Право на месть
Шрифт:
– Все приходит в нужное время. Ты получил то, что хотел.
– Как-то не верится… – пробормотал Андрей.– То есть я вот так представляю – и человек мертв?
– Попрактиковаться тебе не удастся,– сказал Вячеслав Михайлович.– Но будет именно так. Это второй урок.
– А первый – защита?
Зимородинский промолчал.
– Рассказать тебе, что я видел?
– Нет.
Ласковин удивился. Он привык к тому, что Слава вызнает все до последней мелочи.
– Что ты видел – не важно. Важно – что ты сделал. Но это
– Спасибо! – поблагодарил Андрей.
– Не за что.
Только садясь в машину, Ласковин понял, в чем состоял первый урок.
Он был спокоен, собран и готов к действиям. Злости больше не было. И не было порыва немедленно ехать на Ленинский. Больше того, Андрей понял, что вообще туда не поедет. А поедет домой, к Наташе. Все, что Андрею сейчас нужно,– это увидеть ее.
«Напои меня полынью…»
Глава одиннадцатая
Когда Юра увидел вновь пришедших, то сразу же выделил одного. Это его портрет на полстены красовался в комнате. Юра еще подумал: неприятное лицо, голодное какое-то.
Надо сказать, оригинал выглядел покруче. Сильный мужик. Ничего хорошего это не сулило. Значит, допрашивать их будут сурово. Юра даже почувствовал, к стыду своему, облегчение, когда понял: начнут не с него. Однако главарь всего лишь взял Кузякина за подбородок и разглядывал минуты три. Затем отпустил и повернулся к Юре.
Взгляд у мужчины был пугающий. По Юриной спине пробежал холодок. Зрачки мужчины расширились, и Юра увидел в каждом отражение собственного лица. Спустя секунду зрачки снова сузились до игольчатой остроты, и отражения исчезли. Мужчина отвернулся и задумался. Юра вздохнул с облегчением.
Трудно объяснить почему, но теперь этот человек уже не казался юноше страшным. Нормальное лицо. Видно, что волевой, видно, что умный, и устал – что тоже видно. Чем-то похож на Юриного учителя географии из прежней школы. Последнее еще больше расположило к нему Юру.
Затем в памяти юноши вдруг всплыла его фамилия. Лешинов. Вроде бы, он видел его по телевизору, но в упор не мог вспомнить, кто он такой.
Лешинов тем временем пришел к какому-то решению и посмотрел на Юру. И улыбнулся.
Улыбаясь, Лешинов напоминал лису. Или куницу.
Юра попробовал улыбнуться в ответ. Он почувствовал, что этот человек демонстрирует ему свое расположение.
«Неплохо бы еще и наручники снять!» – подумал он. Лешинов как будто уловил его мысль.
– Снимите с них «браслеты»! – распорядился он.
Команда была выполнена мгновенно.
– Меня зовут Константин Олегович.
Он обращался исключительно к Юре, полностью игнорируя Федю. Юру это насторожило: похоже, главарь хочет как-то отделить его от друга.
– Хотелось бы знать, почему ваш приятель таскался за моим… другом?
Голос Константина Олеговича не содержал в себе
– Нам поручили! – Этим «нам» Юра подчеркивал, что он и Федя – вместе. Но тон его был скорее оправдывающийся: снова настраивать против себя Лешинова ему не хотелось.
– Поручили? И кто же?
– Милиция.
Юра постарался, чтобы его ответ прозвучал убедительно. Вероятно, вышло не очень, потому что Лешинов прищурился скептически. Но спорить не стал. И не рассердился.
Без наручников Юра почувствовал себя увереннее. И решил, что стоит попытаться установить с этим человеком хорошие отношения. Тогда их скорее отпустят.
– Не сменить ли нам обстановку? – предложил Лешинов.
Неожиданное предложение, но, учитывая присутствие в комнате десятка крепких мужчин, обсуждению не подлежащее. И, как выяснилось, касавшееся одного Матвеева.
– А мой друг? – спросил Юра, усаживаясь в машину.
– Он пока останется здесь,– ответил Лешинов. И скомандовал шоферу: – Поехали!
Машина, зеленая, средней свежести «девятка», запрыгала по яминам и ухабам к арке. Насколько мог заметить Юра, машина была одна. То есть его и Лешинова никто не сопровождал, кроме шофера.
– Куда мы едем? – спросил Юра.
– Сначала – поужинать,– ответил Лешинов.– Вижу: ты голоден. А потом хочу тебе показать кое-что интересное.
Ужинали в маленьком ресторанчике на Среднем. Вдвоем, шофер остался в машине. При желании Юра мог сделать попытку вырваться на свободу или позвонить Ласковину. Но не рискнул потерять расположение Лешинова. Тем более что Федька оставался в заложниках. Тем более что в ресторанчике Константина Олеговича знали, а выход на улицу был только один.
Но по мере наполнения желудка беспокойство Юры таяло. Лешинов был подчеркнуто заботлив. Хотя ел мало и почти ничего не говорил.
На груди у него висела золотая многолучевая звезда с вкраплениями самоцветов (дорогая штуковина!) и примерно таких же размеров крест из черного блестящего металла. Или – камня. Занятный комплектик.
Юра ожидал, что Лешинов попытается вызнать у него максимум информации, и заранее настроился врать. Но единственный вопрос, который задал ему Константин Олегович: как давно Юра занимается каратэ?
– Недавно,– честно ответил юноша.
– Все равно тебе будет любопытно взглянуть,– сказал Лешинов и повез его на Ленинский проспект.
Вопрос о каратэ подготовил Юру к тому, что он увидел.
– Посиди, посмотри,– предложил Лешинов и ушел.
Юра сидел и смотрел, как человек десять парней, немногим старше его самого, работают парное кумитэ. Техника у них была непривычная, с обилием захватов, размашистых длинных ударов… Нет, Юру этот стиль определенно не вдохновил.
– Ну как?