Предательство

Диксон Хелен

— Вы полагаете, что не боитесь меня, да? — поинтересовался он. — Вы презрительно улыбаетесь, тараща на меня свои коровьи глаза, и насмешка написана на вашем милом личике. Но когда я выхожу на дорогу — я хозяин положения. Я чувствую себя королем, и мне приятно сознавать, что сегодня мне повезло, а на следующий день я буду таким же богатым, как и его величество. А теперь повернитесь, — приказал он, — если вам дорога ваша жизнь. Только попытайтесь что-нибудь предпринять, и я без колебаний застрелю вашего кучера.

Боясь, что он осуществит свою угрозу, Белла неохотно повернулась спиной к грабителю,

который немедленно встал позади нее и, действуя одной рукой, дотянулся пальцами до ее шеи. Изабелла ощутила смертельную слабость, испуганно вздрогнула, когда почувствовала прикосновение его холодных пальцев к своему телу. Ему понадобилось меньше секунды, чтобы расстегнуть застежку и снять ожерелье.

Спрятав драгоценные камни в карман плаща, разбойник повернулся к ней, снова нацелив пистолет.

— Ну что, это оказалось совсем не таким страшным, правда?

— Ты получил то, что хотел, — презрительно заявила Белла. — Что ты собираешься делать с нами дальше? Застрелишь?

— Ну зачем же так драматично.

— Тогда можешь идти отсюда прочь. Мне больше нечего тебе предложить.

Разбойник рассмеялся:

— О, меня забавляют не только ваши драгоценности, ваша светлость.

Он приблизился к ней, и Белла отступила на шаг. Потянувшись вперед, мужчина погладил ее по щеке тыльной стороной ладони, позабавившись, когда девушка резко отпрыгнула в сторону. Мурашки побежали у нее по спине, и все похолодело внутри. Изабелла страшилась разозлить его, пробудить в нем страсть к насилию, которое могло бы ее уничтожить. Она слышала рассказы о том, что разбойники иногда убивали тех, кто попадал к ним в руки. У одинокой женщины не было шансов выстоять против такого сильного мужчины.

— Ты не посмеешь, — прошептала она, с трудом выдыхая слова.

Ее горло сдавило от ужаса.

— Не посмею?

— И не смотри на меня так. — Изабелла чувствовала, как он пожирает ее глазами, и легко могла себе представить спрятанную под шарфом похотливую улыбку. Ее пробила дрожь, и совсем не от холода. — Тебя точно вздернут.

Разбойник приставил пистолет к ее подбородку так, чтобы дуло коснулось горла.

— Уверяю вас, мадам, я предпочитаю удовлетворить все мои самые сокровенные желания, и пусть меня вздернут. По крайней мере, я умру как лев, а не как овца.

Охваченная ледяным ужасом, Белла не могла отвести от него глаз. Несчастная смертельно побледнела.

Спустя бесконечно долгое мгновение разбойник убрал пистолет и отошел назад.

— Пожалуйста, не трогайте меня больше.

Он вздернул бровь.

— Ах, значит, пожалуйста? Так леди вспомнила о хороших манерах. Не беспокойтесь. У меня нет на это ни времени, ни желания. Я уже получил все, что хотел, — вы были так щедры. Спасибо за сотрудничество.

— Только не думай, что тебе удастся скрыться с этим… ты… ты, дьявол! — воскликнула Белла, не в силах совладать с вновь охватившей ее яростью. — Я узнаю, кто ты, и не успокоюсь, пока не увижу тебя на виселице. Клянусь, я так и сделаю.

Вор ухмыльнулся ей в лицо:

— О боже мой, да вы только послушайте себя, моя маленькая леди! У вас странное желание полюбоваться на меня, болтающегося на перекладине. Хотелось бы посмотреть, как вам это удастся.

Получив

что хотел и долго не задерживаясь, мужчина вскочил в седло с проворством бывалого наездника. Обернувшись, он отдал ей честь на прощание и нагло подмигнул — игривый, фривольный жест, рассердивший Беллу еще больше. Не произнеся больше ни слова, он галопом ускакал в ночь.

Охваченная яростью, с бешено колотящимся сердцем, Изабелла смотрела, как унеслась прочь его лошадь, взметнув фонтан придорожной пыли. Девушка не сдвинулась с места и не произнесла ни слова, пока не затих приглушенный смех грабителя и перестал доноситься мерный цокот копыт.

Быстро развязав лакеев и кучера, она убедила их, что им ничто не грозит. Скрыв свое недовольство их халатностью — они обязаны были держать пистолеты заряженными именно ради подобного рода случаев, — с непроницаемым лицом мисс Эйнсли приказала лакеям занять свое место на запятках.

Подхватив вывалявшуюся в пыли накидку, дрожа от гнева и глубоко потрясенная произошедшим, Изабелла вскочила в карету. Что-то в этом ограблении и личности разбойника смущало ее, не давая покоя.

Последствия кражи бриллиантов представлялись ей настолько ужасными, что она даже не могла об этом думать. Как она расскажет все бабушке? Камни так много значили для пожилой леди, уже не говоря об их цене. Господи, это — просто катастрофа, ужасное несчастье!

Домой они прибыли без приключений. Лишь оказавшись наконец в постели, Белла дала волю горестным мыслям. Она испытывала сильное облегчение, сознавая, что бабушка осталась в городе, и ей не пришлось пережить мучения, выпавшие на долю несчастной девушки. Графиня не должна была вернуться до вечера, так что Изабелла получала некоторую передышку. Однако ей все равно придется все рассказать пожилой леди. Избежать этой неприятной обязанности не представлялось возможным.

Ворочаясь в постели, не в силах уснуть, Белла вновь и вновь мысленно обращалась к событиям этой ночи. В облике грабителя было что-то очень знакомое. Но что? Это сильно ее беспокоило, и она не могла избавиться от странного ощущения. Внезапно Изабелла почувствовала, что задыхается, в голове сверкнула молния, и поток мыслей словно хлынул наружу — перед ней воочию предстали знакомые синие глаза, пристально смотревшие на нее, когда она двигалась в головокружительном ритме вальса. Белла вновь услышала низкий голос с чувственными, озорными интонациями: «Если я хочу что-то, я обязательно возьму это».

Спустя несколько секунд ей удалось соотнести эти обрывочные воспоминания с произошедшими на дороге событиями. Было и нечто другое. Легкий аромат одеколона, который исходил от разбойника, пока тот стоял позади нее и расстегивал ожерелье, оказался тем же самым, что соблазнительно обволакивал ее несколькими часами ранее, во время танца с Лансом Бингхэмом.

В приступе бурной ярости Изабелла вскочила с кровати и принялась мерить шагами ковер, не в силах поверить в то, что внезапно ей открылось, не в состоянии даже осознать случившееся. Белла вспомнила тот момент, когда лорд Бингхэм появился из-за колонны и встал у нее за спиной, нежными движениями касаясь ее шеи. Она подумала… Что? Что она подумала? Что он хочет ласкать ее, что он ее желает?