Право на мир
Шрифт:
Купцы, сбившись в тесный кружок, вполголоса обсуждали, какой «подарок» лучше дарить чиновнику, а приезжие зеваки, разинув рты и задрав головы, разглядывали флаги на башнях замка, по простоте душевной не обращая внимания на карманников, норовящих стянуть их кошельки.
Обойдя толчею, товарищи свернули на улицу ювелирных мастерских, перекрытую диковинной стеклянной крышей, и, пройдя ее, вышли к кварталу, славящемуся магазинами дорогих портных. Миновав его, они оказались в старой части города. Здесь от руин древней крепостной стены до реки Уэйглин
Громко и весело стучали молоты, летели искры из-под точильного камня, в горячих горнах закаливались клинки мечей и вполне мирные лемеха плугов.
Фрейнур, раздув ноздри, шумно втянул носом запах горящего угля и железной окалины.
— Эх, хорошо! — расплывшись в улыбке, мечтательно произнес он. — Вот бы и мне здесь мастерскую поставить! Ковка и литье да прочая работа с металлом! Эх! Красота!
— Если дело провернем удачно — поставишь, — уверенно сказал Найджел, поглядывая на прилавки и просто так ради азарта прицениваясь к отделанной серебром упряжи. — Нам во-о-он туда, к каменной башне у реки.
Путь лежал в самое сердце мастерового квартала, пронизанного извилистыми нитями узеньких переулков и пропитанного дымом и кипучей энергией. Кузнецы и колесные мастера, стеклодувы и жестянщики оглушительно нахваливали свой товар, громко торгуясь с покупателями. Нередко прохожих дергали за рукав, чтобы привлечь внимание.
На гончарных кругах куски глины по мановению рук мастера превращались в изящные кувшины, пузатые горшки и кружки. Готовая продукция, рядами выставленная на столах, сушилась на солнышке, прежде чем отправиться в печь на обжиг.
Наконец они остановились перед лавкой оружейника на заднем дворе старинной Сторожевой башни. Шум и гомон стали тише, приглушенные древней кладкой.
— Добро пожаловать, ваша милость! — Положив молот на наковальню, к ним вразвалочку подошел широкоплечий оружейник Хорн. — Что вы хотите купить на этот раз?
Оттеснив Найджела, вперед выдвинулся Фрейнур.
— Сначала поглядим на товар, — обстоятельно заявил он, беря инициативу в свои руки и многозначительно взглянув на оружейника. — А уж потом решим…
— Милости просим! — Хорн, усмехаясь в бороду, отошел в сторону, позволяя покупателям осмотреть товары.
Посетители с неподдельным интересом принялись рассматривать тонкие мечи и острые кинжалы с гравировкой, блестящие шлемы и доспехи, искусно связанные кольчуги и тугие тисовые луки. Что один, что другой знали в этом толк.
— Что ж, товар достойный, — вынужден был признать гном. — У вашей милости хороший оружейник.
Среди великолепия товаров, выставленных в лавке, Найджелу сразу приглянулась пара небольших двулучных арбалетов. Будучи вполовину меньше обычных кавалерийских, они легко помещались в кожаные кобуры, откуда их можно быстро выхватить, и при этом имели специальное устройство, чтобы взводить луки прямо в седле — большой плюс для путника, путешествующего верхом.
Фрейнур выбор командира одобрил.
— Хорошая
— Сейчас посмотрим! — Найджел взял один из арбалетов и взвел оба лука, затем, когда щелкнули замки, осторожно вставил в ложе болты.
Оружейник, привычный к подобным испытаниям, ни слова не говоря, отнес к стене башни мишень в виде гертландского щита и водрузил на деревянную треногу.
Первый выстрел Найджел сделал от плеча, второй с вытянутой руки. Басовито и коротко прогудели тетивы, болты пропели свою песню и с глухим стуком вонзились в центр щита в дюйме друг от друга.
Хорн неторопливо направился к мишени, снял щит с треноги и вернулся к покупателям. Сила машинок приятно удивляла: с тридцати шагов каленые жала болтов насквозь пробили твердое дерево. Это означало, что и за сотню шагов им вполне по силам взять вражеский доспех или выбить щит из руки противника.
— Вы хороший стрелок, ваша милость! — сказал довольный кузнец.
— Спасибо, Хорн! Твои арбалеты тоже хороши. Я возьму пару и полсотни болтов к ним. А еще стрел из ясеня на десять полных колчанов. Сколько за все?
Оружейник провел рукой по черной окладистой бороде.
— Сто пятьдесят дукатов, — сказал он. — Это стоит сто пятьдесят дукатов, но для вас, сэр — сто! Люблю, когда хорошее оружие попадает в добрые руки!
— Значит, по рукам! — Найджел достал кошель и неторопливо отсчитал золото. За такой товар было приятно платить деньги, пусть и немалые даже по столичным меркам.
Хорн тем временем собрал пучки стрел, обернул обрезками кож и перевязал бечевкой, иссиня-черные каленые арбалетные болты оружейник завернул в серую вощеную бумагу. Арбалеты упаковывать не пришлось — к ним прилагались кобуры из твердой кожи, сшитые по типу седельных сумок.
Не устоял перед соблазном и Фрейнур — он приобрел для тонкой шлифовки топора точильный камень на деревянной ручке.
Перекинув через плечо кобуры с арбалетами, Найджел кивнул гному на связку стрел и болтов:
— Захвати это, приятель…
— Есть, командир! — гном легко подхватил увесистую «вязанку» и водрузил на плечо.
Затем двинулись в обратный путь. День был в разгаре, народа не становилось меньше, скорее наоборот. Пришлось потолкаться, прежде чем они добирались до старой крепостной стены на окраине ремесленного торжища.
Изрядно проголодавшись, задержались у съестных прилавков, где продавали разную снедь, а рядом на решетках жарили мясо и варили пунш в котелке. Найджел купил горячего мяса с печеным на углях картофелем. Не обращая внимания на толкотню и то, что есть пришлось стоя, они с удовольствием пообедали этой нехитрой снедью, посмеиваясь заодно грубым шуточкам ярмарочных острословов.
Когда был съеден последний кусок, Фрейнур, вернув блюдо торговцу, обратил взор на подернутые дымом ряды кузниц. Найджел тем временем придирчиво оглядел его с головы до ног.