Праксис

Уильямс Уолтер Йон

— Что там? — спросила Миши.

— Блитшартс! — воскликнула Сула. — Еще одно слушание!

Миши непонимающе смотрела на нее. Мартинес усмехнулся.

— Мы так встретились в первый раз, — пояснил он.

Сула с Мартинесом рассказали Миши о своем знакомстве во время операции по спасению знаменитого яхтсмена капитана Блитшартса и его не менее знаменитого пса Апельсина. Они впервые работали вместе, впервые почувствовали единство мысли и действия, заставляющее их быть частью некой высшей сущности.

— Правда, когда я

нашла Блитшартса, он уже превратился в окоченевший труп, — сказала Сула.

Флотский трибунал признал смерть Блитшартса несчастным случаем, но страховая компания обратилась с апелляцией в гражданский суд, утверждая, что это самоубийство, и теперь началось новое рассмотрение дела.

Миши снисходительно улыбалась, пока Мартинес с Сулой обсуждали прошлое. Когда поток воспоминаний иссяк, Миши расстегнула верхнюю пуговицу кителя, слизнула пролившееся шампанское с пальцев и подняла бокал.

— Я хочу произнести тост.

— Минуточку. — Сула достала из холодильника баночку газировки, открыла ее и перелила в хрусталь.

— За кампанию, которую мы прошли, — сказала Миши.

Под звон бокалов Сула добавила:

— И за следующую.

Миши удивленно подняла брови, но выпила.

Лимузин объехал всё еще загружающийся второй автомобиль и направился к городу. Сула заметила на границе аэродрома саженцы, заменившие деревья, срубленные наксидами на линии огня.

Терранский шофер вез их в город по шоссе Акстатл. Сула никогда не видела эту дорогу с такой точки и начала искать глазами здание, в котором она с Командой 491 сидела в неудавшейся засаде. Она почти сразу заметила его. Фасад по-прежнему был изрешечен тысячами наксидских пуль.

— Что вы ищете? — спросил Мартинес.

Она описала провалившуюся операцию и лихорадочное бегство. Дорога навеяла и другие воспоминания: засаду Бого на наксидские отряды быстрого реагирования, посещение подпольного госпиталя, созданного для жертв взрыва Рембы, визит к судье в Зеленый Парк и угрозы, чтобы освободить попавшего в тюрьму товарища.

Закончив рассказ, Сула посмотрела на Мартинеса, в глубине глаз которого зажегся огонек понимания.

Кажется, ее рассказы произвели впечатление.

Ну, это хорошо.

— Встретитесь со старыми соратниками по подпольной армии, пока вы на планете? — спросила Миши.

— Да, без сомнения. Хотя завтра начну с визита вежливости к лорду губернатору, дам понять, что не стану его свергать. Потом несколько дней спокойно поживу, отдохну с дороги и привыкну к смене режима.

Еще несколько подсказок для Мартинеса: никаких планов на ближайшие дни, она готова к свиданиям.

Она уже написала Жюльену и Пателу, и через четыре дня у них шумная вечеринка для Бого. Потом, когда получится, она зайдет к Сидни и пригласит к себе Фер Тугу, снайпера с шоссе Акстатл. Она послала сообщение Сергию Бакши, но он должен позвать ее сам.

Интересно, что Мартинес подумает о таких необычных друзьях.

И что они подумают о Мартинесе.

Она с нетерпением ждала шанса узнать это.

Шоссе Акстатл выходило на несколько проспектов, ведущих к Верхнему городу, и шофер предпочел объехать акрополь с севера и подняться вверх. Разрушенные наксидские бункеры у подножия горы уже убрали, так же как и уродливые турельные установки у Врат Достойных.

— Куда вас подвезти, леди Сула? — спросила Миши.

— О, я не останусь в Верхнем городе. Нашла местечко на Малой Горе.

Миши удивленно посмотрела на нее.

— Если позволите, я потом спущусь на этом автомобиле, — сказала Сула. — Мне надо завести кое-какие документы, и, раз уж я там, хочу прогуляться по Верхнему городу, поглядеть, что они там наделали.

— Конечно. Забирайте машину, если надо.

Местами Верхний город хранил следы боевых действий, а на месте взорванного "Великого Предназначения" так ничего и не построили. Но все парки и многие дворцы были усыпаны яркими летними цветами, открылись десятки новых магазинов, и ни один из них не специализировался на наксидах.

Лимузин остановился у Штаба Флота, и даймонги-часовые замерли по стойке смирно. Офицеры по традиции заглянули в Архив Флота, оставив там бортовые журналы и официальные записи, а затем вернулись к автомобилю.

Через несколько минут они подъехали к Дворцу Ченов, куда Мартинес был приглашен Миши в качестве гостя, или временного, как надеялась Сула, заложника своих родственников. Ворота бесшумно поднялись вверх. Мартинес вышел во двор и подал руку Миши, помогая выбраться из машины. Сула вылезла с другой стороны, на улицу.

— Милорд!

Сула оглянулась на звук незнакомого голоса, принадлежавшего представительному мужчине средних лет, шагающему от дверей дворца. На нем был пурпурный мундир депутата Парламента, а за ним следовала целая процессия встречающих. По большей части это были слуги, спешащие за багажом.

Сула не стала останавливать взгляд на лорде Чене и прислуге. Ее интересовала высокая темноволосая красавица, идущая рядом с отцом изящной походкой, несмотря на младенца в руках.

Рот вдруг наполнился горечью. Чены явно хотели устроить Мартинесу романтический сюрприз, умолчав, что Терза с сыном на Заншаа.

Конечно, Совет правления Флота вернулся в столицу, как только опасность миновала, еще до прибытия Парламента, которому было дальше лететь. Конечно, все вернулись вместе с семьями. Конечно, молодая мама горит желанием показать ребенка мужу. Было глупо не предвидеть этого.

Семейная засада. По прячущейся в углах губ Миши улыбке Сула догадалась, что комэскадрой знала о заговоре.

Сула поглядела на пораженно застывшего Мартинеса, безвольно повесившего свои большие руки.

Терза Чен с сияющими от торжества глазами приблизилась. Сула никогда не видела ее такой — почти взволнованной.