Пойманный
Шрифт:
Господи, это всё равно, что сделать два шага вперёд, чтобы сразу же вернуться на четыре назад. Теперь мне кажется, будто я плыву против течения и проигрываю в борьбе.
— Я думал, она уже привыкла, — ворчу я. — Думаешь, всё дело в освещении дома? — шучу, когда становится понятно, что Диана заметила, что я расстроен больше, чем хочу ей показать. Что мне делать? Начать плакать как ребёнку, потом что моя дочурка вселила в меня ложное чувство надежды?
Мы все в игровой комнате. Бри на детском коврике играет со своими кубиками и грызёт прорезыватель. Диане не нужна
— У неё режутся зубки. Тебе нужно было посмотреть на неё, когда резались два верхних зуба.
— Да, но меня здесь не было, верно? — Вот расплата за то, что я бросил своего ребёнка. И Пейдж наверняка с этим согласна. Она не хотела видеть меня у Эрин и этого не скрывала. Вот почему я не стал приходить вчера. Мне казалось, что я сильно напираю, пока сегодня не увидел реакцию Бри на меня.
— Но сейчас ты здесь, и это самое главное, — полным сочувствия голосом говорит Диана, хлопая меня по руке.
Для меня и Бри? Да. Но для всех остальных — спорно.
— А раз ты здесь, значит, пришло время взять на себя обязанность по смене подгузника, — заявляет Диана с ликованием светящимся в глазах.
Фыркаю от смеха.
— Я раньше уже менял подгузники. С Тэсс и Дагом. — Хотя прошло уже несколько лет, и тогда я избегал менять подгузник с какашками.
У Дианы из горла вырывается насмешливый звук.
— Точно. Где-то раза два каждому, если я не ошибаюсь.
Я поднимаю руку.
— Эй, она моя дочь. У меня нет ни-и-и-каких проблем с тем, чтобы разделять обязанности. Другое дело, позволит ли она сама мне поменять ей подгузник.
Диана ещё раз утешительно хлопает меня по руке.
— Не забивай свою хорошенькую голову. Первые пару раз я тебя подстрахую. Могу отвлекать её, пока ты будешь возиться.
В течение следующего часа Бри потихоньку ко мне оттаивает. Или, по крайней мере, не морщится, как будто сейчас расплачется, когда Диана выходит из комнаты. Мне приходится опуститься с ней на один уровень — то есть лечь на живот, выставляя себя полным дураком для развлечения дочери.
Эй, надо так надо.
Проходит двадцать минут, но, в конце концов, я выуживаю из неё смех, когда засовываю нос Мистера Картофельная Голова туда, где должен быть нос. От этого она лопается от смеха.
— Видишь, ну что я тебе говорила?
Повернув голов через плечо, я вижу сестру, стоящую в дверном проёме игровой. Вид у неё донельзя довольный собой.
— Клянусь, я не знала, что меня не было больше получаса, а Брианна даже не выглядит сильно потрёпанной.
Честно говоря, я не заметил. Всё моё внимание было сосредоточено на попытках вызвать у Бри улыбку. Теперь же, достигнув этого, я перешёл к следующей фазе — миссии «сделать так, чтобы моя дочь меня полюбила», применяя бесстыдный подкуп и принуждение.
— Шутишь? Я видел, как ты кралась наружу. И Бри тоже, — лгу я, поворачиваясь обратно. — Правда, милая?
Бри, обрадованно взвизгнув, заваливается на спинку в попытке убрать мои руки от своего животика.
— Раз вы так хорошо справляетесь, как по-твоему — ты справишься, если я выскочу на несколько минут? Тэсс забыла свой купальник, а у них сегодня плавание.
Я, наконец, уступаю и перестаю её щекотать. Переводя дыхание после нашей игры, Бри крепко оборачивает ручки вокруг моих пальцев, как будто этого достаточно, чтобы меня сдержать.
— Что скажешь? Ты не будешь против, если твоя тётя оставит тебя с папочкой?
Бри что-то щебечет в ответ. По-моему, она даёт Диане своё согласие.
— Иди. У нас всё будет хорошо. — Я машу ей уходить.
И, конечно, спустя десять минут после ухода сестры Бри нужно поменять подгузник. Но я справлюсь. Проще простого. Я кладу Бри спинкой на пеленальный столик в примыкающей комнате и спускаю с неё подгузник, выставляя беспорядок, который моя обязанность теперь убрать.
— Фу, ты воняешь, — говорю я, скорчив гримасу и размахивая рукой перед носом.
— Га, — и тут же награждает меня слюнявой улыбкой.
За такую улыбку я бы с радостью поменял ещё тысячу изгаженных подгузников. Что вполне, кстати, может так и получиться.
К тому времени, как я креплю последнюю липучку на подгузнике, клянусь, мне пришлось израсходовать четверть контейнера с детскими салфетками размером плюс-сайз. И, наверное, судя по чиханию Бри, я использовал чересчур много присыпки. Но в целом, неплохо. Могло быть гораздо хуже
Я как раз пытаюсь разобраться, как работает чёртово ведро для подгузников в углу комнаты Бри, когда слышу домашний телефон.
В доме около пяти телефонов, но ни одного нет поблизости. Решаю игнорировать, потому что: a) звонят не мне и b) если это важно, звонящий оставит голосовое сообщение.
— Николс, Пейдж, — просачивается снизу. Автоматический голос на телефоне звучит, как робот на под кайфом.
Схватив Бри со стола, я спешу на поиски телефона — любого. Когда добираюсь до того, что находится в зале, он перестаёт звонить.
Я смотрю на Бри.
— Папочки, наверное, не хватает скорости.
— Ба-ба.
— Интересно, что хотела твоя мама, — говорю я, скорее обращаясь к самому себе. Потом чувствую вибрацию телефона на верхней части бедра.
Вытаскиваю его из переднего кармана и бросаю взгляд на экран. Пейдж. Я ударяю по иконке «ответить» и прикладываю телефон к уху.
— Что случилось, Пейдж?
— Привет, Митч. Слушай, я пытаюсь связаться с твоей сестрой. Звонила ей на телефон и на домашний, но она не отвечает.
— Диане пришлось отойти. Из-за чего-то связанного с летним лагерем. — В этот момент, Бри начинает извиваться, чтобы я её опустил. Быстрая проверка зала даёт понять, что в комнате нет защиты от детей. Я выхожу из комнаты и направляюсь дальше по коридору в гостиную.