачала головой из стороны в сторону.
— Тогда ешь, — и мне указали на тарелку.
— Умыться пустите? — взмолилась, делая при этом жалобное лицо. — Мне руки помыть надо.
— А ты что кашу руками есть собираешься? — Игнат еле сдерживал то и дело расползающиеся в улыбке губы, в то время когда стоящая рядом София, уже давно хихикала в кулачок. — Ложку тебе дали, так что можешь приступать к завтраку.
— Я же под вашими перекрестными взглядами подавлюсь, — сделала вид, что обиделась. — Ладно-ладно, я вам это еще припомню. Отольются кошке мышкины слезки.
— Ир, ты что? Мы же пошутили, — забеспокоилась София, хватая меня за руку.
— София, ты, что? — погладила ребенка по щеке. — Я же шучу. Все в порядке и кашу я обязательно съем. Ты мне лучше скажи, купальник-то у тебя есть?
— Кажется, нет, — после нескольких секунд раздумья сообщила София. — Это ничего я в шортах и в футболке покупаюсь. — Мы с Игнатом переглянулись.
— Идем на пруд через магазин, и никакие возражения не принимаются, — категорично заявил Игнат, тем самым не давая возможность дочери возразить. Пойдем-ка мы с тобой, пока Ира будет завтракать, соберем полотенца и найдем в какую сумку их положить.