Повеса (Том 2)
Шрифт:
– Он заставил меня угостить его завтраком, - ухмыльнулся Джулиан.
Мерри засмеялась.
– Это совершенно невероятная история, - сказала она, отсмеявшись.
– И тем не менее это похоже на Реджи. У меня давно сложилось впечатление, что его репутация повесы и кутилы не совсем соответствует действительности.
– Согласен с вами, - кивнул Джулиан.
– Он научил меня играть в азартные игры с умом, не теряя головы, и с тех пор я никогда не ставил на карту больше, чем мог позволить себе проиграть. Лондон - коварный город, и мне очень повезло, что у меня появился друг,
– Значит, ваш отец не прислушивается к доводам разума?
– Голос Мередит звучал глухо.
Догадавшись, о чем она думает, Джулиан с нежностью погладил ее руку.
– Не всегда. Но в случае с вами - вернее, с нами - я сумею его убедить.
Мерри очень хотелось в это верить, но в глубине души она была убеждена, что после отъезда, намеченного на следующий день, больше никогда не увидит Джулиана Маркхэма.
***
В тот же день, когда леди Элис, вернувшись с полей, приняла ванну и переоделась к обеду, Джулиан встретился с ней с глазу на глаз для конфиденциального разговора. Элис была очень рада тому, что он просит руки Мерри, но выдвинула условие, состоявшее в том, что молодые люди не будут считаться официально помолвленными до тех пор, пока Джулиан не переговорит с отцом. Джулиан понял: мисс Уэстон также сомневается, что лорд Маркхэм одобрит его выбор.
Когда обитатели дома Дэвенпорта, вечер напролет распевавшие песни и разгадывавшие шарады, разошлись по своим комнатам, Джулиан рассказал обо всем Реджи. Мужчины расположились в библиотеке. Джулиан прихлебывал из бокала портвейн, а Реджи курил длинную, тонкую сигару. У открытых дверей, ведущих в сад, спала Немезида.
– Ну что же, чудесно, хотя для меня это отнюдь не неожиданность, - с улыбкой заметил Реджи, когда друг поведал ему о своих планах.
– Только слепой мог не заметить, что все к тому идет.
Джулиан покрутил головой в притворном отчаянии.
– А я-то думал, что веду дело так, что никто ничего не замечает. Глаза его заблестели.
– Мерри такая красивая...
Следующие полчаса Реджи терпеливо выслушивал поток восторженных панегириков многочисленным достоинствам Мередит, кивая там, где нужно было кивнуть, и время от времени роняя междометия в знак того, что полностью разделяет мнение своего молодого друга. Наконец Джулиан смущенно рассмеялся:
– Должно быть, я несу, как последний идиот, несусветную чушь, Редж?
– Да, но в сложившейся ситуации это совершенно естественно, отозвался Реджи, хладнокровно стряхивая пепел с кончика сигары.
Джулиан нахмурился, глядя на бокал с портвейном.
– И Мерри, и леди Элис считают, что мой отец будет против этого брака. А ты как думаешь?
– Я думаю, что это вполне вероятно, - признал Реджи, - но все же надеюсь, что, проявив известное упорство и такт, ты сможешь с этим справиться. Конечно, Мередит для тебя не самая лучшая пара, если исходить из общепринятых представлений, но и не самая плохая. Ну а если почувствуешь, что
– Замечательная идея, Редж!
– с энтузиазмом воскликнул Джулиан. Разве перед ней кто-нибудь сможет устоять? Опасаясь, что приятель снова сядет на любимого конька, Дэвенпорт предостерегающим жестом поднял руку.
– Не надо перечислять мне ее замечательные качества, - попросил он. Думаю, за последние пять минут они нисколько не изменились.
Смущенно улыбнувшись, Джулиан подошел к буфету и достал оттуда графин с самым лучшим бренди.
– Давай поднимем тост за то, чтобы мне удалось уговорить отца, и за мое будущее счастье, - предложил он. Реджи заколебался.
– Ты, наверное, заметил, что в последнее время я совсем не пью, сказал он, - Да, верно, - жизнерадостно согласился Джулиан.
– Но сегодня особый случай.
Он налил две щедрые порции в бокалы венецианского стекла и протянул один из них Дэвенпорту. Взяв бокал, Реджи взглянул на прозрачную, янтарного цвета жидкость и почувствовал, как рот его наполняется слюной, а сердце начинает биться быстрее. Он поклялся себе не употреблять алкоголя до тех пор, пока не исчезнет болезненное желание выпить. За последние две недели оно стало ослабевать, но время от времени все же мучило его с прежней силой.
И вдруг Реджи словно осенило: поскольку ему всегда доставлял наслаждение вкус спиртного, глупо было ожидать, что у него может совсем исчезнуть желание выпить. Это было все равно, что думать, будто половое воздержание может избавить мужчину от естественного влечения к женщине. Наоборот, оно лишь усиливало влечение - странно, что он не понял этого раньше. Соответственно воздержание от алкоголя должно было усилить его тягу к выпивке.
Дэвенпорт почувствовал огромное облегчение. Он доказал себе, что может бросить пить, пришло время вернуться к обычному образу жизни.
– Да, ты прав, это особый случай, - сказал он и поднял бокал. Позволь мне первым пожелать тебе и Мерри счастья и долгих лет жизни.
Джулиан просиял. Осушив бренди одним большим глотком, Реджи швырнул бокал в камин, так что осколки брызнули во все стороны, - тем самым давая понять, что тост произнесен от всей души. Дэвенпорт жадно прислушивался к своим ощущениям - ни с чем не сравнимому вкусу бренди, жжению в горле, к теплой волне, прокатившейся по всему телу и принесшей ему неизъяснимую радость и наслаждение, - и думал о том, каким болваном он был, в течение нескольких недель добровольно подвергая себя непрерывной пытке.
Подойдя к буфету, он налил себе еще бокал и, повернувшись к Джулиану, сказал:
– Ну, за что теперь мы выпьем?
***
Поднявшись наверх довольно рано, Элис и Мередит зашли в комнату Мерри, чтобы побеседовать. Элис ожидала, что воспитанница начнет изливать ей восторг по поводу того, что ей удалось завоевать сердце Джулиана и добиться, чтобы он сделал предложение. Однако Мерри была погружена в глубокую печаль - она нисколько не сомневалась в том, что, уехав, Джулиан не вернется, поскольку отец не позволит ему этого сделать. И Элис не могла ее разубедить.