Пойманный
Шрифт:
Когда, наконец, поднимаю глаза на Митча, он смотрит на нас с подавленным выражением лица.
— Она очень похожа на тебя, — мягко замечает он.
Митч не сказал мне ничего, чего я не слышала уже десятки раз, но его слова больше простого наблюдения. Лицо заливается теплом, пока я борюсь с соблазнительным тянущим удовольствием, развернувшимся в глубине моего живота.
— Я её мама, — говорю я, изображая беззаботность, которую и близко не чувствую. Мне неловко от интимности, которая, кажется, незримо окружила нас наползающим туманом.
— Хорошая мама, —
Окей, теперь мы уже вступаем на запретную территорию. Самое время взять разговор под контроль и дать ему знать, что к чему. Ничего такого не будет, хотя он и смотрит на меня, как будто желает со мной чего-то большего, чем со-партнёрские отношения. Большего в том смысле, который не включает ни грамма одежды, но включает много контакта плоть к плоти.
Нет уж, этого точно не будет.
— Что ж, будучи матерью одиночкой я примерила на себя обе роли. Старалась как могла.
Мой непоколебимый взгляд и бесстрастный голос должны сказать ему о двух вещах: a) я не простила тебя, и b) даже не думай. Наши отношения никогда больше не будут настолько близкими.
Улыбка, только приподнявшая уголки его рта, незамедлительно исчезает, губы складываются в прямую линию, а лицо замыкается.
Хорошо. Он точно понимает о чём я. Если ищет слабого противника, то пускай посмотрит кого-нибудь ещё, потому что я не слабачка.
— Сейчас я здесь, так что можешь оставить обязанности отца мне, — сухо отзывается он.
Я целую Бри в макушку, бросив на него украдкой взгляд из-под ресниц.
— Хм-м. Думаю, время покажет, верно?
Он сверлит меня взглядом так долго, что желание отвернуться становится непреодолимым. Я избавляюсь от необходимости терпеть его напряжённый взгляд, когда Бри принимается извиваться.
— Ну, мне лучше отвезти её домой. — Меня огорчает, что мой голос, как будто растерял половину уверенности, которая была в нём ещё несколько секунд назад. Я отворачиваюсь и быстро иду к двери.
За всем следует пять самых неловких минут в моей жизни. Не говоря ни слова, Митч следует за мной в переднюю часть дома, где я собираю вещи Бри и прощаюсь с его сестрой.
Я уже получила передышку? Нет, из-за моей непреднамеренной стервозности, он провожает нас к машине, где как-то ухитряется взять на себя задачу пристегнуть Бри в её кресле. Митч целует её на прощание и к тому времени, как он закрывает заднюю дверь, я уже сижу за рулём с включённым кондиционером и радио, на котором играет «Дом» Филлипа Филлипса. Но вместо того, чтобы отойти от машины, он стучит в окно.
Ой-ой. Не хочется, но я жму на кнопку, опуская его.
— Что такое? — спрашиваю я, стараясь говорить небрежно.
Он дёргает подбородком в сторону дома, и я снова оказываюсь под его пристальным, зеленоглазым взглядом.
— По поводу того, что случилось там. Не думай, будто я не знаю к чему всё это было, — спокойно и невозмутимо замечает он.
— Понятия не имею о чём ты говоришь, Митч, — качаю головой и лгу сквозь зубы.
Его глаза прищуриваются. После нескольких мгновений тишины, он произносит:
— Имеешь, — с едва коснувшейся губ улыбкой. —
Огорошенная, я уставилась на него широко раскрытыми глазами. Всё это…
— Береги себя, — просит он и легонько стучит по крыше машины, прежде чем отступить. — И да, не забудь, я заеду завтра забрать Бри в парк.
И на том всё заканчивается.
Митч оставляет за собой последнее слово.
Как обычно.
~~~***~~~
Оставшийся вечер пролетает чересчур быстро. Между перекусами, сменой подгузника, играми, укладыванием Бри в кровать, домашним заданием и уборкой на кухне, я едва урываю минутку перевести дыхание до того времени, когда, наконец, ложусь в постель. Кажется, теперь у меня есть время подумать о Митче и нашем последнем разговоре.
Чего, по его мнению, я боюсь?
Он, наверное, думает, будто я боюсь, что он вновь бросит Бри. Только в этом есть смысл. Правду он угадать не мог. Повода я точно не давала. Несмотря ни на что, завтра я обещаю себе поговорить с ним без обиняков.
На следующий день, когда он приезжает забрать Бри в парк, я уже готова к спору, но он ведёт себя так, будто не смотрел на меня «я хочу от тебя» взглядами днём ранее. Как будто не обвинял меня в боязни, когда я скептически отнеслась к тому, как долго он будет играть в «папочку». Назовите меня чокнутой, но он ведёт себя так, будто желает того же, что и я — ничего между нами, кроме дочери. Что наводит на мысль. Неужели я придумала то мгновение между нами? Выдала желаемое за действительное? Однако это не значит, что я его не опасаюсь. Опасаюсь. И, исходя из того, как всё выходит, получается — у меня есть на это право.
В пятницу, чуть позже четырёх часов пополудни, Митч звонит сообщить мне, что уже выехал. Поскольку мой дом находится на пути в Старбакс — где будет наше свидание по учёбе, — Крейг предложил забрать меня, и я была совсем не против. Сэкономлю бензин. Теперь-то мне нужно считать каждое пенни. Недавно пришёл иск на дом из страхования, который не вмещается ни в какие рамки. Он вырос на целых восемьдесят процентов! Даже не хочу об этом говорить. Дом — это убежище, но он стремительно становится непосильным для бюджета.
Не буду думать сейчас. У меня свидание с представителем противоположного пола. Пусть и не «свидание», но это ближе всего к тому, что у меня было больше года назад.
Я изучаю собственное отражение в зеркале на шкафу.
— В небольшом приукрашивании реальности ведь нет ничего плохого, правда, тыковка? — я бросаю взгляд на Бри, пристёгнутую в ходунках, которая с головой занята всяческими штуковинами, приспособлениями и игрушками на них.
Она даже не поднимает на меня глаз.
Для своей встречи я сделала кудри, нанесла чуть больше обычного макияж, и надела свой безрукавный ярко-розовый сарафан с квадратным вырезом. На пару дюймов короче, чем то, которое я собиралась надеть на наше последнее свидание, но не хотелось надевать то повторно. На самом деле, Крейг его на мне так и не увидел, но вот Митч — да, поэтому я захотела надеть что-нибудь, в чём он меня не видел. Не потому что я пытаюсь произвести на него впечатление. Я не пытаюсь.