Право на мир
Шрифт:
— Садитесь, Дюваль! Давайте отъедем в сторону и поговорим где-нибудь в лесу.
Мессер удивленно поднял брови.
— Зачем? Здесь нас никто не услышит, кроме ваших людей, разумеется. Но они ведь преданы вам, не так ли?
Морвель поморщился и недовольно взглянул на морскую гладь, окруженную полумесяцем скал, обрамляющих бухту.
— Здесь пахнет сырой рыбой и водорослями, — сердито проворчал он, не отнимая от носа флакон с ароматической солью.
Мессер пожал плечами.
— Рядом с морем всегда так пахнет.
— Ну хорошо, Дюваль, как вам будет угодно, хотите разговаривать здесь, давайте здесь.
— Им удалось вырваться из западни, — бесстрастно ответил маг.
— Послушайте, мессер, скажите на милость, зачем вам этот Найджел? Не лучше ли проследить за ним, дождаться, пока он добудет документ и поедет обратно? Вот тогда займемся им по-настоящему!
— А вы не думали, что Арноранский послал его уничтожить «Право»? Может, ему отдан именно такой приказ? — спросил мессер.
— Он никогда не пойдет на это! — воскликнул Морвель.
— Вы так в этом уверены? — усмехнулся Дюваль. — А вот я как раз совсем не уверен.
— Но зачем?! Зачем Роберту уничтожать «Право»! — Агент воздел руки к потолку кареты. — Это бесценный документ! В руках умелого политика он может послужить великим целям: от привития народу чувства гордости за свою страну до шантажа соседей!
Мессер вздохнул с видом человека, уставшего от людской глупости и сказал:
— Роберт Арноранский меньше всех из монархов заинтересован в обнародовании «Права». Аорн самое сильное государство из всех известных и мне и вам, и смуты ему не нужны.
— В этом есть резон, — нехотя согласился Морвель.
Мессер криво усмехнулся. «Наконец-то дошло!»
— Этот Найджел и сам не так прост, — сказал он. — Попав в западню, он может без приказа уничтожить «Право», чтобы оно не попало в чужие руки. От него можно всего ожидать.
— Что же делать? — раздраженно спросил агент.
Дюваль, выдержав паузу, произнес:
— Если наемника не удастся остановить до Фарлэнда, тогда и его, и отряд следует попросту уничтожить. Рано или поздно мы сумеем завладеть «Правом», но нельзя, чтобы оно попало в чужие руки. Особенно, если они тянутся из Ронара. Я сделаю еще одну попытку побеседовать с этим посланцем Роберта. Если он попадет мне в руки, я сумею развязать ему язык. Тогда мы без труда получим ценнейший документ. Если же провалится и она, что ж, пускай пеняют на себя — я просто распылю их по ветру.
— Ну а если «Право» все же окажется у них? — не сдавался агент. — Пока что удача не изменяла им.
— Тогда я встречу их и отберу документ силой! К этому времени пешки в большой игре станут не нужны.
Морвель скривился:
— Так-то оно так. Однако неизвестно, какой дорогой они вернутся назад, — заметил он. — Может, разделятся, поедут поодиночке. И еще неясно, кто повезет «Право».
Мессеру не нравился разговор. Он не собирался делиться планами. Однако сейчас его соперник был прав.
— Возможно и такое, — вынужден был признать он. — Хотя, вряд ли они на это пойдут. Найджел никому не доверит «Право».
— И все же я отправлю своих людей в Идунгор и порты Торена. Если молодчик и его подручные сунутся в море, решив обвести всех вокруг пальца, то непременно попадут в лапы капитана Флипа. Если же повернут на юг, отряд ландскнехтов, тайно переброшенный в земли схалков, вместе с местным вождем встанет на пути выскочки и его отряда.
— Прекрасно, Морвель! — сухо произнес Дюваль, спускаясь с
— Всего хорошего, мессер. Надеюсь, в этот раз вы возьмете в оборот этого Старка.
«Не стоит всецело полагаться на Дюваля, — думал Морвель, с кислой миной провожая взглядом мессера. — Чтобы заполучить документ, нужно и самому кое о чем позаботиться. Этот Найджел хитер, и может статься, не попадется в ловушки, расставленные мессером, как, впрочем, до сих пор и случалось».
Мессер Дюваль по-своему истолковал беседу с Морвелем. Лишь на первый взгляд они преследовали общие цели. На деле каждый стремился завладеть «Правом» и снискать благосклонность короля Карлуса. А значит, успех дела означал возвышение одного и поражение другого. Исполненный мрачной решимости, он мерно шагал к кустам вереска. Внезапно с моря налетел порыв ветра, перед мессером заклубилось жаркое марево, образовав в воздухе подобие воронки, Дюваль шагнул туда и был таков. Портал захлопнулся, спугнув стайку воробьев, квартировавших в вереске.
Когда закутанная в плащ фигура мессера скрылась из виду, Морвель постучал тростью в переднюю стенку экипажа.
В ней приоткрылось окошечко, за которым мелькнуло полное красное лицо человека, сидящего на козлах рядом с кучером.
— Что угодно вашей милости?
— Скачи к капитану Крейсу, Талер. Скажи, пусть глаз не спускает с дороги, ведущей из Торена в Идунгор. Ни одна живая душа не должна выйти к лесу Уиган не замеченной. Для того, чтобы остановить аорнцев, все средства хороши…
— Слушаюсь, ваша милость! Будет исполнено!
Краснолицый курьер соскочил с козел и поспешил к кустам, за которыми была привязана лошадь гнедой масти. Через мгновение всадник уже скакал на юг.
Проводив его взглядом, Морвель откинулся на кожаную спинку.
«Так-так-так, — подумал он. — Сети расставлены, и ловушка непременно захлопнется. Теперь это только вопрос времени».
Глава 28
Отряд день за днем приближался к побережью. Деревень и хуторов здесь не было. Северная дорога была пустынна. Лишь изредка тарахтели навстречу небольшие — телег на восемь-десять — рыбные обозы с побережья. Крупные артели в разгар путины возили добытую рыбу морем. Те же, кто не состоял в артелях — в основном единоличники, промышлявшие мелким браконьерством, не могли позволить себе иметь посудину и вскладчину снаряжали обозы. Найджел отметил полное отсутствие охраны: значит, места спокойные, разбойники на дороге не шалили. Но путники все равно зорко поглядывали по сторонам: что ни говори, а так спокойнее.
На четвертый день после того, как Найджелу привиделся черный призрак у дороги, Арминас заметил высоко в небе морскую птицу. В воздухе чувствовалось что-то новое, водное: как будто порывы ветра несут в себе малую толику свежести соленых морских просторов.
К вечеру того же дня отряд остановился на ночевку на плоской вершине огромного пологого холма. Отсюда как на ладони была видна уходящая вдаль дорога и лес за спиной, с каждым мгновением тающий в сгущающихся сумерках.
По прикидкам магистра Алкуина, в одном дневном переходе на западе находился город Северный Торен — столица этого края. На севере, в пяти милях за ним, плескалось холодное море. Это был последний город на картах известного мира — дальше лежали дикие земли Фарлэнда.