Право на мир

Данилевский Вадим

— И вам того же…

В Ленде, крохотном городке на границе Алембар, путники основательно пополнили запасы провизии и фуража. Заночевали здесь же, у хозяина бакалейной лавки, любезно предоставившего им для ночлега уютный сеновал с прохудившейся крышей, через которую были видны звезды, а с рассветом отправились дальше.

Дорога теперь пролегала в пустынных землях. День проходил за днем, не принося ничего примечательного. И вспомнить было бы нечего, если бы не странное, незначительное на первый взгляд происшествие.

Минуло пять дней

с тех пор, как Арминас подстрелил крылатую бестию. После обеда отряд как обычно трусил по дороге. Солнце припекало, легкий ветерок, дувший с утра, сменился полным штилем, так что ни один листок не шевелился, лишь кузнечики стрекотали в траве.

Брайли откровенно дремал в седле. Гном не отставал от него и клевал носом, лишь отсутствие опыта верховой езды и боязнь свалиться на дорогу заставляли его быть настороже, отчего он постоянно вздрагивал и тряс головой.

Хор кузнечиков неожиданно смолк, очевидно из-за жары, в воздухе разлилась душная полуденная тишина.

Найджел лениво поглядывал по сторонам. Он и сам едва не задремал — а может, все же и задремал — всего лишь на миг, свесив голову на грудь.

Внезапно какое-то движение у обочины заставило его вскинуть голову. Слева, где тень от росших плотной стеной кустов касалась дороги, стояла черная фигура. Еще мгновение назад там ничего не было. Найджел тряхнул головой, пытаясь отогнать наваждение, но видение не исчезло.

Силуэт, с ног до головы закутанный в черное одеяние, принадлежал человеку. Стоящему неестественно прямо, высокому и худому. Вот только лица, скрытого тенью, было не рассмотреть. Он поднял голову, из тьмы под низко надвинутым капюшоном как угли сверкнули багровым огнем горящие глаза.

Найджел сдавленно вскрикнул и потянулся за арбалетом. В то же мгновение фигура исчезла, не оставив следов в придорожной пыли, как будто растворилась в воздухе.

Старк медленно вытер рукавом холодный пот и оглянулся. Похоже, его спутники ничего не заметили. Барон все так же мирно дремал, покачиваясь в седле, гном широко зевал, почесывая пятерней бороду, а магистр задумчиво вглядывался в дымку на севере.

«Это же надо, такое привидится! Наверное, на солнце перегрелся, — подумал Найджел. — Неудивительно, такая жара! А может, заснул? Хотя нет, все-таки жара!»

Он повернулся к эльфу.

— Ты заметил… что-нибудь на дороге, Арминас?

Эльф как-то странно посмотрел на командира.

— Нет, но я почувствовал…

— Почувствовал что?

— Взгляд. Кто-то смотрел на нас.

Сказав это, Арминас отвернулся, дав понять, что не хочет об этом говорить.

Зная характер эльфов, Найджел не стал приставать к нему с расспросами. Впрочем, он и сам скоро забыл о нелепом происшествии, приписав минутное видение не по сезону разошедшейся жаре.

Ландшафт тем временем заметно изменился, кустарник измельчал, рощи поредели, зато вдоль дороги стали встречаться выступающие из земли серые скалы.

Алкуин и Арминас постоянно съезжали с дороги, выискивая то в поле,

то на холме, а то и просто среди камней редкие виды растений. Магистр как ребенок радовался каждой новой находке.

— Да это же эльлас! — радостно восклицал он, рассматривая невзрачный длинный лист, принесенный эльфом. — Прозванный северным или морским шалфеем. В Аорне после того, как изменился климат, он больше не растет. Так вот значит, откуда его привозят столичным эскулапам!

— А для чего он нужен? — полюбопытствовал Фрейнур.

— Ну как же! — Алкуин растер пальцами небольшой листок и с наслаждением понюхал. — Ах, какой свежий запах! Так вот, эльлас первое средство при простуде. Помогает он и при лихорадке.

— Говорят, его семена занесло к нам ветром из земель Фарлэнда, — заметил Арминас.

— Очень похоже на правду, — согласился магистр. — Растение и впрямь необычное. Горячку снимает за сутки.

— А кровь остановит лучше любого снадобья ронарских эскулапов! — добавил Брайли. — Охотники всегда с собой возят сухой лист эльлас и чистую тряпицу.

— А растертый с хреном и ароматным маслом он полезен для отбеливания кожи и улучшения цвета лица. Иногда в него добавляют лепестки роз — тогда кожа, напротив, приобретает здоровый розовый оттенок, — продолжал магистр.

— Ты смотри только! — удивлялся гном.

— Только продают такое средство по одной серебряной кроне за маленький пузырек, — усмехнулся Найджел, вспомнив, как несколько лет назад выбирал подарок для одной симпатичной девицы.

— Сколько?! — Фрейнур так и взвился в седле.

— Один серебряный за маленький пузырек, — повторил Найджел.

Гном подавленно замолчал, пораженный ценой зелья.

— Умеют же люди деньгу заколачивать! — наконец вздохнул он. — Да здесь этих листьев телегу набрать можно!

— Ну, положим, в Торене эльлас тоже не растет повсеместно, — охладил его коммерческий пыл Алкуин. — Нам просто повезло найти такое место. И потом — не все листья годны для дела — только молодые. В них содержится летучее масло, которое и наделяет эльлас полезными свойствами. В старых листьях его нет — испаряется на солнце. Поэтому молодые листья собирают и сушат в тени…

— Ты смотри, как все в природе продумано! — покачал головой Брайли. — На всякую хворь свое средство есть. Только знать его человеку надо.

— Кому надо знают, оттого и при деньгах. Не правда ли, Фрейнур? — Не услышав ответа, Найджел удивленно обернулся. — А где же наш гном? Фрейнур, где ты?!

— Здесь я, ваша милость! — Спешившись у обочины, тот торопливо набивал сумку невзрачными пыльными листочками.

Глава 27

Тайный агент гертландской разведки Морвель отодвинулся вглубь кареты, и сделал приглашающий жест рукой. Его экипаж вот уже вторые сутки колесил вдоль побережья между Северным Тореном и мысом Монфор, делая в полдень остановку у одинокой скалы, где была назначена встреча с мессером. И вот сегодня она состоялась.