Предел Адаптации
Шрифт:
Она подмигнула ему.
— Эй, герой VR, — обратился к нему Пахом. — Ты же хотел красиво умереть? Не получилось. Придётся жить.
Дмитрий хрипло рассмеялся, тут же закашлявшись от боли.
Время на жалость им никто не дал.
— Всё, с ранеными понятно, — сказал Рубцов, когда носилки с Лукьяновым и Сомовым утащили к временной точке эвакуации. — Задача не поменялась.
Он показал на карту.
— Рой устроил вам маленький концерт, но основная группа диверсантов всё ещё здесь, — сказал
Красные маркеры на карте сместились.
— Значит… — вмешался Пахом.
— Значит, — перебил его капитан, — дальше будет работа пехоты.
Они продвигались между складами, как в лабиринте.
БОТ двигался медленнее, его сенсоры скользили по дверям, окнам, щелям.
Микророй теперь держали повыше, чтобы его не достали с земли.
Эйда мягко распаковывала картину перед глазами Артёма:
углы, возможные сектора обстрела, точки, где противник мог устроить засаду.
— Панфёров, доклад, — шёпотом сказал Стрелецкий.
— Вижу трёх у центрального склада, — ответил тот. — Сидят на корточках, ковыряют что-то у стены. Похоже на закладку. Ещё двое — вон там, на перекрёстке, за бетонным блоком. Один — в проёме здания, прикрывает.
В его голосе не было уже прежних шуточек — только сухие, быстрые слова.
— Они в их форме, — добавил он. — Нордийский спецназ, по нашивкам и оборудованию. Маскировка продвинутая, ткань переливается, но рою пофиг.
— Оружие? — спросил Рубцов.
— Автоматы, плюс у одного что-то типа компактного ПТ, — ответил Данил. — И у того, что у стены, в руках коробка. Не знаю, что там, но мне не нравится.
— Сюрприз для узла связи, — тихо сказал капитан. — Если они её поставят, нам потом долго объяснять, почему над головой рухнула половина сети.
Он посмотрел на «Восток».
— Значит так, — сказал он. — Подход по двум направлениям. «Дельта» — с правого фланга, «Браво» — левее, через тот проём.
— Товарищ капитан, — заговорил Рыбин, — давайте рой по ним ещё раз?
— Если мы сожжём рой сейчас, — ответил Рубцов, — а у них в запасе ещё один пакет с такими же микродронами, дальше будете ходить вслепую. Нет. Рой — на разведку и точечные удары. Здесь — пехота.
Пахом тихо выдохнул.
— Ну, понеслась.
Первыми пошли они — правая группа.
Артём чувствовал, как тело входит в знакомый режим:
движения короткие, экономные, дыхание ровное, сердце бьётся быстро, но ровно.
Эйда отмечала малейшие изменения давления на ступнях, подстраивалась под выверт пола.
Робо-мул, оставленный чуть позади с Дроздовым, тикал чем-то в своих прожекторах, но пока
Они подошли к углу склада, прижались к стене.
Стрелецкий показал жестами:
на счёт три — выход, два бойца вдоль стены, один контролирует проём, остальные прикрывают.
Артём кивнул, подхватывая план.
В этот момент из общего канала раздался тихий, но ощутимо чужой голос — с лёгким акцентом:
— Вызов контрольной группы «Лис». Отправка пакета через тридцать секунд.
Голос явно шёл из рации одного из диверсантов.
— Панфёров, транслируй, — шепнул Рубцов. — Я хочу слышать их тоже.
— Уже, — сказал тот. — Я подсел к их частоте через рой. Слышите?
Слышали.
— Контроль, это «Лис-три», — тот же голос договаривал что-то на чужом языке, но важные слова были понятны и без перевода: «пакет», «подрыв», «узел».
Стрелецкий встретился взглядом с Артёмом — коротко, тяжело.
— Время, — сказал он губами.
Жест.
Раз.
Два.
На «три» они вышли.
То, что происходило дальше, потом вспоминалось кусками.
Картинка, обрубленная на куски, как плёнка, порезанная ножом.
Артём выскочил из-за угла, автомат уже был у плеча.
Диверсанты у стены не ожидали, что их увидят именно сейчас.
Один стоял на колене, ковыряясь в панели с проводами.
Рядом лежала большая, чёрная, безымянная коробка.
Второй прикрывал, держа автомат на полуготовности.
Третий — чуть в стороне, глядел куда-то в сторону узла связи.
Первые доли секунды — шок у обеих сторон.
Эйда сжала мир в одну линию:
Три цели. Расстояние — пятнадцать метров. Приоритет — оператор коробки, затем прикрывающий, затем третий.
Тело среагировало.
Очередь ударила в того, кто копался в проводах.
Пули, срезанные модулем по траектории, вошли в плечо, грудь, шею. Он отлетел к стене, перевернув коробку.
В это время второй диверсант уже успел среагировать.
Автомат развернулся, и короткая очередь прошила воздух рядом с головой Артёма.
Осколки бетона брызнули.
Он почувствовал, как что-то горячее полоснуло по щеке — пуля прошла очень близко.
Эйда увеличила частоту работы:
Опасность. Уклон вправо, два шага, присесть, возврат ведения огня.
Он рухнул на колено, перекатился, вскинув ствол.
Пахом из-за его спины дал длинную очередь в того, что прикрывал.
Того согнуло, как тряпку, он упал, зажав живот.