Праксис
Шрифт:
— Требуете без пароля? — спросил Мартинес, позволив своему лицу продемонстрировать всю горечь, переполняющую его душу, — Я все понял, лорд каплей. Конец связи.
Он мог бы прогнать разговор по этому кругу еще несколько раз, но у него просто не хватило на это духу.
Он купил себе время и сделал это за счет капитана. Наксидам понадобится время на то, чтобы выбить из Тарафы пароль, не в последнюю очередь потому, что этого пароля просто не существует.
Мартинес представил себе, как Тарафу лупцуют шокерами, заковывают, избивают. Он
Время. Главным сейчас было то, что Мартинес выиграл еще немного времени.
Он опять связался с Алиханом.
— Нашел что-нибудь?
— В офисе каплея был сейф, милорд. Но там ничего нет, только документы.
— А сам офис осмотрел?
— Именно этим сейчас и занят, милорд.
— Послать тебе помощников?
— А кому вы можете доверить эту работу, господин?
Этот вопрос застал Мартинеса врасплох. Действительно, кому он может доверять? Ключи капитана и лейтенантов — самая опасная вещь на корабле. За использование ключей, тебе не принадлежащих, полагалась смертная казнь — со сдиранием кожи и четвертованием. Есть ли среди членов экипажа такие, кто сознает необходимость пойти на это и подчинится его приказу?
Мартинес задумался над возникшей проблемой — и неожиданно рассмеялся. Уточнив в судовом расписании, где расположены нужные рабочие места, он вызвал Жоу и Надьяна. На помятых лицах, появившихся на экране, читалось неприкрытое изумление.
— Явитесь в офис капитана к Алихану и поступаете в его распоряжение, — приказал им он.
Эти головорезы оторвутся на славу, разнося капитанский офис по кусочкам.
— Милорд! — неожиданно пискнула старший оператор Трэйси. — «Свирепый» отчалил!
«Свирепый», крейсер, вдвое больший, чем «Корона».
— Куда он направляется? — спросил Мартинес.
— Он еще не запустил двигателей, милорд. Просто отделился от кольцевой станции.
— Дайте мне знать, когда он ляжет на какой-нибудь курс.
— Есть, милорд.
Наксиды решили пустить «Свирепого» в дело, и Мартинес чувствовал, что это связано с «Короной».
Подумав, он вызвал Сааведру, секретаря капитана:
— Сааведра, вы понимаете, в какой ситуации мы оказались?
Сааведра внимательно поглядел на него, поджав губы, обрамленные густыми усами.
— Я понимаю, какой она представляется вам, лорд лейтенант.
Мартинес решил, что ему не нравятся прапорщики, вникающие в такие тонкие оттенки речи вышестоящих офицеров.
— Вы хоть понимаете, что «Корона» в опасности? — осведомился он. — Что по нам могут открыть огонь.
Сааведра коротко кивнул:
— Понимаю, милорд.
— Для того чтобы привести в действие защитное вооружение, мне нужен ключ капитана.
Взгляд Сааведры сделался угрожающим, он выставил вперед челюсть.
— Я этого не знаю, милорд.
— Вы в этом уверены? Возможно, речь идет о жизни всех находящихся на судне.
— Я не знаю, где этот ключ, милорд.
— И вы никогда не видели, чтобы он вынимал его, скажем, из ящика стола или из сейфа?..
— Единственным местом, где мне приходилось видеть этот ключ, являлась цепочка на шее у капитана.
Мартинес понял, что прапорщики, употребляющие такую формальную манеру речи, ему не нравятся тоже. Он прикинул, не стоит ли добраться до Сааведры, где он там сидит, и продырявить ему колено, может, память у того и прояснится. К сожалению, это была только фантазия: покидать сейчас рубку было слишком рискованно.
Действовать кнутом было нельзя, нужно было подобрать подходящий пряник.
— Вы должны подумать, — настаивал Мартинес. — Поразмышляйте, где капитан хранит важные вещи.
Куда он прячет самое важное, что у него есть. Подумайте, не можете ли вы сказать мне это.
Сааведра на дисплее бросил надменный взгляд на Мартинеса.
— Я пороюсь в своей памяти, милорд.
— Сделайте одолжение. Конец связи.
В течение следующих четырнадцати минут «Свирепый» отдрейфовывал от кольцевой станции, не производя никаких маневров. Алихан, даже с помощью двух помощников, пока ничего не нашел, и Мартинес предложил ему простукать стены на предмет тайников и взломать капитанский погребец. Будь в офисе ковры, он посоветовал бы изрезать их в клочки.
В это время на связь опять вышел штаб кольца.
— Это Дегбал, милорд, — доложил Вондерхейдте.
— Скажи ему, чтобы он подождал.
Выждав полторы минуты (больше оттягивать разговор он не отважился), Мартинес ответил:
— Говорит Мартинес, милорд.
Черные с зеленью глаза Дегбала мерцали в свете ламп штабного офиса.
— Ваш капитан вспомнил, о каком пароле он условливался с вами, — заявил он. — Это «Офсайд».
Мартинес постарался изобразить всем своим существом радостное облегчение, как будто названный пароль и был тем самым, что он хотел услышать сильнее всего на свете, а не первым словом, которое выплыло на поверхность сознания Тарафы, когда он был уже не в силах переносить боль.
— Благодарю вас, милорд, — выдохнул Мартинес. — А можно ли мне услышать этот пароль от лорда каплея Тарафы?
— До лорда Тарафы сейчас не добраться, — ответил Дегбал. — Ваша команда одержала победу со счетом четыре — один. На поле все просто неистовствуют, празднуя победу. Не думаю, что мы смогли бы найти в этой толпе капитана Тарафу, даже если бы захотели.
Мартинес надел на лицо самую неподдельную заискивающую улыбку, на которую был сейчас способен.
— Если можно, я все-таки хотел бы услышать пароль от капитана.