Предательство
Шрифт:
Стефани хотелось рассказать Майку о Саре, но страх, с которым она так долго жила, не давал ей вымолвить ни слова. А вдруг Майк разозлится? Вдруг он решит потребовать частичное опекунство?
— Просто… мы так долго были в разлуке. Мы, конечно, изменились.
— Моя любовь к тебе не изменилась, — возразил Майк, его глаза потемнели. — Вернее, она даже стала сильнее, чем прежде.
— Моя тоже. Но я не это имела в виду…
— Тогда что же?
— Нам нужно время, чтобы узнать друг друга получше.
— Это достаточно справедливо. — Пальцем Майк как бы прочертил линию между грудями Стефани. — Ты все еще боишься щекотки здесь?
— Да, — поежилась
— Видишь? Я уже начинаю узнавать тебя лучше. — Пальцы Майка скользнули к ее пупку и очертили круг. — А здесь?
— Это не совсем то, что я имела в виду… — засмеялась Стефани.
Майк прервал ее поцелуем. Через какое-то мгновение, когда он снова взял Стефани, она забыла о том, что собиралась сказать.
В начале восьмого Майк наконец собрался уходить. Стефани накинула белый шелковый халат и проводила его в коридор.
— Когда я смогу воспользоваться приглашением на завтрак?
— Завтра утром — это не слишком скоро? — спросил Майк, одной рукой обняв Стефани за талию. — И каждое утро после этого?
— М-м-м. Я могла бы обсудить такой договор. — Стефани пришлось привстать на цыпочки, чтобы поцеловать Майка. Прежде чем она отпустила его, их ослепила яркая вспышка.
— Что за черт!.. — Майк резко обернулся.
Ухмыляющийся репортер-охотник за сплетнями выпрыгнул из-за кустов рододендрона.
— Хорошего вам дня, — весело бросил он на ходу, сматываясь.
Майк бросился за ним.
— Оставь его, Майк, — крикнула вслед ему Стефани.
— Эта фотография будет во всех завтрашних газетах Лос-Анджелеса, не говоря уже о бульварной прессе.
— Не важно. Мы привлечем больше внимания, если попытаемся остановить его.
— Ты права, — согласился Майк, бросив злобный взгляд на удаляющуюся фигуру. — Мне жаль, Стефани. Знаю, ты не хотела, чтобы кто-то был в курсе.
— Это не твоя вина. — Она поцеловала его. — Мы не сделали ничего такого, чего стоило бы стыдиться. А теперь иди, — сказала Стефани. — Пока съемочная группа не выслала поисковую команду на наши розыски.
Стефани смотрела, как Майк уходит своей твердой, размашистой походкой, и ощущала знакомое еканье сердца. И в то же время она была полна сомнений, которые просто отбросила в сторону на время их ночной страсти. Сейчас, оставшись одна, на безопасном расстоянии от обезоруживающей улыбки Майка и от его пьянящих прикосновений, Стефани размышляла: было ли достаточно мудро с ее стороны возобновить отношения с ним сейчас, когда она еще так много ему не рассказала? Стефани была почти уверена, что Майк вряд ли узнает правду о Саре. И вместе с тем какой-то риск все равно оставался. Что случится тогда? Поймет ли он, почему она хранила в тайне существование дочери? Или сочтет этот поступок непростительным и уйдет от Стефани? А если, хуже того, он начнет немедленный процесс по получению частичного опекунства над дочерью? Конечно, так все не может оставаться. Она могла бы откровенно поговорить с Майком, если не сейчас, то по крайней мере когда они вернутся в Лос-Анджелес. К тому времени она будет более уверенной в нем… и в себе.
Закрыв дверь, Стефани облокотилась на нее и с облегчением вздохнула. Постепенно ее волнения начали исчезать. Именно так она и поступит: пригласит Майка домой на семейный ужин, дождется подходящего момента и тогда расскажет ему все начистоту.
Эти несколько дней ничего не изменят.
Глава 34
Шана Хантер в темно-красном трико, подпоясанным в талии ремешком,
— Эта дрянь тебя убьет, — заметила Шана, имея в виду сладости, и посмотрела на свое прекрасное отражение в большом, в полный рост, зеркале напротив.
— По крайней мере я умру счастливой, — ответила Рената. Она наклонилась над коробкой с золотой надписью и выбрала еще один трюфель. — Как долго ты еще будешь заниматься? — добавила она, взглянув на телевизор, который Шана включила по ее просьбе. — Мне бы не хотелось, чтобы ты пропустила передачу.
— Еще пять минут, — ответила Шана. Она подняла край полотенца, обмотанного вокруг шеи, и вытерла им лицо. — Почему бы тебе просто не рассказать мне, о чем идет речь? Ты же знаешь, я ненавижу ждать.
— Потому что тогда пропадет всякий эффект, — сказала Рената, прислонившись спиной к подушкам из леопардовой шкуры. — Достаточно сказать, что тебе это понравится. Кстати, а как обстоят дела на твоем любовном фронте?
— Не спрашивай, — ответила Шана и посмотрела на Ренату выразительным взглядом. — И не говори мне о мужиках. Я отказываюсь от них навсегда.
— Ты говоришь так каждый раз, когда расстаешься с очередным из них, — хихикнула Рената. Завистливым взглядом она осмотрела прекрасное тело Шаны и вздохнула. — Хотя должна сказать, я не понимаю тебя. С таким личиком и фигурой, как у тебя, найти и удержать мистера «Именно то» не составляет труда.
Шана вся вспотела, но продолжала бежать на тренажере «беговая дорожка». Явный намек Ренаты, что Шана терпела крах на любовном фронте, вызвал раздражение, но тем не менее был правдой. Однако поиски нового мужчины не входили в планы Шаны на ближайшее время. Во всяком случае, пока что она все еще переживала из-за Майка Чендлера и больше, чем когда-либо мечтала уничтожить его. Восхитительный план сорвать съемки мини-сериала Майка провалился. Когда Джонатан Росс попал в Палмдельский центр, Чендлер нашел себе другую «звезду» — все еще очень популярную Стефани Фаррел, и сейчас проект Майка медленно, но уверенно продвигался вперед.
— Передача начинается, Шана, — сказала Рената и взволнованно ткнула пальцем в телевизор.
Шана переключила беговую дорожку на более медленную скорость и наклонилась вперед, положив локти на панель тренажера. На экране Рената в зеленовато-желтом платье и сережках до плеч обращалась к своим зрителям:
«Добрый день, прекрасные жители Лос-Анджелеса. Вы готовы к очередному выпуску «Весь город»? Надеюсь на это, потому что я приготовила для вас сногсшибательные новости и начну с восхитительного известия, которое я получила всего за несколько минут до выхода в эфир. Но давайте поиграем в ребус, а потом я вам назову правильный ответ. — Улыбка Ренаты стала еще более озорной, она посмотрела в свои записи, а потом снова в камеру. — Какого известного телережиссера и продюсера застали выходящим вчера рано утром из гостиничного номера актрисы, исполняющей главную роль в его же фильме? Я дам вам одну подсказку: дама из нашего ребуса — одна из крупнейших «звезд» Голливуда и совсем недавно овдовела. Догадались? Ну, вам нечего больше волноваться, мои дорогие. Ответ: Майк Чендлер. А его новая любовница — не кто иная, как Стефани Фаррел, вернувшаяся к работе, чтобы сниматься в мини-сериале Чендлера «Иметь и сохранить». Похоже, траур не повлиял на ее способность…»