Право быть человеком
Шрифт:
Так и на этот раз, не успев выполнить и сотню махов, я ощутила себя не утомленным сотрудником Заповедника с перспективой превращения в дракона, но просто девчонкой - со своими желаниями, своими мечтами, своей жизнью.
– Так и знал, что найду тебя здесь, - заставил меня сбиться с ритма хорошо знакомый голос.
– Я хотел поговорить с тобой, когда ты закончишь.
– Хорошо, - дошла я до конца дорожки, звучно шлепнула кроссовкой по луже, остановилась, и повернулась лицом к металлисту.
– Приходи минут через сорок ко мне, я уже буду на месте.
– Идет, -
А я все оставшуюся мне сотню с гаком махов пыталась успокоить резко участившееся сердцебиение.
– Так о чем ты хотел со мной поговорить?
За окном снова моросил дождь, огонь в камине был тих и задумчив. Скорее, печален. Кроме него, и пары свечек, других источников света в комнате не было - у меня было лирическое, чуть сумеречное настроение. Я забилась с ногами в угол кровати, укрылась пушистым пледом. Мне было тепло и уютно и, я, от души наслаждаясь простыми человеческими радостями, спокойно смотрела на своего боевого друга и товарища. Тот сидел на пенечке молча, погруженный в свои думы. Я не стала использовать драконьи телепатические навыки - во-первых, потому что обещала Илюхе этого не делать. А, во-вторых, это лишило бы ситуацию (и меня в том числе) всякой интриги.
Наконец металлист вышел из забытья:
– Чаю хочешь?
– Э-э-э, - с трудом подавила я в себе желание осведомиться, а не с этой ли конкретно целью он ко мне заявился. В смысле подачи чая.
– Конечно, хочу.
Я часто пью чай. В последнее время подсела вот на копченый, по имени "Сэр Джон". Раньше покупала его в магазинчике "Чай, кофе и другие колониальные товары", что возле МХАТа. Однажды, телепортировавшись в оный, до смерти напугала продавщицу - та увидев, как я появилась "из неоткуда", хлопнулась в обморок. Поэтому в дальнейшем я действовала с оглядкой, и под прикрытием полога невидимости. А потом этот чай исчез из ассортимента магазина, и мне пришлось заказывать его в интернете. Килограммами. Половину я отдавала в Дерево - старому друиду он тоже пришелся по вкусу.
– Держи, - подал мне кружку металлист.
– С молоком, как ты любишь.
– Спасибо, - усмехнулась я.
– Что-то меня в последнее время наставники осыпают милостями по части подачи чая в постель.
– Это кто еще?
– подозрительно уставился на меня Илюха, осторожно присаживаясь на краешек кровати. Подальше от меня.
– Старший друид, - с нескрываемым наслаждением ответила я.
Металлист вздохнул с явным облегчением. Нет, не то, чтобы он страдал ревностью. Но собственником все же был изрядным, и старался сразу ставить точки над "ё".
– Я, собственно, хотел извиниться, - возвестил он с видом человека, делающего шаг с десятиметровой вышки.
– За свое недельное поведение.
– Извинения принимаются, - ответила я.
– Ты же не нарочно.
– Я мог бы вести себя по-другому, - покачал головой он.
– Илана сказала, что ты вообще не будешь со мной общаться, - тихо ответила я.
– После испытания. Мне бы не хотелось такого
– Ты всегда была снисходительна ко всяким…
– Неправда, - возразила я.
– Вспомни Вадика. Тот еще был урод!
– Ну ты и сравнила, - чуть грустно усмехнулся Илюха.
– Ладно, проехали. А то у тебя и так проблемы, а я на тебя со своими комплексами вешаюсь.
– Да что ты! Можешь приходить в любое время, и я с удовольствием тебе расскажу о том, что ты - не самый последний человек в этом мире.
– Надеюсь, до этого не дойдет, - с чувством ответил боевой друг и товарищ.
– Расскажи-ка мне лучше вот что: как это ты дошла до жизни драконьей?
Ага. Убежала я в драконьи мечты. От тебя, любимого.
Резать правду-матку не хотелось. Впрочем, у меня в запасе имелось другое объяснение:
– Совершенно нечаянно вышло. Во всем виновата… метафора.
– Какая еще метафора?
– уставился на меня металлист.
– Ну, я в том самом измерении, где… Короче, я ляпнула: "Лучше бы я стала драконом".
– Понятно, - мрачно произнес Илья.
– Что-то подобное я и подозревал.
– "Покуда.опа есть, с ней что-то приключается", - поспешила я процитировать своих любимых "Ивасей", пока человек снова не начал заниматься самобичеванием.
– И что ты собираешься делать?
– Ничего. Я остаюсь человеком.
– Ты совсем ничего не понимаешь?
– удивленно воззрился на меня товарищ.
– Или просто так глупой прикидываешься?
Никак ожил - ты гляди, снова ругается, и куда только смурной вид и вселенская печаль подевались? Я пожалела, что так быстро простила металлюгу, но строить из себя оскорбленную невинность было уже поздно. Нелогично как-то.
– Ты пойми, - глядя на меня, как на дорогого сердцу, но безнадежно отсталого в развитии ребенка, говорил металлист.
– Это раньше все зависело от твоего решения. А теперь тебя заколдовал шаман, будь он неладен.
Вообще-то в словах металлиста была доля истины. Вот и дракониха меня птенцом невылупившимся признала. Кстати, язык у нее был на редкость шершавый, что твоя наждачная бумага - еще чуть-чуть, и сняла бы слой кожи с лица.
– И что ты предлагаешь? Биться с ним? Али есть другая альтернатива?
– Ну… - протянул боевой друг и товарищ.
– Вообще-то я тут думал…
– О чем?
Вместо ответа Илья пододвинулся ко мне, сильно, и в то же время предельно нежно сжал в объятиях.
– Я тебя никому не отдам. Слышишь?
Его лицо, совсем-совсем близко. Его практически черные глаза. По мне пробегает искра - я раньше встречала про такое поведение человеческого организма в литературе, но никак уж не верила в то, что это возможно. Его губы. Минута, другая. Господи, боже ты мой! Почему этого не случилось раньше?
– Где я был раньше?
– эхом моим мыслям спрашивает Илья.
– Почему?
– Ну вот, зато теперь у меня есть мотивация, - усмехнулась я в ответ.
– О! У меня есть идея!
– вскочил с кровати металлист, принялся мерить шагами комнату.