Пой, Менестрель!
Шрифт:
Теперь нужно было соединить печать заново. Плут переминался у двери, то и дело выглядывая в коридор.
— Еще едят, — успокоил его Стрелок, вновь послушав, что делается за стеной.
Мелп поднес одну из половинок печати к пламени свечи. Главное было — не перегреть, чтобы воск не поплыл. Мелп поспешно отдернул руку. Оказалось рано — воск не размягчился, края печати не желали слипаться.
— Выходят из-за стола, — предупредил Стрелок.
— Не торопите меня, — огрызнулся Мелп.
Плут раскачивался на носках. Рука его лежала на дверном засове.
Мелп
— Все? — спросил Плут.
Мелп, не отвечая, так же осторожно принялся нагревать печать, чтобы уничтожить следы разреза. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем еле заметная ложбинка исчезла. А потом еще пришлось ждать, пока воск застынет.
Плут схватил свиток. Мелп со Стрелком услышали, как он вошел в соседнюю комнату.
— Спускайтесь, седлайте коня, — приказал Стрелок Мелпу. — Если Плут попадется…
— Это вы уходите, а я останусь выручать Плута, — перебил Мелп. — Ваше дело — отвезти письмо. Будет погоня. Вы сможете уйти лесом, ночью. Я — нет.
За стеной что-то зазвенело, послышались возмущенные голоса. Плут не появлялся.
— Не получается, — одними губами сказал Мелп.
Стрелок решительно отстранил его. Мелп не сразу понял, что охотник собирается делать, а когда понял — было поздно. Стрелок постучал в соседнюю дверь.
— Да, — ответил резкий голос.
Охотник распахнул дверь и переступил порог. Люди Магистра сидели возле очага. Каралдорский гонец — его не трудно было узнать по загорелому лицу, черным глазам и иссиня-черным волосам — вытирал залитую вином рубаху, сердито ругая Плута. Мнимый слуга подбирал с пола черепки разбитого кувшина.
Стрелок поклонился. Каралдорец переглянулся с охранниками и ответил на поклон.
— Простите, господа, — заговорил Стрелок. — Вы едете из столицы?
— Да, — отрывисто бросил гонец.
Люди Магистра приблизились и встали за его спиной. Плут подался к изголовью кровати.
— Еще раз прошу простить меня, я давно не был в столице. Скажите, верны ли слухи о болезни короля?
Каралдорец вновь обменялся взглядами с охраной. Охотнее всего он указал бы незваному гостю на дверь. Но… было в незнакомце что-то принуждавшее к ответной вежливости.
— Да, к сожалению. Король и королева больны.
Гость уходить не спешил.
— А что творится на севере? Мятежи подавлены?
— Да. Мятежники казнены.
— Вот как? Благодарю за новости.
Каралдорец сделал над собой усилие и любезно улыбнулся. Гость помедлил еще мгновение — поторопить его никто не решился — и наконец ушел. Следом выскочил рыжий слуга. Весело прокричал, успокаивая разгневанного трактирщика:
— Бегу! Бегу! — подмигнул Стрелку и ринулся вниз по лестнице.
…К друзьям Плут вернулся не скоро. С порога трагически объявил:
— Вы отдыхаете, а мне пришлось посуду мыть. Хозяин, мало того что деньги от меня получил, еще и работать заставил!
Стрелок с Мелпом дружно рассмеялись.
— Как ты свиток вернул?
— Не напоминай, — вздохнул
Мелп развернул пергамент и начал переводить:
— Если отбросить все поклоны и уверения в бесконечной преданности, получится примерно следущее. «Ваше величество, все будет как вы желаете. Король Артур сомневается, но мы постараемся, чтобы его сомнения рассеялись. Он, как всегда, станет действовать стремительно и, едва заключит мир с нами, двинет войско против Бархазы. Этим следует воспользоваться. Ввязавшись в войну с Бархазой, король Артур не сможет выставить дружину против нашего войска. Главное, вовремя нанести удар… и нынче же зимой мы будем пировать в столице».
— Погоди, — не понял Плут. — В чьей столице они собираются пировать?
— В нашей. Пока станем воевать с Бархазой, каралдорцы захватят наше королевство.
— Вот ловкачи!
— Ради этого письма стоило потрудиться. — Стрелок положил руку Плуту на плечо. — Твоя заслуга.
Тот смущенно ковырнул ножкой:
— Ну, запустить руку в чужое добро каждый может. Это Мелп молодец, без него мы бы в жизни такие каракули не разобрали.
— Не выведи Стрелок на след гонцов, нечего было бы разбирать, — ответил Мелп.
— Лорд Гаральд обрадуется. И все же… Письмо не уличает Магистра впрямую.
— Не беда. Лишь бы войну предотвратить.
Стрелок серьезно посмотрел на друзей:
— Воевать с каралдорцами придется. Но удар в спину они нанести уже не сумеют.
— Как чувствует себя ваше величество?
— Благодарю, хорошо. Надеюсь, милорд, вы так настойчиво добивались встречи со мной не только ради того, чтобы справиться о моем здоровье?
Тон Артура был холоден. Король стоял и не предложил сесть лорду Гаральду. Под рукой Артура громоздилась груда свитков — указы Королевского Совета, принесенные на подпись. Король выглядел усталым, но губы сжимал непреклонно и нетерпеливо постукивал пальцами по мозаичной столешнице.
Охотничий зал был ярко освещен, с гобеленов взирали розовощекие, смеющиеся дамы и кавалеры.
Лорд Гаральд с поклоном подал королю свиток. Артур взял, взглянув испытующе, но так как вельможа молчал, стремительно развернул и прочел. Лицо его стало совершенно белым, рука судорожно сжалась.
— Откуда эти сведения, милорд? Как к вам попало письмо?
— Одному из моих людей удалось перехватить гонца, хитростью добыть свиток и снять копию.
— Чье, чье это послание?!
Лорд Гаральд помедлил. Обличить Магистра? Нет доказательств, а король на слово не поверит. Решит, что лорд Гаральд из ненависти обвиняет соперника (Магистр вместо него стал Главой Королевского Совета).