Предел Адаптации

Фрюс Иван

— И вообще, — сказала она, — я не пропадаю. Я живу. Там, понимаете, жизнь кипит.

— В общаге тоже кипеть будет, — заметил Николай. — Особенно если плиту включить.

Марина усмехнулась, перегнулась через спинку.

— Ну что, — сказала она брату. — Готов стать высокообразованным городским жителем?

— Сколько процентов готовности нужно? — спросил Артём. — Я, наверное, где-то на шестьдесят.

— Сойдёт, — Марина махнула рукой. — Остальное добьём на месте. Главное — не будь там деревенским придурком.

—

Спасибо, — сказал он. — Очень поддержала.

— Я серьёзно, — сестра на секунду посерьёзнела. — В общаге свои законы. Не надо никому доказывать, что ты крутой. Не надо лезть в любую драку. Выбирай, где реально надо, а где просто идиоты меряются кто тупее.

— Она права, — тихо сказал Николай. — Ты у нас парень горячий. Головой пользуйся.

— Скажете тоже, — вздохнул Артём. — Я что, каждый день дерусь?

— Не каждый день, — заметил Егор. — Но часто.

Мать влезла между:

— Всё. Драки оставьте. Мы говорим о нормальных вещах. Например, о том, чем ты будешь там есть.

— Вилка, ложка, — сказал Артём.

— Я серьёзно, — Ольга нахмурилась. — Столовая столовой, стипендия стипендией, но ты там особо не разгуляешься. Хорошо, что ты работу искать собираешься.

Он действительно собирался. С самого момента, как понял, что поступает в город, решил: не будет сидеть на шее у родителей. Они и так тянули всё, что можно.

— Найду, — сказал он. — Грузчиком, хоть кем. Там всё равно есть магазины, склады.

Николай кивнул одобряюще.

— Только не сразу, — сказал он. — Сначала привыкни, втянусь в учёбу, потом уже беги работать. А то перегоришь.

— Я не лампочка, — Артём усмехнулся.

— Ты у меня фонарь, — сказал отец. — Иногда слепящий.

Марина рассмеялась.

— О, какая метафора, — сказала она. — Запишу. Буду потом в интервью говорить: отец мои фразы придумал.

— Сначала хоть что-то нарисуй, чтобы у тебя интервью брали, — отрезала мать, но улыбнулась.

Автобус, ворча и повизгивая, наконец добрался до города. Сначала появились редкие многоэтажки, потом плотная застройка, магазинчики с пёстрыми вывесками, остановки с облезлыми объявлениями.

Город назывался Белоярск. Обычный такой областной центр: ни мегаполис, ни деревня. Был здесь университет, пара техникумов, завод, торговые центры, автовокзал, вечные пробки в паре узких мест и толпы студентов на остановках.

— Ну вот, — сказал Егор, прижавшись к стеклу. — Цивилизация.

— Это ещё не цивилизация, — Марина фыркнула. — Цивилизация там, где кофе не растворимый и маршрутки приходят по расписанию.

— В сказках, то есть, — подытожил Артём.

Автобус затормозил на автовокзале. Люди поднялись, зашуршали пакетами, подняли сумки. Лазаревы тоже поднялись.

— Давай, — сказал Николай, снимая с полки чемодан. — Пошли искать твою альма-матер.

Университет

оказался в двадцати минутах ходьбы — длинное светлое здание с надписью на фасаде и облезлым флагом. Перед входом — клумба, пара скамеек и толпы таких же, как Артём: юноши и девушки с чемоданами, коробками, пакетами, иногда с родителями, иногда сами по себе.

— Очередь за счастливым билетом судьбы, — пробормотала Марина, оглядывая толпу. — Ну что, студент, вперёд.

Внутри пахло бумагой, краской и нервами. В коридоре сидели сотрудники, окружённые списками, папками и растерянными абитуриентами. Артём, зажатый между матерью и сестрой, протискивался к окошку, где выдают направления в общежитие.

— Фамилия? — сухо спросила женщина с прямыми волосами, не поднимая глаз от списка.

— Лазарев. Артём Николаевич.

— Специальность?

Он назвал.

Женщина провела пальцем по строчкам, кивнула.

— Общежитие номер четыре, — сказала она. — Комната на двоих. Корпус на улице Строителей. Вот направление, — она протянула бумагу. — Там вахтёр вам всё объяснит.

Ольга тут же забрала бумажку, как будто боялась, что её ветром унесёт.

— Спасибо, — сказал Артём.

— Следующий, — уже крикнула женщина.

Они вышли на улицу. Солнце успело подняться выше, город шумел, машины то и дело сигналили.

— Я с вами до общаги дойду, — сказала Марина. — Всё равно хотела посмотреть, где ты жить будешь.

— Я тоже, — мать поправила сумку на плече. — А то вдруг там…

— Там будет общага, — спокойно ответил Николай. — Со всеми вытекающими.

— Я знаю, что такое общага, — вмешалась Марина. — У меня своя. Если что, мы его хотя бы научим, как не сдохнуть с голоду на одной лапше.

— На одной лапше вы уже сами… — Ольга поджала губы. — Ладно. Пошли.

Общежитие номер четыре стояло в десяти минутах от универа — серое девятиэтажное здание с облупленной плиткой и фасадом, который явно видел многое. Перед входом — пара выбитых плит, пара целых, неброская табличка и лавочка, на которой дымили трое парней.

— Твоё новое логово, — сказал Егор, глядя на дом. — Почётный подземелье первого уровня.

— Это не подземелье, а башня мага, — поправила Марина. — Тут интеллект качать будут.

— Я смотрю, вы уже всё расписали, — вздохнул Артём.

Внутри, за тяжёлой дверью, их встретил стойкий запах жареной картошки, стирального порошка и чего-то ещё, родственного носкам. Вахта была сдвинута влево. За столом сидела женщина лет пятидесяти пяти, с тяжёлым взглядом и вязанием в руках.

— Здравствуйте, — вежливо сказал Артём, подходя к столу. — Я по заселению.

— Все по заселению, — не удивившись, сказала вахтёрша. — Документы, направление.

Ольга тут же протянула бумагу. Женщина пробежалась по ней глазами, кивнула.