Поворот

Уилсон Киврин

Я не завидую ее наивности. Она не была бы собой, если бы не выросла в счастливой семье, с успешными и любящими родителями, которые давали своим детям все, в чем они нуждались, и даже больше. Эта машина — первая самостоятельная покупка Миа, на которую она взяла займ.

А вот тут я ей немного завидую. Я бы с радостью оказался на ее месте, когда можно было бы строить карьеру, не задумываясь о выплате кредита за обучение.

Я уверен, измена Факфейса, была самым болезненным событием в жизни Миа. Это в свою очередь является еще одним доказательством того, как

мало гадостей было в жизни Миа, потому что этот мудак не был такой уж большой потерей ни для кого из нас. Или же, это показывает, каким сильными были ее чувства к нему. Не были, а до сих пор остаются.

Я бросил взгляд в ее сторону и увидел, что она сложила руки на коленях и прислонилась головой к боковой двери. Ого, эта поза была очень неудобной, но Миа все рано уснула. Думаю, она не шутила, когда говорила об усталости.

Я ехал, поглядывая одним глазом на дорогу, а другим на Миа. Она выглядела расслабленной и спокойной, чуть приоткрыв губы и едва слышно посапывая во сне.

Красивая Миа, остроумная Миа, страстная Миа. Неиспорченная Миа. Может быть, поэтому я не могу рассказать ей о своем прошлом. Я не хочу, чтобы дерьмо моей жизни оказывало на нее влияние. Я хочу, чтобы она оставалось такой, как сейчас.

Моя Миа. По крайней мере, сейчас я могу ее так называть.

***

Миа проснулась, резко подняв голову, как раз в тот момент как мы проехали нескончаемую череду жилых пригородных районов и торговых центров. Сев прямо, она смахнула остатки сна, глядя по сторонам.

Удачи ей, если она пытается определить, где мы сейчас находимся. Мы ехали по дороге вдоль холмов, покрытых коричневой пылью, грязью, пожелтевшей травой и редкими низкими деревьями, и такой пейзаж будет сопровождать нас на протяжении нескольких часов движения. Трасса I-5 не самая живописная.

Она достала телефон и проверила время — Ого, не думала, что смогу заснуть.

Я посмотрел на нее. Она зевнула и вытянула руки, потягиваясь. От чего ее стройное тело выгнулось, открываясь от сидения. Я немного убавил музыку.

— Тяжелая ночь?

— Вроде того. — Боковым зрением я видел, как она передвинула очки на лоб и, откинув козырек, посмотрела на себя в зеркало. — Я ходила на вечеринку к Анджеле.

К кому? Я оторвал взгляд от дороги и вопросительно взглянул на Миа.

— Забыл? Анджела с работы, — ответила она, поднимая козырек.

О, да, теперь вспомнил. Я крепче сжал руль, уводя машину в сторону, чтобы объехать канаву, и равнодушно заметил. — Та, что знает о нас и которая хотела со мной познакомиться?

Миа на секунду замолчала. Затем радостно ответила, хотя живость в ее голосе показалось неискренней. — Именно!

Не в первый раз я задумался, зачем я согласился на эту поездку. У меня было плохое предчувствие с той самой секунды, как она сообщила мне об этом несколько недель назад. Неумение Миа держать язык за зубами нисколько не уменьшало моих опасений.

— И часто Анджела устраивает вечеринки в четверг? — спросил я для поддержания разговора. Если

бы я нарисовал диаграмму Венна (прим. ред.: схематичное изображение всех возможных отношений), один круг из которой представлял бы женщину, с которой я никогда не встречался, а другой — насколько мне интересна информация о ней, то пересечение этих кругов было бы моим любопытством по поводу того, что именно Миа рассказала обо мне своей подруге. Было бы интересно это узнать, но, вероятно, лучше не стоит этого делать.

— Это была скорее домашняя презентация, — объяснила Миа, потянувшись к моей бутылке воды. — Как в фирме Tupperware, понимаешь?

Эм, что? Я покачал головой. — Ты была на презентации Tupperware?

Она открутила крышку бутылки. — Нет, это была Тайная вечеринка.

— И что же на ней предлагали?

Она запрокинула голову, делая несколько жадных глотков воды. Закончив, оставила бутылку открытой и, протягивая мне, ответила:

— Секс игрушки.

Какого…? Я замер, когда потянулся за бутылкой. Я посмотрел на нее, стараясь не сводить глаз с дороги.

— Серьезно? Они и такое предлагают?

Миа помахала передо мной бутылкой, и я ее выхватил. Пока пил воду, я понял, мы еще никогда не пили из одной посуды. Полагаю, в этом нет ничего страшного, если учитывать, что ты регулярно обмениваешься с этим человеком другими жидкостями.

— На самом деле, было весело, — продолжала она, когда я вернул ей бутылку. — Еда, напитки, игры. Девизом вечера было: «Уверенные девушки идут в отрыв».

Ого, чем только женщины не занимаются. Из меня вырвался смешок.

— То есть ты пошла на вечеринку, и там были женщины, продававшие секс—игрушки?

— У них были не только игрушки. — Поставив воду в подстаканник, Миа отстегнула ремень безопасности, чтобы снять куртку. — Кремы, смазки, косметика, белье.

Боже мой! — И ты там что-то купила?

— Так ради этого туда и приходят. Если бы мне ничего не нужно было бы, то я бы и не пошла. — Бросив куртку на заднее сидение, она снова накинула ремень и завозилась с застежкой.

Я опять вопросительно на нее посмотрел, а она широко улыбалась в ответ, а в ее зеленых глазах играли загадочные огоньки.

Меня распирало любопытство, поэтому я спросил. — Что же ты купила?

—Ну, — она растягивала слова, в то же время вытягивая свои длинные ноги. — Мне показалось сложным выбирать вещи из каталога, поэтому я взяла из того, что у нее было с собой. Кое-что, что называется «Набор для экстренной помощи», но его вряд ли можно использовать для этих целей.

Типичная Миа. Ну, конечно, она купила секс игрушки, и неважно какие. Она всему найдет применение.

О, господи! И тут меня понесло, я голове начали появляться образы, как Миа доводит себя до оргазма этими игрушками. Эти образы продолжали появляться, щелк, щелк, щелк, словно стоп — кадры, как мастурбирует Миа, и все очень ярко, непристойно и чертовски возбуждающие. Мой член ожил и начал твердеть.